Libmonster ID: MD-576

Т. М. ИСЛАМОВ, Т. А. ПОКИВАЙЛОВА. Восточная Европа в силовом поле великих держав. Трансильванский вопрос. 1940-1946 годы. М., 2008. 240 с.

Последний масштабный труд крупнейшего российского специалиста по истории Австрии, Венгрии и международных отношений в Дунайско-Карпатском регионе Тофика Муслимовича Исламова (1927-2004) доработан и подготовлен к печати после его кончины соавтором Т. А. Покивайловой. Обилие привлеченных документов из архивов нескольких стран, впервые введенных в научный оборот и осмысленных на высоком аналитическом уровне, делают эту работу серьезным событием российской историографии Средней Европы в новейшее время. При этом следует заметить: устойчивые и принципиальные расхождения в трактовке ключевых проблем истории Трансильвании в румынской и венгерской историографиях (а надо сказать, что не только румыны, но и венгры с полным на то основанием считают эту большую историческую область современной Румынии важным средоточием своих фундаментальных государственных и культурных традиций) лишь повышают значение квалифицированного и по возможности беспристрастного взгляда извне; работы Т. М. Исламова и Т. А. Покивайловой по данному кругу проблем неоднократно публиковались как в Венгрии, так и в Румынии, вызывая большой отклик коллег-историков, к одной из дискуссий подключился даже тяжеловес современной румынской политики Петре Роман.

В центре внимания монографии - один из порожденных несовершенной Версальской системой международных отношений очагов перманентной конфликтности, чреватых все новыми и новыми угрозами для установившегося в межвоенной Европе хрупкого равновесия сил, в полной мере проявившими себя с началом Второй мировой войны. Известно, что декларированный в предместьях Парижа на Версальской мирной конференции по итогам Первой мировой войны принцип "одна нация - одно государство" не был на практике реализован при перекройке границ - слишком велико было в ряде случаев несовпадение между довольно произвольно установленными государственными и исторически сложившимися этническими границами. В некоторых странах большую долю населения составляли меньшинства с развитым национальным сознанием, для которых образованные или преобразованные национальные государства (включая межвоенную Великую Румынию) никак не могли стать "своими". В полной мере это касалось населенной не только румынами, но также венграми и немцами Трансильвании, ставшей, по словам выдающегося историка Е. В. Тарле, "яблоком раздора на очень опасном европейском перепутьи" (мнение Тарле запрашивалось Наркоминделом СССР во время войны при выработке официальной советской позиции в трансильванском вопросе). Не разрешив национально-территориальных противоречий, имевшихся, в частности, в монархии Габсбургов, а лишь перенеся их в другую плоскость, сделав межэтнические конфликты межгосударственными, Версальская система после распада Дунайской империи заложила мину замедленного действия под здание мирного урегулирования в Средней Европе. При этом авторы признают: в условиях, когда были решительно отвергнуты как наднациональные имперско-

стр. 108

династические государственные конструкции (вроде монархии Габсбургов), так и интегративные идеи типа Дунайской конфедерации О. Яси, и восторжествовал принцип национальной государственности, установить в Трансильвании более или менее справедливые границы по этническому принципу было практически невозможно, так как и румыны, и венгры фактически были расселены по всей территории этого края. Главная же область компактного проживания венгров (земля секеев) находилась на востоке Трансильвании, вдали от новых румынско-венгерских границ.

Невозможно согласиться с тем, что венгры были "наказаны" в Версале за "грех большевизма" - Венгерскую Советскую республику 1919 г. Дело было в другом - в заинтересованности Франции, диктовавшей свои правила игры в континентальной (особенно Средней) Европе, в ослаблении венгерского государства, потенциального союзника всегда опасной для нее Германии и претендента на ведущую роль в Дунайско-Карпатском регионе, способного воспротивиться французской гегемонии.

С установлением Версальской системы восстановление исторической справедливости для одних обернулось несправедливостью для других. Румынская элита, осознав свое господствующее положение в крае, получила возможность отплатить поверженному противнику за все прежние обиды - дискриминируемым по целому ряду позиций оказывается в новых условиях теперь уже венгерское меньшинство. Хортистская Венгрия не примирилась с новым status quo, созданным Трианоном. В основе официальной идеологии режима с самого начала лежало стремление к пересмотру границ, более того, лозунг ревизии Трианонского договора был способен сплотить на единой платформе самый широкий спектр политических сил - от крайне правых до умеренно левых. В свою очередь и венгерское население Трансильвании не очень-то адаптировалось к условиям Румынии, не учило язык, отгораживалось от румынской культуры, терпеливо (а чаще не очень терпеливо) ожидая новой перекройки границ. Таким образом, вместе с новыми территориальными приобретениями Румыния обрела новые, прежде немыслимые для нее проблемы.

Приход к власти в Германии национал-социалистов и приближение новой войны перевели ревизионистские цели из области идеологии и пропаганды в сферу практической политики. В условиях резкого обострения общеевропейской ситуации, когда малые европейские страны становились не только' легкой добычей, но и орудиями в большой игре своих более крупных соседей, произошло новое возгорание латентного очага напряженности. Как только Версальская система была взорвана, под вопросом оказался и Трианонский договор, были созданы условия для его пересмотра. Именно успех Гитлера в Мюнхене осенью 1938 г. позволил регенту Венгрии Хорти и его окружению приступить к осуществлению своих ирредентистских планов. Непримиримость позиций обеих сторон в территориальном споре исключала полюбовную сделку, требовала вмешательства третьих стран. Запутанный узел венгеро-румынских противоречий явился фактором, оказывавшим все более существенное воздействие на международную обстановку в Карпатско-Дунайском регионе и на Балканах в условиях развязывания Второй мировой войны и вовлечения в нее новых и новых участников.

Известно, что национально-территориальные споры здесь периодически использовались большими державами для достижения своих геополитических целей, установления контроля над теми или иными странами. Трансильванский венгерско-румынский спор явил собой в этом смысле наиболее наглядный пример. Уже в годы Первой мировой войны трансильванская карта активно разыгрывалась странами Антанты против Австро-Венгрии. К началу Второй мировой войны значение трансильванского вопроса в европейской политике возросло, что подтверждают как рецензируемая монография, так и некоторые документы, вводимые в научный оборот уже после ее публикации. Второй венский арбитраж с участием Германии и Италии отдал 30 августа 1940 г. под юрисдикцию Венгрии Северную Трансильванию. При этом, как явствует из только что обнародованного следственного дела румынского диктатора маршала И. Антонеску, в ноябре 1940 г. фюрер в беседе с ним заявил, а в мае 1941 г. подтвердил, что "Венским арбитражем еще не сказано последнее слово и этим самым дал понять, что Румыния может рассчитывать на пересмотр решения, принятого в свое время в Вене, о Трансильвании". В данном случае Гитлер явно блефовал. Ведь Венгрия, как и Румыния, была союзницей нацистской Германии, участие ее войск в восточной кампании третьего рейха

стр. 109

не могло не быть оплачено приобретением новых территорий, не в последнюю очередь за счет соседней Румынии (румынские лидеры это хорошо понимали; показательно, что беседуя с Гитлером и Риббентропом, они с нескрываемым беспокойством интересовались планами подключения Венгрии к решению военных задач вермахта). Получение Северной Трансильвании не утолило геополитических аппетитов верхушки хортистского режима, претендовавшей на большее - по возможности на восстановление Венгрии в границах земель "короны святого Стефана", включавших в себя всю Трансильванию, Словакию, Хорватию, Воеводину, Закарпатскую Украину и т.д. Сильно разочаровав Вторым венским арбитражем Румынию и не удовлетворив Венгрию, нацистская Германия вместе с тем не только сохранила рычаги воздействия на обе враждующие между собой страны, но получила дополнительные возможности играть в своих интересах на венгеро-румынских противоречиях. Венгрия ждала от третьего рейха содействия в осуществлении своих дальнейших ирредентистских планов, тогда как Румыния, если не возвращения Северной Трансильвании (в ноябре 1941 г. министр иностранных дел Румынии М. Антонеску в беседах с высокопоставленными нацистами "попробовал напомнить им о притязаниях Румынии на Северную Трансильванию, однако ничего определенного в ответ не услышал"), то больших территориальных компенсаций на востоке, за счет СССР. Реваншистские настроения требовали выхода, и задача верхушки нацистской Германии заключалась в том, чтобы придать им строго определенный вектор, соответствующий военным целям третьего рейха. Известно, что главным аргументом в пользу участия Румынии в войне против СССР была ссылка на утрату ею территорий, воссоединенных летом 1940 г. с СССР - Бессарабии, принадлежавшей России в 1812-1918 гг., а также Северной Буковины, где преобладало украинское население. Гитлер подчеркнул в мае 1941 г. в беседе с И. Антонеску, что Румыния не может уклониться от войны с СССР, "так как для возвращения Бессарабии и Северной Буковины она не имеет иного пути, как только воевать на стороне Германии". При этом Румынии было обещано право "оккупировать и администрировать и другие советские территории вплоть до Днепра". Право в значительной мере реализованное в 1941-1943 гг.

Таким образом, сколь ни была велика в Румынии обида на Германию за Венский арбитраж, в Европе в это время не было другой силы, на которую могла возлагаться надежда на пересмотр установлений этого арбитража. Зависимость как Румынии, так и Венгрии от третьего рейха после арбитража возросла, каждая из противоборствующих сторон была плотнее пристегнута к осуществлению внешнеполитических и военных планов Германии, что способствовало в конечном итоге втягиванию обеих стран-антагонистов в войну против СССР. Свидетельства Антонеску о его майской 1941 г. встрече с Гитлером подтверждают, что решение о вступлении Румынии в войну на восточном фронте принималось прежде всего с оглядкой на Венгрию, которая в случае отказа Румынии могла бы оказаться в значительном выигрыше перед своей вечной конкуренткой, наверняка овладела бы при поддержке Германии новыми румынскими территориями - возможности Берлина шантажировать своих сателлитов были в 1941 г. поистине безграничными. Между тем, сделанный внешнеполитический выбор в пользу Германии обрек оба режима на поражение в войне.

В работе Т. М. Исламова и Т. А. Покивайловой дается анализ советских и западных планов послевоенного урегулирования трансильванского вопроса и конкретных дипломатических шагов, направленных на их воплощение. На заседаниях соответствующих комиссий Наркоминдела рассматривались разные проекты, в том числе независимой Трансильвании, внешнеполитически ориентированной на СССР. Проект, на наш взгляд, совершенно утопический: отсутствие единой трансильванской нации, единой элиты, настроения большинства трансильванских венгров и подавляющего большинства трансильванских румын в пользу скорейшего и окончательного присоединения этого края к "матери-родине" делали идею самостоятельной Трансильвании заведомо мертворожденной. В конце концов предпочтение было отдано передаче Трансильвании Румынии взамен гарантий тесного сотрудничества с СССР и полного отказа Бухареста от претензий на Бессарабию и Северную Буковину. Можно согласиться одновременно и с версией, согласно которой Сталин долгое время маневрировал, используя трансильванский вопрос в качестве инструмента давления попеременно то на Румынию, то на Венгрию с целью склонить эти страны

стр. 110

порвать с Германией. Известно, что уже 23 июня 1941 г. Молотов, вызвав венгерского посланника, обещал советскую поддержку венгерских претензий на Трансильванию в случае неучастия Венгрии в войне против СССР. Тремя годами позже, в сентябре 1944 г., при подписании соглашения о перемирии с Румынией в его текст была внесена компромиссная формула: речь там шла о передаче Трансильвании либо большей ее части (!) Румынии. Указание на "большую часть" открывало простор для некоторой корректировки границ в пользу Венгрии в соответствии с этническим принципом. Как показано в монографии, западные союзники в ходе работы Совета министров иностранных дел держав-победительниц испытывали определенные колебания. При этом ими принимались во внимание временные различия векторов внутриполитического развития двух соседних стран. Если в Венгрии в ноябре 1945 г. на свободных выборах 57% получила партия мелких хозяев, то в Румынии уже в марте 1945 г. коммунисты однозначно задавали тон во всех властных структурах. Трезво учитывая ситуацию, сложившуюся в результате побед Красной армии на Восточном фронте, лидеры западных держав признали обе эти страны сферой особых интересов СССР. Вместе с тем от своей доли ответственности в деле решения судеб Венгрии и Румынии они без боя отказываться не собирались, продолжая борьбу за частичное влияние в регионе. Советское военное присутствие, однако, делало любые попытки противодействия магистральной линии развития бесперспективными. Уже в 1946 г. венгерским политикам пришлось разочароваться в возможности некоторого улучшения своего статуса в послевоенной ялтинско-потсдамской Европе, а лидерам западных держав - в возможности сохранения Венгрии в качестве плацдарма своего влияния в Дунайском бассейне. Советский Союз сумел в ходе дипломатической борьбы на Парижской мирной конференции фактически навязать союзникам по антигитлеровской коалиции свое видение трансильванского вопроса и (вопреки не слишком затянувшимся англоамериканским колебаниям) сыграл решающую роль в безоговорочной передаче всей Трансильвании Румынии в соответствии с Парижским мирным договором 1947 г. В основе советской позиции лежал политический прагматизм: стратегическое значение Румынии, "открывающей путь" на Балканы и к черноморским проливам, было для Кремля особенно велико, и в этом смысле наблюдалась преемственность между имперской стратегией царской России и СССР. Именно Румынии предстояло играть приоритетную роль в концепции формирования "советской зоны безопасности".

Авторы затрагивают болезненный вопрос, связанный с устранением по решению советского военного командования в ноябре 1944 г. только что установленной в Северной Трансильвании румынской администрации, введением в крае советской военной администрации. Современной румынской историографией эти действия трактуются исключительно как один из этапов в процессе реализации далеко идущих планов Кремля. Т. М. Исламов и Т. А. Покивайлова также полагают, что переход всей системы управления в крае в ведение советских армейских структур, мотивированный неспособностью румынских властей предотвратить острые межэтнические (венгерско-румынские) столкновения и обеспечить спокойствие в тылу Красной армии, позволил СССР использовать вопрос о принадлежности Трансильвании в качестве инструмента для оказания влияния на политическую борьбу в Румынии. Как отмечается в одном из приведенных документов Наркоминдела, там хорошо осознавали: "вопрос о передаче Румынии Северной Трансильвании должен являться важнейшим рычагом воздействия на румынское правительство не только в области выполнения экономических обязательств по Соглашению о перемирии, но и в области проведения им внутренней и внешней политики". В Кремле и на Кузнецком мосту, в здании НКИД, прекрасно понимали стратегическое значение спорной территории, вопрос о возвращении Северной Трансильвании под румынскую юрисдикцию служил эффективнейшим средством манипулирования политической жизнью Румынии в один из самых ключевых и ответственных моментов ее новейшей истории. В марте 1945 г. трансильванская карта была успешно разыграна кремлевским руководством в целях приведения к власти в Румынии левого, подконтрольного СССР правительства Петру Гроза, решающую роль в этом сыграл зам. наркома А. Я. Вышинский, открыто шантажировавший молодого короля Михая. Можно согласиться с тем, что восстановление румынской власти в Северной Трансильвании было на протяжении ряда месяцев центральной проблемой всей внутриполитической жизни страны, оно напря-

стр. 111

мую зависело от того, кому, каким политическим силам удастся добиться успеха и, следовательно, каким будет режим в послевоенной Румынии. Увязав возвращение Северной Трансильвании под румынскую юрисдикцию с усилением позиций коммунистов во власти, руководство СССР уже в начале 1945 г. заложило вектор дальнейшей внутриполитической эволюции страны.

При всем при этом советская политика, как показывают авторы, не сводилась всецело к стремлению использовать ситуацию в своих геостратегических целях. Она сумела положить конец бесчинствам одержимых жаждой мщения румынских экстремистских отрядов в крае против фактически беззащитного венгерского меньшинства, а может быть даже предотвратила гражданскую войну. Это играло на руку и укреплению румынской государственности, поскольку способствовало интеграции венгров. Можно согласиться с тем, что "если бы чиновники из центральной Румынии, хлынувшие в освобожденный край, соблюдали минимум законности и порядка, не было бы нужды советскому руководству создавать себе новые политические проблемы в общении с руководством Румынии и взваливать на свои плечи дополнительные хлопоты по управлению уездами, деревнями и волостями Северной Трансильвании" (с. 27). Помимо ликвидации румынской администрации у советского правительства имелись в арсенале и другие средства и возможности для влияния на Румынию, относившуюся к числу побежденных стран и ждавшую своей участи на мирной конференции. Другое дело, что оно умело воспользовалось ситуацией, созданной в значительной мере самими же румынами, для того, чтобы оказать на них давление в своих политических интересах.

Установление в Венгрии и Румынии к концу 1940-х годов коммунистических режимов и принадлежность обеих стран к одному военно-политическому лагерю, формировавшемуся под эгидой СССР, ускорили видимую нормализацию отягощенных грузом трансильванской проблемы двусторонних отношений, тем более, что в Москве, имея представление о тлеющих углях застарелого спора, явно не хотели раздувания новых конфликтов в стане своих союзников и многое делали для их смягчения.

Авторы не могли обойти стороной и сегодняшнего состояния трансильванского вопроса. Преждевременно, на наш взгляд, говорить о том, что "чувство реальности, учет позиции международной общественности не позволяет Венгрии ставить вопрос о пересмотре Парижских мирных договоров ни прямо, ни косвенно. Синдром Трианона в этом смысле преодолен и в политике, и в общественном мнении, и в науке исторической. Возврата к катастрофической политике ревизии и реванша времен хортизма нет" (с. 33). На самом деле, произошедший в политической жизни Венгрии в последнее время резкий сдвиг вправо способствует сохранению остроты трансильванского вопроса. Около 50 мест в венгерском парламенте получила на выборах весной 2010 г. крайне правая партия, прибегающая к откровенно ирредентистским лозунгам. Автор этих строк, часто бывающий в Будапеште, стал в июле 2010 г. непосредственным свидетелем крупномасштабной акции крайне правых: военизированная молодежь в майках с изображением карты дотрианонской Венгрии маршировала по центральной магистрали - проспекту Андраши, на хорошо организованном митинге выкрикивались соответствующие лозунги. В свою очередь, политическая элита Румынии рассматривает проблему почти двухмиллионного венгерского меньшинства как свое внутреннее дело, крайне болезненно реагируя на любые (даже доброжелательные) комментарии официального Будапешта и тех или иных политических кругов Венгрии по поводу положения венгров в Румынии. Трансильванский вопрос, таким образом, отнюдь не утратил своей актуальности, его дальнейшее состояние напрямую зависит от расклада сил на политической арене каждой из стран. Активизация политических сил, выступающих за соединение Румынии и Молдовы в одном государстве, вызывает в качестве ответной реакции дальнейшее развитие бессарабского антирумынского "молдовенизма", находящего себе самого естественного союзника в движении трансильванских венгров, достаточно лояльном в настоящее время румынской государственности, но явно не заинтересованном ни в повышении градуса румынского национализма, ни в понижении удельного веса венгров в Румынии (неизбежного в случае расширения границ страны).

Первая в российской историографии монографическая работа о трансильванском вопросе, ставящая его в контекст политики великих держав, обещает вызвать интерес не только историков, но и политологов.


© library.md

Permanent link to this publication:

https://library.md/m/articles/view/Т-М-ИСЛАМОВ-Т-А-ПОКИВАЙЛОВА-Восточная-Европа-в-силовом-поле-великих-держав-Трансильванский-вопрос-1940-1946-годы

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Moldova OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://library.md/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. С. Стыкалин, Т. М. ИСЛАМОВ, Т. А. ПОКИВАЙЛОВА. Восточная Европа в силовом поле великих держав. Трансильванский вопрос. 1940-1946 годы // Chisinau: Library of Moldova (LIBRARY.MD). Updated: 22.07.2022. URL: https://library.md/m/articles/view/Т-М-ИСЛАМОВ-Т-А-ПОКИВАЙЛОВА-Восточная-Европа-в-силовом-поле-великих-держав-Трансильванский-вопрос-1940-1946-годы (date of access: 15.08.2022).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. С. Стыкалин:

А. С. Стыкалин → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Moldova Online
Кишинев, Moldova
54 views rating
22.07.2022 (24 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
АЛЕКСАНДРУ АВЕРЕСКУ ГЛАЗАМИ ВОЕННОЙ РАЗВЕДКИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ: ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ БУДУЩЕГО МАРШАЛА РУМЫНИИ
2 days ago · From Moldova Online
МОБИЛЬНОСТЬ И ТРАНСГРАНИЧНЫЕ МИГРАЦИИ РУМЫН В СЕРБСКОМ БАНАТЕ
Catalog: Экономика 
3 days ago · From Moldova Online
МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "НАЦИОНАЛЬНЫЕ МЕНЬШИНСТВА СТРАН ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ЮГО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ И СОВРЕМЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ"
4 days ago · From Moldova Online
ДЕКАБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1989 ГОДА В РУМЫНИИ: К ВОПРОСУ ОБ ИСТОЧНИКОВОЙ БАЗЕ И ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИХ ДИСКУССИЯХ
5 days ago · From Moldova Online
РАСЧЕТЫ И ПРОСЧЕТЫ РУМЫНСКИХ ПРАВИТЕЛЕЙ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
5 days ago · From Moldova Online
МЕЖКУЛЬТУРНЫЙ И СОЦИОЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ МИГРАЦИЙ В СЛОВЕНИИ
6 days ago · From Moldova Online
РУМЫНСКИЕ ДЕЛЕГАЦИИ НА КОРОНАЦИЯХ АЛЕКСАНДРА III И НИКОЛАЯ II
Catalog: История 
6 days ago · From Moldova Online
МЕЖДУ РОССИЕЙ И БАЛКАНАМИ: МОЛОКАНЕ В МИГРАЦИОННЫХ ПОТОКАХ 60-х годов XIX века
Catalog: География 
8 days ago · From Moldova Online
К ВОПРОСУ О ЦЕРКОВНОМ КУЛЬТЕ КОРОЛЯ СВ. ИШТВАНА
8 days ago · From Moldova Online
ДЮЛА СЕКФЮ В 1945-1955 годах
Catalog: История 
9 days ago · From Moldova Online

Actual publications:

Latest ARTICLES:

LIBRARY.MD is a Moldavian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Т. М. ИСЛАМОВ, Т. А. ПОКИВАЙЛОВА. Восточная Европа в силовом поле великих держав. Трансильванский вопрос. 1940-1946 годы
 

Contacts
Watch out for new publications: News only: Chat for Authors:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Library of Moldova ® All rights reserved.
2016-2022, LIBRARY.MD is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Moldova


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones