В. В. НАЗАРОВ Посол России в Мьянме в 1992 - 1997 гг., вице-президент Российского общества дружбы и сотрудничества с Мьянмой Фраза, вынесенная в заголовок этих заметок, в последнее время звучит все чаще -по преимуществу в вопросительной интонации: наступило время осмысления нашей новейшей истории. Ответы, как и многое другое в нашем обществе, зачастую полярны - от восторженных ("время надежд, раскрепощения, созидательной работы, свободы и демократии, вхождения в сообщество цивилизованных наций...") до обличительно-непримиримых ("лихие 90-е", "смутное время", "годы предательства, распада, развала, разграбления, обнищания, капитуляции перед Западом..."). Или-или. Автор не претендует на роль третейского судьи - его намерение скромнее: попытаться разобраться в том, что, почему и как было у нас в 1990-е гг. на примере небольшого сегмента российской внешней политики и дипломатии того периода, и конкретно - наших отношений с Мьянмой (Бирмой). Разумеется, эти размышления и оценки строятся на основе собственных - если угодно, пристрастных, субъективных - наблюдений, убеждений и опыта. В истекшем году минула 60-я годовщина установления дипломатических отношений между Советским Союзом и Бирмой, практически совпавшая с 60-летним юбилеем независимости этой неизменно дружественной нам страны Юго-Восточной Азии. Но были и непростые периоды, когда наши связи подвергались серьезным испытаниям на прочность. В этом плане лично для меня из 18-ти без малого лет, проведенных на дипломатической работе в Бирме (с 1989 г. - Мьянма), особо памятной осталась последняя командировка в Янгон в 1992 - 1997 гг. И не только потому, что я находился там в качестве посла Российской Федерации. В начале 90-х добрые отношения между двумя странами, как и многое другое из наработанного в советский период позитива во внешней политике Москвы, оказались на грани коллапса, и основные усилия посольства были направлены на то, чтобы, не допустив их полного развала, сохранить и по возможности расширить российское ... Читать далее