Зайончковский О.

Счастье возможно: роман нашего времени М.: АСТ: Астрель, 2009

Главы нового романа финалиста премий "Русский Букер" и "Национальный бестселлер" Олега Зайончковского (р. 1959) можно назвать новеллами. Каждая из них приглашает на неспешную прогулку по Москве и её окрестностям, в ходе которой читателю встречаются разные типажи - от литературно-газетных колумнистов до бомжей. Их истории рассказывает главный герой, чья профессия (точнее, призвание) как раз в том, чтобы рассказывать: он - писатель. Писатель занимается творчеством, а бытом и прочими делами заправляет его жена Тамара, активно делающая карьеру. Однажды Тамара решает, что их квартира на московской окраине, купленная в своё время на деньги её отца - важной министерской "шишки", мала и не престижна для них, и затевает покупку новой. В процессе поиска она фиктивно разводится с мужем (...банк не мог ссудить Тамаре нужную сумму при наличии у неё иждивенца, то есть меня. Я не люблю этого слова: называйте меня неработающим членом семьи, тунеядцем, как хотите, но только не иждивенцем. Однако банк, тупая контора, определил меня именно этим термином, и я превратился для Тамары в проблему, которую надо было решать) и знакомится с бизнесменом Дмитрием Павловичем, за которого выходит замуж. Писатель остаётся вдвоём с псом Филом, лето проводит в подмосковном родительском доме в деревне. При этом Тамара сохраняет дружеские отношения с первым мужем, навещает его и сама, и с Дмитрием Павловичем, который даже пытается трудоустроить писателя (правда, безуспешно). В результате таких визитов Тамара беременеет от бывшего супруга и возвращается к нему.

"Счастье возможно" - проза простая и незатейливая, но при этом приятная, неторопливая и душевная, как всегда у Зайончковского. Герой романа - наблюдатель, созерцатель, этакий современный Емеля на печке, для которого счастье не только возможно, но даже неизбежно. Причём для этого ему не надо прилагать больших усилий: счастье заключено в самом течении жизни. И каждое мгновение полно событий (таковыми становятся и шумный ремонт у соседа, и регулярные скандалы в квартире сверху, и случайное любовное приключение с ошибившейся адресом риелтором Мариной) и потому прекрасно... В небе пел самолёт, ранее неслышимый; привязанная у магазина, плакала безутешно собачка; дети щебетали воробьиными голосами... Огромный шум города... раскладывался на множество маленьких отчётливых музыкальных партий. И казалось мне, что ещё немного, ещё чуть-чуть, и, разбирая каждую из этих партий в отдельности, я постигну всю симфонию мироздания... Но собачка... всё плакала, и никто не приходил, чтобы её отвязать. Мухи жужжали, деревья шелестели листьями, город шумел и шумел, а этажом выше по-прежнему убивали "сволочь". И однажды я наконец догадался, что ничего не изменится, симфония мироздания не сложится, если я останусь только в качестве слушателя. В ней, в симфонии, не хватало моего собственного голоса - вот о чём шептали мне листочки. Так я впервые по-настоящему осознал своё писательское предназначение...

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Found source (search robot):

Publication author(s) - Ольга Рычкова:

Comments: