Национальная проблематика играла существенную роль в идеологической и политической подготовке Первой мировой войны. Одной из точек, в которой скрещивались цели враждующих сторон, явился так называемый украинский вопрос. Австрийское правительство со времени национального пробуждения восточных славян Дунайской монархии - русин по самоназванию, населявших Восточную Галицию, Северную Буковину и Подкарпатскую Русь (Закарпатье) - поддерживало их этнокультурное самоопределение, когда это было политически выгодно, например, для острастки восставших поляков и венгров во время революции 1848 г. Однако процесс самоопределения русин оказался внутренне осложненным тем, что не удавалось восстановить давно прерванную местную традицию высокой культуры. Оставалось обратиться к родственным образцам в России, где в свою очередь наряду с общерусской тенденцией происходила кристаллизация этнонационального самосознания юго-западной ветви восточного славянства - малороссов-украинцев. Выбор национального развития разделил русин Австро-Венгрии на сторонников формирования литературного языка и высокой культуры в общерусском потоке - так называемых русофилов или москвофилов, и народовцев-украинофилов. Последние считали себя этнически едиными лишь с малороссами-украинцами. Во второй половине XIX в. австрийское правительство по внешнеполитическим мотивам стало поощрять национальную идентификацию русин в качестве украинцев. Это в немалой мере способствовало выходу народовцев в 1880-е годы на доминирующие позиции в национальном движении русин. Вена поддерживала идею формирования у себя "украинского Пьемонта", посылая разного рода сепаратистские импульсы украинскому течению в России. Свой интерес в украинском вопросе имела и Германия. Во главе обоих направлений национального движения русин стояли люди умеренных и консервативных взглядов, часто - священники. Их политические требования шли не дальше выделения восточнославянских этнических территорий Австро-Венгрии "в одну национальную провинцию" с ... Читать далее