28-29 марта 2013 г. в Институте Дальнего Востока РАН прошла XVII научная конференция "Корея: уроки истории и вызовы современности". 39 представленных докладов были разделены на четыре секции: "Политика", "Культура", "История", "Экономика".

Открыл конференцию зам. директора ИДВ РАН С.Г. Лузянин. Он отметил, что 2012 год был годом смены правящих элит как в странах, имеющих отношение к корейской проблеме (повторное избрание В.В. Путина в России и Барака Обамы в США), так и в самой Азии (в результате выборов в Южной Корее впервые была избрана женщина президент Пак Кён Хи, в Японии пришла к власти Либерально-демократическая партия). В связи с проблемой безопасности в СВА, по мнению С.Г. Лузянина, существует целый спектр сложных проблем: китайеко-северокорейские отношения, активное влияние США на этот регион, которое особенно усилилось после смерти руководителя КНДР Ким Чен Ира, с одной стороны, с другой молодой лидер Ким Чен Ын не имеет пока прочного фундамента доверия народа и реального политического опыта. Третья проблема в июле 2013 г. в КНДР и РК будет отмечаться 60-летие окончания корейской войны, в которой ни одна из сторон до сих пор не признала своей ответственности за се разжигание. Позиция России, по мнению С.Г. Лузянина, относительно этого и других вопросов остается неизменной: общее оздоровление ситуации в СВА, решение проблемы ядерного оружия на Корейском полуострове и курс на возобновление диалога между Северной и Южной Кореей.

На секции "Политика" (11 докладов) основное внимание было уделено как современным проблемам, сложившимся на Корейском полуострове и СВА: смене правящих элит в КНДР и РК, политике США, Китая, Японии и России в этом регионе, так и историческим вопросам: урокам корейской войны 1950-1953 гг., территориальным проблемам Японии, РК и России, перспективам развития северокорейской ракетной программы и т.д. С докладами выступили: A3. Жебин (руководитель ЦКИ ИДВ РАН) "К ситуации на Корейском полуострове"; А.В. Воронцов (зав. отделом Кореи и Монголии ИВ РАН) "Корейский полуостров в 2013 г.: традиционные тревоги и новые надежды"; Ким Ён Ун (ИДВ РАН) "Раскол Кореи: уроки и перспективы"; СО. Курбанов (СПб.ГУ) "История Республики Кореи и КНДР начала XXI столетия: проблема выбора исторических событий и их интерпретации"; Г.Н. Ким (директор междунар. центра корееведения КНУ, Казахстан) "Стратегическое партнерство во внешней политике Республики Кореи"; Р.Н. Лобов (СПб.ГУ) "Внешнеполитическая линия Сеула в отношении Токио: проблемы и перспективы"; А.Ю. Иванов (ДВГГУ, Хабаровск) "Территориальные притязания Японии к России и Республике Корее: сравнительный анализ"; И.В. Дьячков (МГИ(У)МО МИД РФ, Москва) "Спор по поводу о-ва Токто (Такэсима): международно-политическое измерение национализма в СВА"; О.В. Кирьянов ("Российская газета", Москва) "Первый год правления в КНДР Ким Чен Ына: можно ли говорить о начале реформ?"; В.В. Евсеев (ИМЭМО РАН) "Состояние и перспективы развития северокорейской ракетной программы"; Д. И. Верхотуров ("Илбек Сибирь", Москва) "Успешный запуск КНДР ракеты-носителя как фактор военно-политической ситуации на Корейском полуострове".

А.З. Жебин и А.В. Воронцов проанализировали позиции КНДР, РК, Китая, США и России, ведущих свою политику на корейском направлении.

А.З. Жебин считает, что сейчас Корея вплотную подошла к опасной черте, за которой вполне возможен вооруженный конфликт. Основной причиной этого, по его мнению, стала жесткая позиция США в отношении руководства КНДР, а также обвинения ООН Северной Кореи в испытании ядерного оружия и баллистических ракет, притом что аналогичные испытания в Пакистане

нс вызвали их негативной реакции. Поэтому в обозримом будущем, считает А.З. Жебин, КНДР обретет статус ядерной державы. Сыграла здесь роль и пропагандистская кампания в западных СМИ и США в создании у мировой общественности негативного образа Пхеньяна как главного агрессора, акцентируя внимание преимущественно на пропагандистских акциях северокорейского руководства, при этом ничего не говоря о реальных военных приготовлениях Южной Кореи и самих американцев. В частности, США и РК уже в 2012 г. провели совместные военные учения, целью которых была отработка захвата территории Северной Кореи. Что касается позиции России в этом вопросе, то она, подчеркнул докладчик, заинтересована в урегулировании конфликта путем мирных переговоров.

А.В. Воронцов также считает, что ситуация на Корейском полуострове нестабильна. В настоящее время она замерла между возможностью срыва в спираль нового кризиса или возобновления переговорного процесса. Причинами нынешнего кризиса, по его мнению, стали: укрепление военных союзов как новая концепция американской внешней политики в отношении Пхеньяна, целью которой является смена правящего режима в Северной Корее; активизация военных приготовлений и разработка космических технологий в КНДР и РК, причем северянам даже удалось обойти южан (запуск спутника в 2009 г.); жесткая позиция РК и США в отношении возвращения КНДР в процесс шестисторонних переговоров, из которых она вышла в 2009 г. из-за запуска своего спутника. Несмотря на усилия России и Китая, которым удалось подготовить почву для возвращения Северной Кореи за стол переговоров, Южная Корея и США выдвинули неприемлемые для северокорейского руководства требования полной денуклеаризации КНДР и др. Однако, несмотря на тревожную ситуацию, ни Северу, ни Югу война невыгодна, а потому докладчик уверен, что есть надежда на улучшение межкорейских отношений.

Выступление Ким Ен Уна было посвящено проблеме политического и государственного раскола Кореи в 1948 г., который привел к корейской войне. Окончательные итоги войны, закончившейся перемирием в июле 1953 г., так и не были подведены. Корейский народ понес неисчислимые людские, материальные и культурные потери. В результате был закреплен не только идеологический, политический и государственный раскол нации, но и культурный, духовный и цивилизационный распад. По мнению докладчика, корейская нация, возможно, уже прошла точку невозврата к восстановлению своего единства.

В ходе развернувшейся дискуссии по итогам выступлений возникли вопросы: какова сейчас реальная перспектива объединения? И возможен ли в ближайшее время военный конфликт на Корейском полуострове? Ким Ён Ун ответил, что если в Южной Корее будет продолжена политика президента Ли Мен Бака ("насильственная смена режима и поглощение" КНДР), то перспективы равны нулю. Кроме того, объединению мешает ряд причин объективного характера: в ходе исторического развития на Севере и на Юге уже сформировались два этнотипа корейской нации, которые очень разнятся в ментальности и культурно-цивилизационном плане, а родственников семей, разделенных войной и помнящих единую Корею, осталось нe более 40%. Что же касается войны, то беседы и личные встречи с политиками, учеными и простыми гражданами РК позволяют сделать вывод, что на Юге никто ее не хочет, ибо осознают, к каким огромным материальным затратам и людским жертвам она приведет.

Ряд докладов был посвящен японо-корейским отношениям.

По мнению Р.Н. Лобова, в период президентства Ли Мен Бака курс Южной Кореи в отношении Японии характеризовался попытками восстановить политический диалог между Сеулом и Токио. Тем не менее выстраиванию доверительных, партнерских отношений препятствует нерешенная проблема острова Токто, который оба государства считают своим. Остров Токто еще в период президентства Ро My Хeна стал камнем преткновения между Сеулом и Токио. При президенте Ли Мен Бакс споры усилились, что привело к обострению отношений между Японией и РК. По мнению докладчика, эта проблема вряд ли сможет быть разрешена в ближайшее время, поскольку и для Японии, и для Южной Кореи он является не просто территорией, а предметом национальной гордости.

Продолжая тему территориальных споров и острова Токто, в частности, А.Ю. Иванов отметил, что СВА является одним из регионов мира, где наиболее часто происходят территориальные и aкваториальные споры между сеседними странами. Основные фигуранты споров - Южная Корея, КНДР, Япония, Китай и Россия. И это не случайно, поскольку бурное развитие экономики в странах СВА наряду с усилением в них национализма неизбежно ведет к конкуренции между

ними. Главным "застрельщиком" территориальных споров является Япония, выдвинувшая претензии к Южной Корее в отношении острова Токто (Таюсима) и в отношении четырех островов Курильской гряды, которые принадлежат России. А.Ю. Иванов считает, что споры за территории носят скрытый характер, поэтому пока не оказывают существенного влияния на общий политический климат в регионе. Однако в случае конфликта они могут стать источником агрессивных действий.

И.В. Дьячков считает, что в данном споре правящие элиты РК и Японии пользуются националистическими настроениями для достижения своих внутриполитических целей. Спор вокруг острова Токто привел к открытому противодействию корейских и японских националистов. Кажущиеся стабильными территориальные конфликты тем не менее постепенно усложняются и неизбежно выходят из дискурсивного поля в реальное, в то время как региональная конфигурация безопасности может оказаться не готова к такого рода переменам.

Сообщение О.В. Кирьянова было посвящено первым итогам правления Ким Чен Ына в Северной Корее и возможному кардинальному обновлению КНДР. Продолжив курс своего отца, Ким Чен Ын ввел ряд изменений во внутренней политике. В их числе - перестановка кадров в военном руководстве, возвращение в кабинет министров технократов, меры по оздоровлению экономики. Тем не менее выступавший считает, что говорить о кардинальных реформах пока преждевременно.

В ходе развернувшейся после доклада дискуссии выступил Ю.В. Ванин. Реформы в КНДР, отметил он, идут постепенно еще с периода правления Ким Ир Сена (идеология "чучхе"). Позднее эта идеология постоянно обновлялась в соответствии с требованиями времени. Так, при Ким Чен Ире были созданы открытые торгово-экономические зоны (политика "сонгун"), в которые активно привлекался иностранный капитал. Однако главное, по мнению Ю.В. Ванина, заключается в том, что в Северной Корее не может произойти большой рывок по китайскому образцу, поскольку нормальному развитию страны мешает военная изоляция и экономическая блокада.

Доклады В.В. Евсеева и Д.Н. Верхотурова были посвящены перспективам развития ракетной программы КНДР. В.В. Евсеев проанализировал динамику развития северокорейской ракетной программы и показал ее состояние с учетом новых данных, полученных после успешного старта в декабре 2012 г. ракеты-носителя "Ынха-3". Отмечен значительный прогресс КНДР в освоении ракетных технологий, что может ей позволить создать в перспективе баллистические ракеты с дальностью стрельбы до 6-7 тыс. км. Будучи едиными в оценке успехов Северной Кореи, докладчики расходятся в выводах. Д.Н. Верхотуров считает, что КНДР уже решила технические проблемы, связанные со строительством боевых ракет. В.В. Евсеев полагает, что при отсутствии достаточного финансирования и отсталости материально-технической базы такие работы завершить достаточно сложно. Поэтому ракетную угрозу со стороны КНДР не следует преувеличивать.

На секции "Культура" было прочитано 10 докладов: Ли Сан Юн (РПГУ, СПб) "Новые тенденции в современной корейской литературе (1990-2010 гг.)"; А.В. Погадаева (РГГУ) "Проблемы современного общества в творчестве корейской писательницы Пхён Хеён"; И.А. Чеснокова (РГГУ) "Описание избранных деревень (Тхэнниджи) в восприятии современного корейца"; Н.И. Ни (ИВ РАН) "О возрождении традиций в эпоху глобализации (жанр сиджо во второй половине XX в.)"; Т.Б. Егоров (МГИ(У)МО МИД РФ) «"Мягкая сила" корейской культурной экспансии»; Е.В. Лачина (МГЛУ) «Южнокорейское тхэквондо как прообраз и элемент "корейской волны"»; К.Л. Хмельницкая (ИПВ, Москва) "Специфика корейского кино"; А.А. Гурьева (СПб.ГУ) «"Система облика" и корпоративная культура в Республике Корее»; Е.М. Ермолаева (ДВФУ, Владивосток) "Формирование нового имиджа Южной Кореи в период Пятой Республики (1981-1987 гг.)"; М.А. Бакланова (ВШЭ) "Формирование образа Северной Кореи в контексте школьного курса нравственного воспитания в Республике Корее (1945-2008)".

Новым тенденциям в южнокорейской литературе был посвящен доклад Лu Сан Юн. Условно она делит ее историю на три периода: 1) демократическая литература конца 80-х гг. XX в., освещавшая проблемы войны, разделенной нации, социальную тематику и т.д. Это такие писатели, как Ли Мунель, Чхвс Инчхун, Чо Сехи и др.; 2) мегаполисная литература (внутренний мир человека, живущего в городе, проблемы брака, отцов и детей, женская тематика) Чхвс Юн, Син Кёнеук и др.; 3) литература, описывающая нравы и стремления молодежи, которая строит карьеру в постиндустриальном обществе. Здесь на первый план выходят проблемы безработицы среди молодежи, межнациональные браки и т.д.

Ли Сан Юн приходит к выводу, что литература Южной Кореи, как и литература других стран, развивается в контексте изменений, происходящих в обществе.

С интересными докладами, акцентирующими внимание на корейской культурной экспансии, выступили Т.Б. Егоров и Е.В. Лачина.

В выступлении Т.Б. Егорова, посвященном "корейской волне", отмечалось, что Южная Корея претендует на роль доминирующей силы в СВА и укрепляет свои позиции путем повышения привлекательности страны. В результате возникает понятие "корейская волна" ("халлю") проникновение корейской массовой поп-культуры в другие страны: Китай, Японию, страны ЮВА. С 1990-х гг. "корейская волна" распространилась более чем на 60 стран, включая Ближний Восток и Африку. Рост популярности всего корейского: сериалов, фильмов, моды, музыки и т.д. повышает международную конкурентоспособность РК, обеспечивая необходимый потенциал для использования "мягкой силы".

Е.В. Лачина показала "корейскую волну" через призму распространения корейских боевых искусств, в частности тхэквондо. По ее мнению, тхэквондо можно рассматривать как прообраз "корейской волны" и как ее элемент.

М.А. Бакланова преследовала цель - показать, как на разных исторических этапах Южной Кореи в школьных учебниках происходила трансформация образа КНДР. Национальную идею РК с 1945 г. и практически вплоть до конца 1990-х гг. определяла концепция воссоединения расколотой нации и противостояние Севера и Юга. Поэтому антикоммунизм был одной из главных установок в идеологической политике Южной Кореи. В русле такой идеологии неизбежно было создание отрицательного образа Северной Кореи как врага, а ее правительства - как главного виновника братоубийственной войны. Качественные изменения произошли лишь в 1998 г., когда президентом РК Ким Тэ Джуном была провозглашена "политика солнечного тепла". Новый курс означал смену этнополитических установок южнокорейского общества в отношении межкорейского взаимодействия: лозунг "одна нация - одно государство" уступает место идее сосуществования двух независимых государств на базе одного корейского этноса.

На секции "История" (11 докладов) было затронуто множество тем, начиная археологическими открытиями и кончая американо-корейскими отношениями. С докладами выступили: О.В. Дьякова (ДВО РАН, Владивосток) "Северо-восточный проект: итоги и перспективы"; B.C. Акуленко (ДВФУ, Владивосток) "Влияние археологических открытий 2012 г. в Республике Корее на понимание древней истории Корейского полуострова и Восточной Азии"; Ю.А. Ковальчук (Ин-т филологии КНУ, Киев) "Корея в описаниях католических миссионеров XVI XVII вв."; A.M. Пастухов (ИДВ) "Обстоятельства начала японо-китайской интервенции в Корею летом 1894 г."; К.В. Асмолов (ЦКИ ИДВ) "Корейская война как пример управленческого кризиса"; В.А. Гринюк (Центр японских исследований ИДВ) "История формирования корейской диаспоры в Японии"; А.И. Шарафетдинова (ИВ РАН) "Подписание американо-корейского договора 1882 г. и уроки для Кореи"; К.В. Иванов (ИГУ, Иркутск) "Отчеты генерального консульства СССР в Сеуле как источник по изучению колониального периода Кореи"; Д.А. Садаков (Вят.ГУ, Вятка) "Советская администрация в Корее и американские дипломаты (1945-1948 гг.): восприятие и проблемы взаимодействия"; А.Д. Кураков (РГБ, Москва) "К вопросу о восстании на острове Чеджудо"; А.А. Курмызов (ИДВ) "Южнокорейско-американские отношения в 1970-х гг.: проблемы и противоречия".

О.В. Дьякова рассказала о состоянии Северо-восточного проекта, который был инициирован Китаем для изучения археологических памятников древних северных государств: Бохая и Когурё, сложность изучения которых заключается в том, что история этих государств уходит в глубокую древность. Реальное их изучение началось лишь в 2000-е гг. Именно в это время в Китае был создан центр по изучению приграничных культур по регионам: северо-восток (Россия и Корея), север (Монголия) и т.д. Особое внимание уделялось изысканию памятников Когурё и отчасти Бохая. Целью проекта стало закрепление когурёских памятников, расположенных на территории Когурё за китайской стороной, чтобы доказать, что эти государства были подчинены Китаю. В качестве примера можно привести регистрацию в ЮНЕСКО фресок в провинции Цзилинь. Ответом на это стала агрессивная позиция КНДР (там официально считается, что нынешняя Северная Корея - прямой наследник культуры древних когурёсцев) и РК (считающих Бохай одним из древних корейских государств, часть которого находится на территории нынешней Сибири и российского Дальнего Востока. - Примеч. авт.). В СМИ Сеула и Пхеньяна началась кампания против фальсификации истории, а в КНДР даже выдвинули лозунг, который гласил: "Когурё - исконно корейское государство". Вслед за этим Северная Корея в спешном порядке

направила в ЮНЕСКО представителей для скорейшей регистрации своих памятников. Следует отметить, что поскольку в КНДР царит культ Когурё, ибо он напрямую связан с идеологией "чучхе", там участились случаи искусственного "удревления" археологических артефактов.

Доклад О.В. Дьяковой вызвал дискуссию по тематике, далекой от археологии. В частности, К.В. Асмолов попросил ее подробнее рассказать об участии России в Северо-восточном проекте. О.В. Дьякова отмечала, что в 1990-е гг. в Южной Корее практически не было профессиональных археологов. Л за сравнительно короткое время наука РК пополнилась опытными специалистами, прошедшими подготовку в России. Китай по результатам раскопок сумел систематизировать свои памятники и выпустил красочный каталог с фотографиями и подробным отчетом по всему проекту. Россия же никак не участвует в Северо-восточном проекте.

К.В. Асмолов в своем докладе высказал мнение о том, что корейская война представляла собой пример геополитической катастрофы, случившейся в результате последовательного накопления управленческих ошибок и неверных решений руководства, принятых на основе ложной информации, идеологических установок, личных амбиций и политической конъюнктуры. Сначала Москва дала "добро" на военную операцию, исходя из убеждений соратника Ким Ир Сена - Пака Хон Ёна о том, что режим Ли Сын Мана находится на грани коллапса, а США не будут вмешиваться в данный конфликт. Но война началась, а восстания в Южной Корее, на которое был основной расчет, не случилось. Более того, США вмешались в войну быстрее и активнее, чем это могли предполагать. Когда же маятник качнулся в другую сторону, руководство ООН было настолько в плену амбиций и желания красивой победы, что утратило чувство реальности. Хотя предвидеть осенью 1950 г. возможное вступление в войну КНР было гораздо проще, чем Кремлю оценить грядущие действия США весной 1950 г. (разведка Макартура напрямую игнорировала ту информацию, которая не вписывалась в концепцию). Поэтому история корейской войны, по мнению К.В. Асмолова, это урок и предостережение сегодняшним политикам как в КНДР, так и в РК, поскольку их растущие амбиции могут нести реальную опасность для всего Корейского полуострова.

Доклады А.И. Шарафетдиновой, Д.А. Садакова и А.А. Курмызова было посвящены различным аспектам политики США в Корее.

А.И. Шарафетдинову интересовали преимущественно исторические итоги договора, заключенного США с Кореей. По се мнению, договор 1882 г. между Кореей и Америкой имел неравноправный характер, включая статьи об экстерриториальности и консульской юрисдикции. США получали права наиболее благоприятствуемой нации. Тем не менее договор содержал некоторые выгодные статьи для Кореи, однако она переоценила возможности договора в защите ее независимости. Урок подписания американо-корейского договора состоит в том, что руководству нынешней Кореи в интересах сохранения своей безопасности следует стремиться прежде всего к усилению собственного экономического и внешнеполитического положения для поддержания более симметричных отношений с другими государствами.

Доклад Д.А. Садакова был посвящен взаимоотношениям между советской военной администрацией в Корее и американскими дипломатами. Как известно, после освобождения Кореи от японского господства в 1945 г. на ее территории были размещены советские и американские войска. Управление полуостровом осуществлялось военными администрациями, которые возглавляли генералы Т.Ф. Штыков и Дж. Ходж. По мнению Д.А. Садакова, именно деятельность советской военной администрации препятствовала установлению конструктивного, взаимовыгодного сотрудничества и поддержанию связей между оккупационными зонами. Фактический отказ от обмена товарами, политика "коммунизации" Севера, деятельное участие в формировании оснащенной наступательным вооружением ссверокорейской армии все это существенно снижало уровень доверия между военными администрациями обеих держав. США подозревали СССР в стремлении максимально укрепить свое влияние на Севере, а в ближайшей перспективе распространить его на весь полуостров, что побудило американцев сделать ставку на раскол Корейского полуострова и привело к формированию в 1948 г. двух корейских государств.

А.А. Курмызов на примере южнокорейско-американских отношений 1970-х гг. показал, что отношения между стратегическими партнерами не всегда были ровными. Несмотря на то что в России РК традиционно воспринимается как послушный младший партнер США, это не исключает конфликтов и противоречий между ними. С одной стороны, отношения с США остаются важнейшим внешнеполитическим приоритетом Южной Кореи, а с другой Сеул стремится к проведению более самостоятельной внешней политики. Далее на примере истории взаимоотношений президента Картера и Пак Чжон Хи докладчик убедительно показал, что РК не только

была объектом политического и экономического влияния СШA, но и пыталась манипулировать своим могущественным союзником.

На секции "Экономика" (7 докладов) рассматривались различные аспекты экономических реалий: возможности интеграции экономик КНДР и РК, сотрудничество РК и России, иностранные инвестиции в КНДР и т.д. В работе секции участвовали: С.С. Суслина (ЦКИ ИДВ) "Взаимодополняемость экономик Северной и Южной Кореи как перспективная основа их взаимной интеграции"; Л.В. Захарова (ЦКИ ИДВ) "К вопросу об условиях и возможностях для осуществления иностранных инвестиций в КНДР"; М.П. Кукла (ДВФУ, Владивосток) "Реалии и перспективы торгово-инвестиционного сотрудничества Республики Кореи и Дальнего Востока России"; Д.В. Гордиенко (ИДВ) "Влияние мирового финансово-экономического кризиса на уровень экономической безопасности Южной Кореи"; В.Г. Самсонова (ЦКИ ИДВ) "Социально-экономическое положение в РК на современном этапе: новые вызовы и перспективы"; А.Ф. Синякова (МГИ(У)МО МИД РФ) "Некоторые экономические последствия старения населения в РК, Японии и Китае"; С.В. Царёва (Дип. академия МИД РФ) "О некоторых аспектах торгово-экономического сотрудничества России и Республики Кореи: взгляд со стороны бизнеса".

С.С. Суслина осветила перспективы интеграции экономик Северной и Южной Кореи. По ее мнению, сохранение взаимодополняемости экономик может стать хорошей комплексной основой расширения форм и потенциала экономического сотрудничества между двумя странами, вывести их впоследствии на реализацию последовательного объединительного процесса. Положительную роль может сыграть международная поддержка в форме многосторонних экономических проектов, содействующих восстановлению интеграционных связей между КНДР и РК. После раскола Кореи на две разные социально-экономические системы прошло 65 лет. В настоящее время обе страны представляют особый уникальный эксперимент по продолжительности соревнования двух частей одной, трагически разделенной нации. Учитывая кардинальное различие экономик Севера и Юга, считает С.С. Суслина, пока объединение и интеграция невозможны. Однако в перспективе движение в этом направлении возможно. Оно будет заключаться в следующем. Если для РК (третьего экономически мощного игрока в СВА) вектор дальнейшего социально-экономического развития будет проходить в направлении либерализации ее рыночной модели, инновационного прорыва в глобальную экономику, то для Северной Кореи основной ориентир - это реанимация экономики с использованием международных стратегий развития (в первую очередь китайской и вьетнамской) с упором на сохранение государственного контроля при совмещении "больной", обремененной военными расходами экономической модели с вызовами системы глобального рынка.

М.П. Кукла акцентировала внимание на проблеме торгово-инвестиционного сотрудничества на Дальнем Востоке между Россией и РК. Она отметила, что идея технологической модернизации и развития Дальнего Востока пока не находит реального воплощения во внешнеэкономической стратегии государства. В ближайшей перспективе преодоление сырьевой направленности российского экспорта невозможно. Постепенный рост добавочной стоимости вывозимого сырья через создание сборочных предприятий и логистических проектов - вот путь, который позволит постепенно усилить положительные эффекты от российско-корейского торгово-инвестиционного сотрудничества. Его новыми перспективными направлениями на Дальнем Востоке могут стать поставки медицинского оборудования и создание медицинских центров, добыча угля и его транспортировка, связанная с этим модернизация портов, разработка новых месторождений полезных ископаемых.

Финансово-экономическому кризису и его урокам для экономики России был посвящен доклад Д.В. Гордиенко. На примере Южной Кореи докладчик показал, какие шаги правительство РК предприняло с самого начала кризиса для предотвращения его последствий. Меры антикризисной политики правительства и Центрального банка Южной Кореи в 2008-2011 гг. можно было разделить на следующие группы: стабилизация финансового сектора; денежно-кредитная политика; поддержка реального сектора экономики; повышение социальной защиты населения; налоговые реформы и изменения в бюджетной политике.

В.Г. Самсонова охарактеризовала экономическое развитие Южной Кореи на современном этапе. По ее мнению, оно сегодня непростое и противоречивое. С одной стороны, РК является одним из локомотивов экономического роста региона АТР. Экономические показатели Южной Кореи следующие: в 2012 г. ВВП достиг 1.1 трлн дол., а ВВП на душу населения - 28 тыс. дол., уровень безработицы невысок и составляет 3.2%. По уровню экономического развития Южная Корея занимает 15-е место в мире. С другой стороны, в социально-экономической сфере продол-

жают нарастать серьезные проблемы: расслоение общества, увеличение разрыва между бедными и богатыми, увеличение доли безработных среди молодежи; в экономике: сокращение южнокорейского экспорта в страны Европы, растущее недовольство со стороны европейских партнеров по заключенным ранее соглашениям о свободной торговле, снижение конкурентоспособности товаров за счет роста издержек производства и др. Докладчик считает, что эти проблемы придется решать уже новому корейскому правительству во главе с Пак Кён Хи.

Подводя итоги конференции, отметим, что она прошла успешно. Ее участники рассмотрели широкий спектр проблем, связанных с Корейским полуостровом, как политических и культурных, так и экономических, обменивались информацией и мнениями по тем или иным проблемам, в том числе и в неформальной обстановке.

Permanent link to this publication: