азделений 842-го стрелкового полка 240-й стрелковой дивизии севернее Киева, в районе Сваромья. Полковыми саперами здесь руководил инженер-капитан Юрченко. Было известно, что противник заранее пристрелял места переправы. Появление на берегу хотя бы небольшой группы наших бойцов, а подчас и одиночных солдат вызывало стр. 50 шквал вражеского огня. Необстрелянным бойцам это показалось бы адом, но Юрченко оставался хладнокровным и распорядительным. Подчиненные были увлечены его примером. Используя рыбачьи лодки, бревна, пустые бочки и другие подручные материалы, они непрерывно перевозили на правый берег людей, боеприпасы, продовольствие, орудия и минометы. Если огонь противника был особенно сильным и среди переправлявшихся наблюдалось некоторое замешательство, Юрченко сам плыл с ними на правый берег. В течение ночи он несколько раз курсировал по реке. Находясь в лодке, Юрченко был ранен в плечо, но не сказал об этом никому. Оказавшись на берегу, он незаметно отошел в сторону, перевязал рану и продолжал руководить переправой. Только утром, когда все подразделения полка были уже на правом берегу реки, Юрченко с разрешения командира полка отправился в медсанбат. При форсировании Днепра саперы всюду самоотверженно выполняли свой долг, презирая смертельную опасность. Немаловажную роль в форсировании Днепра играла разведка. От того, насколько точно наши войска знали построение переднего края обороны противника, зависело многое. И прежде всего определение наиболее удобного места для высадки подразделений и закрепления на правом берегу реки. Стрелковый батальон 288-го полка 181-й стрелковой дивизии, выйдя к Днепру, не нашел ни одной лодки. Противник с правого берега вел сильный артиллерийский огонь по участку возможной переправы. Рядовой Будник получил от командира задание - переправиться через Днепр и разведать силы противника на противоположном берегу. Скрываясь в прибрежных кустах, он подполз к берегу, осмотрелся и увидел прибитое волной большое бревно. Прячась за н ... Читать далее