Вспоминает полковник в отставке Андрей Иванович Пистунов Я учился на первом курсе Севастопольского училища зенитной артиллерии. 22 июня 1941 года мы находились в летних лагерях, в районе впадения реки Альмы в Черное море. Примерно в 5 часов утра была объявлена боевая тревога. Поблизости находился лагерь Качинского авиационного училища, и там стали взлетать истребители И-153 "Чайки" и И-16 "Ястребки". В это время проводились учения Черноморского флота, и объявление тревоги не вызвало особых разговоров, лишь некоторое недоумение: почему тревога боевая, а не учебная? Постепенно просочились слухи (от дежурных по подразделениям, которые видели какие-то сполохи в направлении г. Севастополя), что, по- видимому, бомбили Севастополь и началась война с Германией. Неизбежность ее предчувствовали практически все... К 10.00 появилось командование училища, собрали митинг. Было объявлено, что действительно в 4 часа утра был налет немецкой авиации на Севастополь и фактически началась война. Здесь же пошли предложения объявить запись добровольцев в действующую армию. К моменту выступления по радио В.М. Молотова все курсанты записались добровольцами. Приблизительно к 14.00 в лагерь поступили боеприпасы к зенитным орудиям и пулеметам, транспортные тягачи, и батареи приступили к работе по боевому расписанию. К 16.00 было объявлено, что стр. 16 для батарей училища уже выбраны боевые позиции в районе Севастополя, которые мы должны были занять к 22.00. Нашей батарее досталась позиция на Воронцовой горе, прямо в створе южной бухты, где стояли корабли Черноморского флота. Здесь мы и начали боевые действия по защите города от вражеской авиации. Налеты на город регулярно проводились каждую ночь в течение 10 суток. Понеся большие потери в самолетах и не достигнув практически никаких результатов (город не был разрушен, и все корабли остались на плаву), фашисты объявили по радио, что "от Севастополя не осталось камня на камне", и поэтому налеты они прекращают. В училище начались ускоренн ... Читать далее