Вопрос об этнической принадлежности населения, оставившего ту или иную археологическую культуру, всегда вызывает дискуссии. Особенно ярко это проявилось при изучении именьковской культуры, о которой идет речь в работе В. В. Напольских, публикуемой в данном номере журнала. Среди археологических культур Урало- Поволжского региона именьковская культура является одной из малоизученных. Несмотря на полстолетия непрерывных исследований, не только вопрос об этнической принадлежности населения, оставившего памятники именьковской культуры, остается дискуссионным, но и хронологические рамки самой культуры не до конца определены. В данной статье ставится задача отразить некоторые моменты, связанные с определением этнической принадлежности именьковского населения и познакомить читателя с историей изучения именьковской культуры. Необходимо отметить, что история изучения именьковской культуры достаточно подробно изложена Г. И. Матвеевой и В. А. Скарбовенко [1. С. 5-21], однако сложность и дискуссионность вопроса заставляют еще раз обратиться к этой теме применительно к рассматриваемой проблематике. Вероятно, первым исследователем, выделившим в особую группу памятники, которые впоследствии станут называться именьковскими, была В. В. Голь-мстен. В статье "Буртасы", вышедшей в 1946 г., уже после смерти Веры Владимировны, она выделила в отдельный тип группу памятников правобережья Волги и Посурья, датированных ею IX-X вв. Сегодня ясно, что к памятникам одного круга были отнесены не только поселения именьковской культуры, но и мордовские памятники. В. В. Гольмстен отнесла эти памятники к буртасам на основании анализа арабских письменных источников, локализующих эту группу в X в. в Поволжье [2. С. 17-25]. Видимо, для своего времени эта гипотеза была актуальной, и через несколько лет словосочетание "восточнобуртасская культура" по отношению к подобным комплексам станет широко использоваться в Поволжской археологии. Вскоре после окончания Великой Отечественной войны в Среднем Поволжь ... Читать далее