Рубен Энаге - простой филиппинский плотник и маляр сорока семи лет. Он проживает в городе Сан-Фернандо. Его повседневная жизнь мало чем отличается от жизни тысяч точно таких же филиппинцев. Все меняется с наступлением Страстной пятницы. Подражая Иисусу Христу, Энаге влачит на себе деревянный крест по улицам города, а затем собратья по вере, исполненные любви и сострадания... прибивают к кресту его ладони и стопы шестидюймовыми гвоздями.

Гвозди, разумеется, обеззаражены. Ведь Минздрав Филиппин каждый год предупреждает: "распятие вредно для здоровья", гвозди нужно дезинфицировать и к тому же добровольным мученикам и страдальцам за веру хорошо бы предварительно делать прививку от столбняка. Рубен Энаге соблюдает эти предписания вот уже 25 лет и по-прежнему находится "в хорошей форме". "Пока мое тело может выдерживать боль от гвоздей, я буду это делать", - говорит он.

Для туристов, которым довелось посетить Филиппины аккурат в Страстную неделю, все это - лишь аттракцион и незабываемое шоу. Таких, как Энаге, сегодня на Филиппинах немало, причем в разных провинциях. Кто-то "из подражающих Христу" идет в процессии, сгибаясь под тяжестью креста, кто-то хлещет себя бичом, а самые решительные просят о собственном распятии! Лишь бы хоть в чем-то подражать Иисусу! Вот она, та самая католическая мистика - imitatio Christi, православному или протестанту такое и в голову не придет...

Посмотреть на это - язык не выговаривает слово "зрелище" - собираются тысячи зевак. Фотографии с Филиппин облетают весь мир. Местные власти с этим явлением не борются, они только следят за порядком. Накануне Страстной пятницы "голгофы" обходят с проверкой полицейские. Зрителей предупреждают, чтобы те приносили с собой сэндвичи (зрелище-то продолжительное) и не покупали еду с рук. "Шоу" в городе Сан-Фернандо в этом году даже получило спонсорскую поддержку со стороны компаний Coca-Cola и Smart Telecommunications.

Принято думать, что христианство испокон веков приобщало "варварские", языческие народы к ценностям прогрессивной западной цивилизации. Дикарь якобы переставал молотить "ближнего" дубиной, расхаживать голышом, становился покладистым и учился читать и писать. На самом деле христианство полностью нигде и никогда не преображало местную культуру, оно скорее смешивалось с народной и языческой верой самым причудливым образом. Местная культура с реликтами язычества проглатывала христианство и прочитывала его идеи так, как ей заблагорассудится. Народное христианство в разных странах приобретало самые гротескные формы, если не совершенно макабрические - как на Филиппинах.

"Мы не намерены бороться с этой традицией, - говорит министр здравоохранения Филиппин Франсиско Дуке - Ведь для многих из нас это способ искупления грехов". А что же Католическая Церковь? 20 марта архиепископ города Сан-Фернандо Пациано Аницето в интервью католическому радио Veritas заявил, что эмоциональный запал "подражателей Христу" он понимает, но призывает не превращать искупление грехов в шоу. "Я хотел бы понять, зачем люди это делают? - вторит ему секретарь Конференции католических епископов Филиппин монсеньор Педро Квиторио. - Они обращаются к Богу или пытаются привлечь туристов?" И тут же сам отвечает на свой вопрос, рассказывая о посещении одной из филиппинских "голгоф": "Я не могу осуждать этих людей. Конечно, есть организованные группы, для которых это бизнес. Но я встречал и людей, для которых распятие - выражение искренней веры".

Позиция филиппинских властей понятна: пусть себе распинают друг друга, лишь бы были здоровыми и не умертвили друг друга. То, как подобные экстремальные практики влияют на имидж страны в XXI веке, занимает их не слишком. Церковь же ведет себя, право, несколько странно. Что ее больше беспокоит? То, что публичное самоистязание превращается в шоу? Или сама практика "великопятничных" распятий, которыми, по своей сути, обесцениваются искупительные страдания Христа? Разве не свидетельствует она о том, что сугубо "церковные" средства искупления грехов не работают и людям хочется "экстрима"? Что, покидая исповедальню и произнося десять раз "Pater noster" и еще десять - "Ave Maria", они не чувствуют себя ни чище, ни лучше?

Если бы Церковь хотела бороться с публичными распятиями, филиппинский епископат четыре года назад не призывал бы паству дружно идти в кино и смотреть фильм Мела Гибсона "Страсти Христовы". Потому как снят этот фильм таким образом, что для энтузиастов самобичевания и самоистязания он превращается в наглядное пособие. Стоит ли удивляться, что "голгоф" в Страстную пятницу на Филиппинах не становится меньше?

Впрочем, а удавалось ли Церкви когда-либо побороть какое-нибудь яркое проявление народного христианства? В Бразилии плачут статуи Богоматери. В Италии женщины покрывают бранью статую святого Антония, если тот недостаточно помогает им в повседневных заботах. В некоторых православных странах есть народный обычай проползать во время крестного хода под иконой, чтобы получить исцеление. Случается, что и наказывают иконы, поворачивая их ликом к стене... У нас в стране мироточат теперь уже не только иконы святых, но еще и фотографии Патриарха. Что ни страна, то чудеса и диковины. А вы говорите, эпоха нанотехнологий!

Постоянный адрес данной публикации: