Александр Иванович Гуров родился 17 ноября 1945 г. в Тамбовской области. Окончил Московский государственный университет.

В 1964 - 1967 гг. проходил службу в Вооруженных Силах. В органах внутренних дел с 1967 г. Начинал рядовым в конвойном полку милиции. В 1970 г. перешел в уголовный розыск. В 1974 - 1978 гг. - в Управлении уголовного розыска МВД СССР, затем во Всесоюзном научно- исследовательском институте МВД.

Защитил кандидатскую и докторскую диссертации, посвященные профессиональной и организованной преступности и реализовал свои теоретические разработки на практике. В 1989 г. "пробил" создание в МВД Шестого управления по борьбе с организованной преступностью, которое и возглавил. Под его руководством это управление было реорганизовано в Главное управление по борьбе с организованной преступностью, коррупцией и наркобизнесом МВД СССР (позднее трансформировалось в ГУБОП РФ). Благодаря его усилиям по всей стране была создана четкая структура специальных подразделений по борьбе с оргпреступностью.

Был депутатом Верховного Совета России, членом Комитета по вопросам законности, правопорядка и борьбы с преступностью.

В 1991 г. стал заместителем начальника Главного управления по борьбе с организованной преступностью и возглавил бюро по борьбе с коррупцией. С 1992 г. - первый заместитель начальника ЦОС ФСБ. Затем занимался воссозданием научно-исследовательского института проблем безопасности Министерства безопасности и руководил им до 1994 г. После ухода в отставку - на научной и преподавательской работе. В 1998 г. вернулся на службу. Возглавил ВНИИ МВД.

Председатель Комитета Госдумы по безопасности, генерал-лейтенант милиции, доктор юридических наук, профессор. Автор книг "Тайна красной ртути", "Профессиональная преступность: история и современность", "Красная мафия" и многих других.

Женат. Супруга - юрист, преподаватель вуза. Сын - следователь военной прокуратуры.

- Александр Иванович, какие аспекты обеспечения безопасности России вызывают у вас наибольшую озабоченность?

- Сложилась парадоксальнейшая ситуация, когда в соответствии с действующим законодательством за безопасность в стране будто бы никто не отвечает. Конечно, на практике к этим проблемам так или иначе причастно немало структур. Но согласно букве Закона многие властные органы за нее не несут ответственности, потому что сегодня действует Закон о безопасности, принятый в 1992 г. Уже нет Верховного Совета, Совета Министров, ряда других органов. А Закон прежний. К тому же в начале 90-х годов проблемы безопасности России были иными. Поэтому прежде всего необходим новый закон о национальной безопасности.

- Почему же парламентарии до сих пор его не создали?

- Глубочайшая ошибка заключается во мнении, что это должны делать депутаты. Во всех парламентах мира 80% законов вносят правительства, президенты. Задача депутатов другая: изучить ситуацию в обществе, на местах, с этих позиций сделать объективный, компетентный анализ того, что предлагает исполнительная власть. И в соответствии с нуждами и чаяниями народа, со знанием ситуации в обществе принимать тот или иной законодательный акт.

Это касается и закона о национальной безопасности. Но, тем не менее, мы создали группу из научных сотрудников, экспертов. На встрече с Президентом я говорил о его необходимости. Концепция закона есть. Поддержка во всех структурах исполнительной власти тоже. Вопрос в том, как и когда законопроект будет разработан.

В Думе разрабатывать законы очень тяжело. Оплачивать труд привлекаемых специалистов нечем. А на голом энтузиазме, образно говоря, "на лавочке в скверике", законопроекты качественно не разработать. Чтобы закон был эффективным, над ним должны работать многие структуры всех ветвей власти. К примеру, в дореволюционной России Уложение о наказаниях (Уголовный кодекс) разрабатывалось более 25 лет, направлялось на

стр. 4

экспертизу в Европу. Вот настолько серьезно подходили к созданию законов. А мы их порой "печем" как блины.

Но даже если мы примем закон, это не решит проблему. Выполнение каждого правового акта, тем более такого серьезного, как закон о национальной безопасности, во-первых, необходимо финансировать. А во-вторых, нужны организационные структуры, способные эффективно реализовать требования закона.

- И первое, и второе - прерогативы исполнительной власти. То есть в обеспечении национальной безопасности дело за ней?

- Вот здесь - еще один парадокс. Он заключается в том, что в России нет органа власти, управления, который решал бы весь спектр этих проблем. У нас есть Совет безопасности, который возглавляет Президент. Но это орган рекомендательный (совещательный), а не властный. Таков, на мой взгляд, самый серьезный недостаток современной управленческой системы России в области безопасности.

Сегодня в России 12 силовых структур. Последние 10 лет каждое ведомство само себя пыталось реформировать, само себя оценивало. Надлежащего взаимодействия между ними нет, потому что нет органа, который компетентно, на основе скрупулезного анализа занимался бы его организацией. Поэтому идет дублирование. Налоговая полиция дублирует МВД, МВД - ФСБ, и наоборот. У нас сплошь и рядом - прямой, ничем не оправданный перехлест. В разных ведомствах создаются подразделения, дублирующие друг друга.

Так, в свое время религиозным и политическим экстремизмом и терроризмом занимались органы госбезопасности (КГБ, ФСК, ФСБ). Потом почему- то эту функцию передали МВД, где ею никогда никто не занимался и никогда так, как это необходимо, заниматься не будет. По определению. Потому что МВД не является спецслужбой. А это функция именно спецслужбы. Зато на ФСБ за последние 10 лет "навалили" преступления, которыми всегда занималось МВД, его подразделения по борьбе с хищениями собственности (БХСС). Впрочем, это уже детали, частные аспекты общих проблем. Вопрос распределения функций разных ведомств весьма сложен, щепетилен.

Считаю, что система управления процессами в сфере безопасности, существовавшая в СССР, была правильной. В ЦК КПСС был отдел административных органов, наделенный властными, организационными и прочими полномочиями. Он состоял из профессионалов, изучал ситуацию по всем направлениям и представлял документы в высшие органы власти для решения назревших проблем. Сегодня такого органа в государстве нет.

Характер государственного управления должен определяться реальностями обстановки, объективными потребностями такой огромной страны, как Россия, где только в милиции более полутора миллионов человек, где многочисленная, не всегда сытая армия. Где мощные арсеналы ядерного и прочего оружия. Где разнообразны угрозы, в том числе международного терроризма. Страны, где высок уровень преступности, причем насильственной, профессиональной, организованной. В этих условиях силовые ведомства, действующие каждое само по себе, нескоординированно, разобщенно, обеспечить национальную безопасность не смогут.

Поэтому я убежден, что Совет безопасности необходимо превратить из органа, не имеющего никаких рычагов власти, в полноценный властный аппарат. Надо найти ему достойное место в системе управления страной, в соответствии с Конституцией определить и закрепить законом функции, полномочия и обязать заниматься координацией деятельности силовых структур, анализом и выработкой решений по всему спектру стратегических проблем безопасности, то есть управлением процессами ее обеспечения.

- Очевидно, принятие нового закона

стр. 5

о национальной безопасности потребует пересмотра многих действующих правовых актов? Над чем сейчас работает возглавляемый вами Комитет Госдумы? Как это изменит ситуацию?

- Работа, связанная с законодательным обеспечением безопасности России, идет непрерывно. Но прежде чем рассказать о ней, хочу развеять распространенное заблуждение, отголосок которого послышался мне в вашем вопросе. В нашем обществе постоянно раздаются голоса: нет законов, принять законы! Будто бы законы сами по себе вмиг избавят нас от всех бед и проблем.

Повторю известную с античных времен истину: закон управляет людьми, разум управляет законом. Две тысячи лет назад в Древнем Риме это прекрасно понимали. А вот мы сегодня, увы, не понимаем. Тем более, когда начинаешь разбираться, оказывается: законы-то есть.

Взять законопроект о борьбе с коррупцией. Мы настаивали на его принятии, а проект отклонили. Беда? Нет. В Уголовном кодексе достаточно статей, предусматривающих ответственность за коррупцию. Но как они применяются? Крайне слабо. Значит, причина не в отсутствии закона, а в том, как мы его выполняем.

По борьбе с терроризмом Закон есть. Вот он действительно нуждается в совершенствовании, потому что был принят в иных условиях, когда невозможно было предвидеть ситуацию с международным терроризмом, которая позже сложилась на Северном Кавказе. По сути речь идет о военных операциях, а если совсем уж прямо и честно, о войне. О самой настоящей войне, как ее ни называй - защитой конституционного строя, антитеррористической операцией. Атакуем? Обороняем? Бомбим? Минируем? Вертолеты сбивают? Люди гибнут? Так что же это такое, если не война?

Конечно, она не похожа на классическую - столкновение армий двух государств. Специфика есть. И все-таки это война. Для такой реальности нужен новый закон.

Мы внесли целый пакет дополнений в Закон о терроризме. Будем работать вместе с Правительством, особенно с Министерством юстиции, искать оптимальные решения. Надо сделать закон более масштабным, эффективным. Когда принимали действующий Закон (мне довелось участвовать в его разработке), предвидели нарастание угрозы. Но тогда нельзя было внести жесткие меры, правовые нормы запрета террористических организаций, объявляющих, например, джихад. Причина в том, что политическая ситуация была нестабильна. Президента и Правительство тут же обвинили бы в разжигании розни, прочих грехах. Сейчас обстановка и отношение к этим проблемам иные.

В целом же наш Комитет ведет законодательную работу по шести основным направлениям. Среди них - разработка проектов законов о национальной безопасности, терроризме, организованной преступности, коррупции. По каждому из направлений созданы рабочие группы. В них входят консультанты, эксперты, возглавляют работу депутаты и сотрудники аппарата.

- Отразится ли нарастание разнообразных угроз, и прежде всего терроризма, на планах реформирования силовых структур?

- Думаю, должно отразиться. Очевидно, надо проанализировать, а было ли вообще реформирование? Серьезных реформ пока не вижу. Ведь все реформы, которые идут 10 лет, - это лишь разрозненные попытки, шаги по эволюционному пути. Где-то подлатали, приняли какой-то закон, а серьезных преобразований нет.

стр. 6

В области безопасности, реформирования силовых структур страны нужно проводить преобразования на системной, программной основе, с разработкой четких четырех-пятилетних планов, которые надо принимать в виде законов с высшей степенью ответственности власти, всех причастных к их реализации структур. На реформы нужны деньги. Они должны быть предусмотрены в госбюджете.

- Как могут повлиять на безопасность России перемены в международной обстановке, последовавшие за терактами в США?

- Наибольшее беспокойство вызывает то, что мир начал делиться на два лагеря - мусульманский и остальной. Это очень опасно. Еще несколько лет назад мы прогнозировали, что начало нового тысячелетия может быть отмечено ростом международного терроризма религиозно- националистического толка. К сожалению, тогда к голосу России не прислушались.

То, что произошло в Америке, показывает: мы не защищены. И защититься от террористов- смертников нельзя. Они способны повторить то, что случилось в США, или отравить любой город, вызвать эпидемии, использовать другие формы - диверсии на ядерных станциях, опасных производствах. Это может привести к третьей мировой войне с применением ядерного оружия.

- Тем более после терактов раздавались заиления о возможности его применения Америкой. Это третья мировая?

- Возможность разрастания конфликта до мировой войны очевидна. Что может спровоцировать ее? Ошибочные, недальновидные действия той или иной страны, прежде всего США. Не думаю, что удары по Афганистану, другим странам приведут к спаду терроризма. Наоборот, спровоцируют его эскалацию.

- Как же предотвратить эту угрозу?

- Богатые страны забывают, что в мире миллионы голодных, миллионы умирают от болезней. Бедствия народов используются терроризмом для разжигания вражды, нищета создает базу для наемничества. А развитые страны порой действуют, как обухом, силовыми методами. Вспомните бомбежки Ирака.

Много говорили, что Вторую мировую войну можно было предотвратить, если бы политика ведущих стран мира была иной. И третью мировую можно предотвратить, если мировое сообщество примет энергичные меры, адекватные угрозе терроризма. Их не первый год настойчиво предлагает Россия.

К примеру, создать не просто антитеррористический, а стратегический международный центр по противодействию и терроризму, и транснациональной организованной преступности во всех ее проявлениях, включая наркомафию, торговлю оружием, "отмывание" преступных капиталов и прочее. Во всех сферах, где черпает средства терроризм. Это мое предложение внесено и зафиксировано на одном из форумов ОБСЕ по проблемам безопасности, состоявшемся более года назад на Кипре.

А в Брюсселе мы вели диалог с натовцами. В ответ на их увещевания по поводу продвижения альянса на Восток прямо заявили: есть интересы более важные, явления, которые требуют совместных действий, определенных организационных структур. Организованная, транснациональная преступность, наркобизнес, терроризм приобрели столь масштабный характер, что угрожают миру. Почему? Да потому, что мир недооценил опасность, слабо противодействовал им.

Так, из Афганистана через Россию в Европу ежегодно уходит около тысячи тонн наркотиков. Одна страна этот поток остановить не может. Нужен международный, глобальный заслон. Но в мире нет единства действий, потому что нет единства взглядов на истоки и характер этих угроз.

На мой взгляд, кроме центра нужно создать международную комиссию из экспертов- профессионалов, ученых разных стран, чтобы они досконально изучили проблему, выявили реальные, объективные причины терроризма, транснациональной преступности, условия, способствующие их разрастанию.

Кто они, Усама бен Ладен и ему подобные, - сумасшедшие? Так давайте установим это. А если нет? Если тратят миллионы, миллиарды и человеческие жизни по убеждениям? Тогда в чем конкретно они убеждены? Где корни и причины появления этих организаций? Бен Ладен не одинок, террористических организаций много, особенно в мусульманском мире. Чем это вызвано? Ведь и у нас была "Народная воля". Россия тогда показала миру, что такое терроризм и как тяжело с ним бороться. Но там не было денег, только одержимость идеей.

Различных заявлений о терроризме не счесть. Но в них - только попытки объяснить мировому сообществу правомерность ответных действий. О причинах терроризма - ни слова. Их никто не хочет изучать. Это роковая ошибка. Только когда мы убедимся, что причина, к примеру, экономическая или политическая, в узурпации каких-то сфер большими странами, ущемлении интересов малых стран, либо в целом комплексе причин, сможем экономическими, политическими, прочими мерами устранить причины террора и ликвидировать его силы. Без этого борьба будет бесконечной.

(Окончание на с. 60)

Permanent link to this publication: