Е. СТАТЕЛОВА, А. ПАНТЕВ. Съединението на Княжество България и Източна Румелия 1885 година. София. Народна просвета. 1985. 192 с.

Е. СТАТЕЛОВА, А. ПАНТЕВ. Объединение Болгарского княжества с Восточной Румелией в 1885 году.

Осенью 1985 г. болгарской общественностью широко отмечалась сотая годовщина, знаменательного события в истории страны - объединения Болгарского княжества с Восточной Румелией, что явилось важным этапом на пути национально-освободительного движения и создания независимого Болгарского государства. Болгарские историки отметили юбилей публикацией работ справочно-энциклопедического характера, посвященных объединению двух частей Болгарии¹ . К юбилейной дате вышла и рецензируемая книга, обобщающая многолетнее изучение этой темы. В ней учитываются предшествующие исследования как болгарских, так и зарубежных ученых, приводятся различные точки зрения по рассматриваемым вопросам. Е. Стателова и А. Пантев - авторы многих трудов по внешней политике Болгарского княжества и истории международных отношений на Балканах последней четверти XIX века² . Их книга основана на солидной источниковой базе, в первую очередь на материалах, хранящихся в государственных архивах НРБ, СССР, Великобритании, СФРЮ, США. Широко использованы и публикации дипломатических документов, мемуарная литература, периодическая печать. В центре внимания историков - анализ национально-освободительной борьбы болгарского народа после Берлинского конгресса 1878 г. и деятельность болгарского правительства по внутри- и внешнеполитическому укреплению объединения. На большом фактическом материале показано, что решения Берлинского конгресса о разделении Болгарии на Северную (Болгарское княжество) и Южную (Восточная Румелия), в качестве автономной провинции остававшуюся в пределах Османской империи, вызвали возмущение в стране, которое вылилось в общенародное движение за объединение, ставшее главной национальной задачей болгарского народа. Возглавленное представителями молодой национальной буржуазии и мелкобуржуазной интеллигенции, оно началось в Восточной Румелии и вскоре охватило всю страну. Ярко и обстоятельно пишут авторы не только о мирном протесте болгар против разъединения страны (митинги, демонстрации, обращения к западноевропейским правительствам), но и о подготовке к вооруженному сопротивлению против решений Берлинского конгресса. Так, в январе 1879 г. в Пловдиве был создан Центральный комитет Южной Болгарии, который по предложению русского генерала М. Д. Скобелева приступил к организации гимнастических стрелковых обществ, занимавшихся военным обучением населения. Эти общества и возникшие во многих городах Болгарии комитеты "Единства" создали базу

¹ Съединението 1885. Енциклопедичен справочник. София. 1985; Куртев И. Хроника на Съединението. Пловдив. 1985; Съединението и сръбско- българската война 1885. Библиография. София. 1985.

² Стателова Е. Развой и характер на отношенията между Княжество България и Източна Румелия (1879 - 1885). - Исторически преглед, 1978, N 5; ее же. Дипломацията на Княжество България. 1879 - 1886. София. 1979; ее же. Източна Румелия (1879/1885). Икономика, политика, култура. София. 1983; Пантев А. Англия срещу Русия на Балканите. 1879 - 1894. София. 1972; его же. Българският въпрос във Великобритания 1876 - 1878. София. 1981; И др.

стр. 158

для подъема объединительного движения, начавшегося весной 1885 года (с. 51 - 52).

Авторы раскрывают роль Болгарского тайного центрального революционного комитета (БТЦРК), созданного в апреле 1885 г. под руководством З. Стоянова - известного революционера, талантливого публициста и историографа национально-революционного движения в Болгарии. БТЦРК поставил целью достижение полного национального освобождения и взял курс на подготовку объединения. Венцом деятельности комитета, как считают историки, было восстание 18 сентября 1885 г. в Пловдиве (Филлиппополь), приведшее к объединению Болгарского княжества с Восточной Румелией. Турецкие власти были изгнаны, а болгарский князь Александр провозглашен "князем единой Болгарии" (с. 77 - 79).

В книге выделяется такой сложный вопрос, как отношение болгарского правительства П. Каравелова и князя Александра к объединительному движению, подготовке восстания, отмечается разница в понимании этими деятелями сущности и целей движения за объединение (с. 80, 84 - 86). П. Каравелов показан горячим патриотом, крупным деятелем и искусным дипломатом.

Болгарская дипломатия, отмечают авторы, стремилась добиться поддержки объединения со стороны России, его международного признания западноевропейскими державами, предотвратить возможное военное выступление Турции и достигнуть соглашения с Портой по поводу условий признания объединения, наконец, договориться по некоторым спорным вопросам с балканскими странами. Несмотря на тяжелую внешнеполитическую обстановку, болгарская дипломатия проявила большую выдержку, гибкость и добилась международного признания объединения (Топханейский акт, 4 апреля 1886 г.).

Известным недостатком, на наш взгляд, в освещении деятельности болгарского правительства является недостаточное внимание к острейшей внутрипартийной борьбе в стране и складыванию оппозиции П. Каравелову. Между тем это обстоятельство не только затрудняло деятельность софийского кабинета внутри страны и на международной арене, но и привело в августе 1886 г. к свержению князя Александра, что вновь сделало болгарский вопрос одним из главных в европейской политике.

Среди других проблем, рассмотренных в монографии, - политика западноевропейских держав и Турции в Болгарии. Ее анализ дается на фоне международных отношений и в тесной связи болгарских событий с другими важнейшими европейскими вопросами 80-х годов XIX века. Большое внимание авторы уделяют курсу английской дипломатии, направленному на вытеснение русского влияния из Болгарии и достижение преобладающего влияния в Константинополе, причем одно из средств для достижения этой цели лондонский кабинет усматривал в разрушении австро-русско-германского союза (с. 110).

Немало места в монографии отведено политике германского правительства, возглавлявшегося О. Бисмарком. Можно согласиться с мнением Е. Стателовой и А. Пантева, что болгарские события использовались Бисмарком, чтобы спровоцировать военное столкновение между Россией и Англией. Для этого канцлер формально оказывал дипломатическую поддержку России, сдерживал некоторые антирусские акции венского кабинета, но в то же время тайно способствовал австро-английскому сближению. Советуя Петербургу ввести свои войска в Болгарию, он надеялся тем самым скомпрометировать в глазах болгар Россию и подтолкнуть Англию, а вслед за ней и Австро-Венгрию к войне с Россией.

Раскрывая антиславянскую политику Австро-Венгрии и ее роль в развязывании сербо-болгарской войны 1885 г., авторы вместе с тем проходят мимо того, что одним из ее важных результатов было резкое обострение австро-русских отношений. Это проявилось во время миссии австрийского посла в Сербии Р. Кевенгюллера, направленного в конце ноября 1885 г. венским кабинетом в Пирот к П. Каравелову с целью предупредить его, что дальнейшее продвижение болгарских войск по сербской территории приведет к столкновению их с австрийскими, а возможно, и с русскими войсками. Угроза изолированного выступления Австро-Венгрии, которое, по условиям австро-русско-германского договора 1881. г., не могло иметь места без согласования с царским правительством, и особенно предположение о вступлении русских войск в Болгарию вызвали негодование в Петербурге. МИД России выразил официальный протест Вене, а царский министр иностранных дел Н. К. Гире объявил главе австрийского правительства, что его

стр. 159

действия ставят австро-русские отношения под угрозу разрыва³ .

В рецензируемой монографии впервые приведен материал об откликах в США на болгарские события 1885 - 1886 годов (с. 172- 175), в частности корреспонденции американских дипломатов в Европе. В своих донесениях они давали государственному департаменту обильную и разностороннюю информацию о восстании в Пловдиве, сербо-болгарской войне, ходе работ Константинопольской конференции. В Вашингтоне прекрасно поняли международное звучание болгарского объединения и его значение для внешнеполитических курсов европейских кабинетов.

В качестве третьей проблемы авторы выдвигают позицию России, занятую по отношению к Болгарии. Е. Стателова и А. Пантев справедливо утверждают, что создание единой Болгарии было главной целью русской дипломатии в Сан- Стефано и в Берлине и в дальнейшем объединение Болгарского княжества с Восточной Румелией оставалось в поле зрения петербургского кабинета (с. 14 - 33). Авторы высоко оценивают деятельность временного русского гражданского управления по учреждению государственно-административного аппарата и разработке конституции как в Северной, так и в Южной Болгарии. Проводится мысль, что создание основ болгарской государственности при непосредственном участии России подготовило условия для будущего объединения страны. Говоря об отношении Петербурга к пловдивскому восстанию, историки показывают, под влиянием каких обстоятельств оно формировалось. При этом определяющим для царского правительства была его враждебность к князю Александру, который интриговал против России и ориентировался на Австро-Венгрию и Англию (с. 88 - 89).

Е. Стателова и А. Пантев отмечают изменения тактики царской дипломатии в болгарском вопросе после бесплодных попыток разрешить его дипломатическим путем в рамках концерта европейских держав. Царское правительство, не выступая против подготовки болгаро-турецкого соглашения относительно условий объединения, потребовало лишь изменения ряда его пунктов, и прежде всего ликвидации статьи о военном союзе между Болгарией и Турцией, что отвечало интересам как России, так и Болгарии. В подтверждение этого можно привести слова П. Каравелова, который писал болгарскому министру иностранных дел, уполномоченному для ведения переговоров с Портой, И. Цанову: "Предлагаемые Россией изменения - в нашу пользу" - и давал ему указания действовать в контакте с царским послом в Константинополе А. И. Нелидовым⁴ .

Рассматривая позицию России в болгарском вопросе, авторы, к сожалению, опускают русско-турецкие секретные переговоры, которые с небольшими перерывами велись с октября 1885 до середины января 1886 г. в Константинополе А. И. Нелидовым и в Петербурге - турецким послом Шакир- пашой. Речь шла о выработке совместного курса в решении болгарских дел и объединении усилий против агрессивной политики Великобритании на Ближнем Востоке. В ходе переговоров был даже поставлен вопрос о заключении русско-турецкого союза подобно Ункиар-Искелессийскому договору 1833 года⁵ . Главным требованием царского правительства было отстранение Абдул-Хамидом, как верховным сюзереном, от власти князя Александра, а султан желал заручиться поддержкой России против Англии в Египте (Англия отказывалась удовлетворить требование Турции вывести свои войска из Египта, где они находились с 1882 г.). Слабость султанского правительства, постоянное лавирование Абдул-Хамида между Россией и Англией исключили возможность создания русско-турецкого союза, но переговоры в обеих столицах оказали большое влияние на позицию России и Турции в вопросе объединения.

Монография Е. Стателовой и А. Пантева - актуальный и полезный труд, в котором подводится итог изучения важнейшего события в новой истории Болгарии. Вместе с тем книга болгарских историков ставит перед исследователями вопросы (например, русско-болгарские отношения первой половины 80-х годов XIX в.), нуждающиеся в специальном изучении.

³ АВПР, ф. Канцелярия, 1885 г., д. 108, л. 240; д. 15, л. 46.

⁴ Цанов И. Из бележките ми по Съединението. - Български преглед, София, 1899, кн. VIII, с. 18.

⁵ АВПР, ф. Канцелярия, 1885 г., д. 20, т. I, лл. 96, 108 - 111; д. 21, т. II, лл. 122- 125; д. 25, лл. 306, 319, 329, 334.

Permanent link to this publication: