LIBRARY.MD is a Moldavian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: MD-381

Share with friends in SM

История образования Молдавского государства (Молдавской земли) изложена в "Сказании вкратце о молдавских господарях" - части так называемой Славяно-Молдавской летописи 1359 - 1504 годов 1. Текст памятника ныне известен по одиннадцати спискам XVI-XVIII вв., семь из которых - списки Воскресенской летописи, еще три списка - в сборниках смешанного содержания и один - в Патриаршем списке Никоновской летописи2.

Памятник содержит легендарные сведения о пришедших из Венеции двух братьях Романе и Влахате - прародителях молдавского народа. Спасаясь от гонений еретиков, братья пришли в место, называемое Старый Рим, и основали здесь город Роман. Род их сохранил верность древнему православию после того, как папа Формос принял латинство, а его последователи основали Новый Рим. Между потомками Романа - "Романовнами" - и латинянами началась "великая брань", продолжавшаяся до времени правления венгерского короля Владислава, племянника Саввы Сербского, тайно в своем сердце хранившего верность православию, хотя внешне соблюдавшего "латинский закон".

В правление Владислава на Венгрию напали татары. Из своих кочевий на реках Прут и Молдава через горы татары под предводительством князя Неймета прошли венгерскую землю Эрдель (Трансильвания) и встали на реке Мореш. Венгерский король позвал на помощь римлян - новых (то есть латинян), обратившись к кесарю и папе, и старых (то есть православных "романовцев"). Новые римляне прислали Владиславу тайную грамоту, предлагая поставить православных старых римлян в первые ряды войска, чтобы все они погибли в битве с татарами, а тех, кто уцелеет, задержать у себя в Венгрии, пока новые римляне не захватят их город и не обратят в латинство оставшихся там без защиты женщин и детей.

Вскоре на реке Тисе произошла "битва великая" короля Владислава с татарами князя Неймета. Старые римляне первыми пошли на татар и вместе с венграми одержали над ними полную победу. "Жалуя и милуя" старых римлян за храбрость, Владислав позвал их к себе на службу и показал тайную грамоту новых римлян. Не поверив этой грамоте, старые римляне отпроси-


Майоров Александр Вячеславович - доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета.

стр. 82

лись у короля проведать свой город и, увидев, что Старый Рим разорен, а их жены и дети обращены в латинство, стали просить Владислава дать им для проживания новые земли и сохранить их старую греческую веру. Король охотно выполнил просьбу и дал старым римлянам землю в Маромаруше 3, между реками Морешем и Тисой, называемую Крижи (Крижетур). Здесь и поселились старые римляне, взяв в жены венгерских женщин и обратив их в православие.

Среди "романовцев" был мудрый и мужественный человек по имени Драгош. Однажды на охоте, преследуя тура, он перешел горы и нашел за ними прекрасную пустующую землю на краю татарских кочевий. Отпросившись у короля Владислава, Драгош вместе с дружиной, женами и детьми перешел Карпаты и поселился на новой земле по реке Молдаве. Соплеменники выбрали его своим господарем и воеводой. И так по Божией воле началась Молдавская земля.

Драгош правил два года, затем четыре года воеводствовал его сын Сас, а после восемь лет - сын Саса Лацко, а затем шесть лет - воевода Богдан. Далее следует перечень имен других молдавских правителей с указанием числа лет правления. Летопись заканчивается кратким сообщением о смерти господаря Стефана III Великого в июле 7010 (7017; в действительности Стефан умер 2 июля 1504, то есть 7012 г.) и переходе власти к его сыну Богдану.

Все известные ныне списки Славяно-Молдавской летописи 1359 - 1504 гг. находятся в рукописных собраниях Российской Федерации - Санкт-Петербурга и Москвы. Наиболее ранние из них датируются второй половиной XVI века. Первые публикации памятника также были сделаны в России - в 1793 и 1856 годах 4.

Со времени публикации известной работы Богдана Петричейку Хащдеу о Негру Водэ - легендарном правителе Валахии - стало очевидным, что "Сказание вкратце о молдавских господарях" ведет повествование о происхождении молдаван не с незапамятных античных времен, как считалось ранее, а от вполне реальных исторических событий, происходивших в XIII веке.

Легенда о переселении предков румын и молдаван из Венеции могла зародиться в Олтении (Малой Валахии) после того, как в первой половине XIII в. здесь в Недейе, а затем в других местах на территории современных жудецев Долж и Горж поселились венецианцы. Обнаружив близкое сходство своей речи с разговорным языком венецианцев, олтяне убедились в своем родстве с ними. Это открытие и породило мнение о приходе румын из Венеции5.

Согласно Хащдеу, находит историческое объяснение и существование двух ветвей валахов - католической в Долже и православной в Романаце. В правление венгерского короля Владислава (Ласло) IV Куна (1272 - 1290) в Олтянском воеводстве (наиболее сильном румынском воеводстве королевства) известны католический воевода Михаил Летин из Недейи и православный воевода Дан из Романаца. С началом правления Михаила усилилась напряженность в отношениях между католиками и православными. Среди последних самыми ревностными были жители Романаца (историческая территория Романаца ныне входит в жудец Олт). "Новыми римлянами" Сказания историк считал "летинов" из Недейи (Новый Рим), а православных "старых римлян" идентифицировал с жителями Романаца, на территории которого располагался античный город Ромула (Старый Рим)6.

Согласно новейшим данным, город Ромула, основанный на месте дакийского поселения Мальва, во II-III вв. н. э. был одним из двенадцати городов провинции Римская Дакия (после 158 г. Ромула - столица диоцеза Южная (или Мальвийская) Дакия); в настоящее время - деревня Решка в районе Добрословень жудеца Олт7.

стр. 83

Выводы Хашдеу нашли некоторую поддержку в ходе дальнейших исследований 8. Вместе с тем, современные румынские историки ставят под сомнение существование в Олтении XIII в. сколько-нибудь значительных противоречий в отношениях православного и католического населения, ссылаясь на отсутствие надежных исторических данных на этот счет. Кроме того, прозвище воеводы Михаила "Летин" может указывать не только на конфессиональную, но и на этническую принадлежность: так могли называть выходца из Литвы. Впрочем, земли Малой Валахии (Олтении) в большей степени могли испытывать католическое влияние, чем расположенные на восток от нее земли Великой Валахии (Мунтении)9.

Иная ситуация складывалась на территории комитата Марамарош - северо-восточной окраины Венгерского королевства, которая долгое время оставалась малонаселенной. Также как и другие приграничные регионы, венгерские короли и знать различными способами пытались колонизировать необжитые районы Марамароша, в том числе путем привлечения иностранных поселенцев.

После монголо-татарского нашествия 1241 - 1242 гг., когда половина Венгерской равнины практически обезлюдела, колонизация распространилась по всей стране. Начиная со времени правления Владислава IV, валахи стали селиться в Венгрии в большем количестве, в XIV в. их приток еще больше усилился. Валахи группами переселялись в Венгрию, привлекаемые налоговыми льготами и наличием свободных земель. Причем, основной поток валашской колонизации происходил не с территории Олтении и Мунтении, а из так называемой Великой Влахии (ныне в Центральной Македонии), находившейся под церковной юрисдикцией православной Вранской епархии, поэтому выходцы оттуда в основном исповедовали православие. Первые валашские поселенцы должны были появиться в Марамароше в конце XIII в., а первые письменные свидетельства о колонизационной деятельности валашских князей могут быть датированы 1326 годом 10.

О том, что истоки легенды о происхождении молдаван следует искать в первой половине XIII в., могут свидетельствовать имена легендарных прародителей народа - Романа и Влахаты - названные в Сказании.

В 1247 г. посол римского папы Иннокентия IV в Монголию Джованни дель Плано Карпини, покидая пределы половецких степей, на обратном пути в Западную Европу повстречал двух князей, направлявшихся на восток: "При выезде из Комании мы нашли князя Романа, который въезжал в землю татар, и его товарищей и живущего поныне князя Алогу и его товарищей". Далее Карпини делает еще одно важное замечание: "С нами из Комании выехал также посол князя Черниговского и долго ехал с нами по Руссии. И все это русские князья"11.

Приведенное известие давно замечено исследователями, у которых в целом не вызывает сомнений, что имя Aloha (Олоха) вероятнее всего могло быть производным от этнонима волох (валах), а отнесение Романа и Олохи к числу русских князей должно означать не столько этническую, сколько конфессиональную принадлежность к православным христианам. Все это, несомненно, позволяет соотнести князей Романа и Олоху, упоминаемых Карпини в числе свидетелей его путешествия на Восток, с Романом и Влахатой - персонажами "Сказания вкратце о молдавских господарях" 12.

Можно привести еще одно упоминание о валашском правителе с именем, созвучным имени Роман, встречающееся в источниках первой половины XIII века. В одном из вариантов составленной около 1215 - 1220 гг. пространной записи "Песни о Нибелунгах" упоминается некий валашский герцог Рамунг (Romunc): "Примчался в Тульн с дружиной из семисот бойцов // Валашский герцог Рамунг, храбрец из храбрецов" 13.

стр. 84

Исследователи в целом не сомневаются в исторической реальности воеводы Драгоша, переселившего предков молдаван на новую родину, несмотря на явственные мифологические черты рассказа о вожде-герое, открывающем во время охоты новые земли для своего народа. Иногда Драгоша идентифицируют с упоминающимися в исторических документах Драгошем из Бедё или Драгошем, сыном Дьюлы. Впрочем, эти отождествления остаются спорными 14.

По-разному историками определяется и время прихода Драгоша в Молдавию, предложенные датировки располагаются в весьма широком хронологическом диапазоне - от второй половины XIII до середины XIV века 15.

Если строго следовать хронологическим указаниям "Сказания вкратце о молдавских господарях", то Драгош вместе с соплеменниками пришел в Молдавию и установил свою власть путем колонизации новых земель в 1359 г., после чего он правил здесь от лица венгерского короля в течение двух лет. 6867 (1359) г. в качестве даты прихода Драгоша приводят и все другие молдавские летописи XV-XVI веков 16. Исключение составляет только написанная в 1566 г. на польском языке так называемая Молдавско-Польская летопись 1352 - 1564 гг., датирующая приход Драгоша 6860 (1352) годом 17.

Тем не менее, именно 1352 - 1353 гг. признаются большинством исследователей как наиболее вероятное время правления Драгоша, поскольку такая датировка лучше согласуется с известными по другим источникам датами последующих событий, прежде всего, началом правления воеводы Богдана I и его борьбы за свержение венгерского суверенитета (1359 г.)18.

Однако, опираясь на более широкий комплекс известий, относящихся к борьбе венгерского и польского королей за освобождение земель к востоку от Карпат от власти татар, а также учитывая счет лет правления потомков Драгоша, приведенный в Сказании, наиболее вероятным временем образования "марки Драгоша" можно считать период между 1345 и 1349 годами19.

Вошедший в "Сказание вкратце о молдавских господарях" рассказ о переселении православных "романовцев" на новую родину после их победы над татарами в составе войска венгерского короля Владислава содержит противоречие, не позволяющее впрямую соотнести этот рассказ с историческими событиями середины XIV века. В описываемое время в Венгрии правил король Людовик (Лайош) I (1342 - 1382), и среди представителей Анжуйской династии вообще не было правителей с именем Владислав.

Споры по поводу отождествления короля Владислава, победителя татар и покровителя православных валахов, позволившего им переселиться на новые земли, ведутся давно. Выяснение этого вопроса имеет принципиальное значение для истории Молдавии, так как позволяет определить время переселения предков молдаван из Марамароша на берега реки Молдовы и, следовательно, дату основания Молдавского государства.

Первым специальным исследованием по этому вопросу стала статья выдающегося румынского историка, впоследствии президента Румынской Академии Димитрие Ончула "Драгош и Богдан - основатели Молдавского княжества" (1884 г.). Проанализировав все версии легенды, Ончул сделал вывод, что Владислав из Сказания не мог быть венгерским королем Владиславом IV Куном, никогда не побеждавшим татар, а, наоборот, потерпевшим от них тяжелое поражение. Кроме того, во второй половине XIII в. Марамарош еще не был заселен валахами. Описанные в Сказании события могли произойти только при короле Людовике I Анжуйском.

Ончул ссылается на сообщение придворного летописца Людовика Яноша из Тырнова о частых набегах татар на Эрдель (Трансильвания) и земли секеев, а также об ответном походе венгерской армии под командованием Андрея Лакфи, закончившемся разгромом татар, возглавляемых неким Атламышем20. Вен-

стр. 85

герский король Владислав, - делает вывод Ончул, - может быть отождествлен с трансильванским воеводой Андреем Лакфи21.

Уже в 1885 г. другой классик румынской историографии Александру Ксенопол оспорил выводы Ончула, считая, что в легенде речь идет о Ласло IV Куне. Между историками развернулась жаркая полемика. Ончул признал вывод Ксенопола ошибочным, уточнив, что Владислав в Сказании - это отец трансильванского воеводы Андрея Лакфи или буквально Лацкфи, то есть сына Ла(т)цка (Латцко - Владислав)22.

В наиболее развернутом виде аргументы Ксенопола представлены во втором томе его неоднократно переизданной "Истории румын Траянской Дакии", где анализу Сказания посвящен специальный раздел. В защиту своей позиции историк приводит грамоту Ласло Куна, датированную 1288 г., в которой король упоминает об экспедиции, предпринятой им вместе с множеством баронов и вельмож его королевства с целью преследования половцев, тайно бежавших из страны. По следам беглецов участники экспедиции прошли "через горы", граничащие с владениями татар, в земли, "куда не ступал ни один из предшественников короля" 23. Ксенопол полагал, что именно этот поход Ласло IV через Карпаты против половцев и победа над ними в несколько измененном виде могли отразиться в Сказании, где половцы превратились в татар 24.

Как отмечал в 1986 г. Николае Стоическу, спор между Ончулом и Ксенополом разделил последующих румынских историков на два лагеря - сторонников одной или другой точки зрения 25. Этот спор, в котором также участвуют молдавские историки, продолжается и в настоящее время.

Первые попытки приурочить рассказ о переселении молдаван на новую родину ко времени правления венгерского короля Ласло IV были сделаны еще молдавскими летописцами. К примеру, легендарного Владислава с Ласло Куном отождествил Мирон Костин (1633 - 1691), синхронизировав тем самым два разных события - основание Молдавского княжества Драгошем и возникновение первого румынского княжества Негру Водэ в Мунтении 26.

Имя короля Владислава в качестве главного хронологического ориентира в легенде о Драгоше и переселении молдаван воспринимал Август Людвиг Шлёцер, также отождествлявший этого Владислава с Ласло IV, поскольку последний не только состоял в родстве с Саввой Сербским (племянник Саввы Стефан Драгутин был женат на сестре Ласло), но и подозревался в ереси католической церковью 27.

Среди новейших историков наиболее последовательно и широко отождествление короля Владислава с Ласло Куном аргументируют Павел Параска и Овидиу Печичан. Исследователи устанавливают, что конфликт Ласло IV с половцами возник вследствие исполнения королем требований папского легата Филиппа, епископа Фермо, касавшихся искоренения в Венгрии ересей, язычества и восточной схизмы. В 1279 г. под давлением этого легата Ласло предписал половцам, в большом количестве переселившимся в Венгрию еще накануне нашествия Батыя, перейти к оседлой жизни, строго следовать католическому обряду и поселиться на новых, назначенных королем местах, в частности в Кришане, на реках Тиса, Криш, Муреш, Тимиш и в районе города Тыргу-Муреш (ныне административный центр жудеца Муреш). Примечательно, что часть этих гидронимов - Тиса, Муреш, Криш - упоминаются в летописном рассказе о победе Владислава над татарами28.

В ответ на репрессии в 1282 г. венгерские половцы подняли восстание. После поражения, нанесенного им королевскими войсками в битве на Тисе при впадении в нее Муреша (еще одно совпадение с рассказом Славяно-Молдавской летописи о победе Владислава над татарами) часть половцев ушла на восток

стр. 86

"за горы". Возможно, именно эти беглые половцы спровоцировали новое нашествие татар в 1285 г., в котором сами приняли участие.

По мнению Параски, автором Славяно-Молдавской летописи поход против половцев был перенесен на поход против татар, поскольку половцы, боровшиеся за сохранение автономии, как считали уже некоторые средневековые хронисты, бежали к татарам 29. Чтобы вернуть беглецов, Ласло IV со своими баронами в 1288 г. организовал экспедицию, в ходе которой венгерские войска достигли территории Молдавии30.

Тудор Сэлэгян обратил внимание, что в рассказе Симеона Даскэла, продолжателя и интерполятора летописи Григоре Уреке, есть сообщение (со ссылкой на древние венгерские хроники), что король Владислав начал сражение с татарами перед Рождеством, а освободил от них Молдавию и вернулся в свою столицу на масленицу31. И хотя Симеон Даскэл не указывает точных дат, его описание более соответствует хронологии татарского нашествия 1285 г.: король Владислав (Ласло IV) начал войну с татарами 25 января, а завершил боевые действия на Пасху (25 марта)32.

Впрочем, сам Сэлэгян приходит к выводу, что в Славяно-Молдавской летописи все же речь идет о победе над татарами, произошедшей в середине XIV века33.

Рассмотрим главные аргументы в пользу такого решения.

В 1340 - 1350-х гг. в результате серии успешных военных кампаний польского и венгерского королей татары были вытеснены с территории Восточного Прикарпатья и Приднестровья. Опираясь на союз с Венгрией, польскому королю Казимиру III (1333 - 1370) к 1349 г. удалось присоединить к своим владениям Галицкую землю, правители которой ранее признавали зависимость от Золотой Орды 34.

В 1343 г. венгерский король Людовик I также начал наступление против татар, но первые столкновения с ними оказались неудачными. Тогда король назначил Андрея Лакфи, ишпана секеев и будущего воеводу Трансильвании, командовать венгерской армией, состоявшей преимущественно из секеев, пересекшей Карпаты и вступившей в татарские владения в начале 1345 года35.

Об этом походе сообщают два современных венгерских источника. Первое сообщение содержится в шестой части "Жития и деяний Людовика, короля Венгрии" упомянутого выше архидиакона Яноша из Тырнова, придворного летописца Людовика I, именуемого также Яношем из Кюкюллё (ныне Тырнэвени, жудец Муреш, Румыния). Указанное известие, как и весь труд Яноша из Тырнава, дошел до нас в составе так называемой Дубницкой хроники, составленной в Варадине в 1470-х гг. путем сведения текстов более ранних источников. Свое нынешнее название хроника получила по единственному сохранившемуся списку, происходящему из Дубницы (ныне в Словакии). Рассказ Яноша из Тырнова воспроизведен также в Будайской хронике и Хронике Яноша Туроци 36.

Второе сообщение - содержащий ряд дополнительных подробностей рассказ о битве венгров и секеев с татарами анонимного монаха-минорита, возможно, непосредственного очевидца событий. По некоторым данным, этим анонимным автором мог быть Янош из Эгера, также близкий ко двору Людовика I. Составленная им Хроника охватывала период с 1345 по 1355 гг. и также дошла до нас в составе Дубницкой хроники 37.

В "Житии и деяниях Людовика" Яноша из Тырнова читаем: "В то время, когда свирепый народ Тартар часто нападал на Венгерское королевство, на земли Трансильвании и [земли] Секеев, король послал против Тартар усердного и воинственного мужа Андрея, сына Лацка (Andream filium Lachk), трансильванского воеводу, вместе с народом Секеев, знатью и сильными воинами, чье

стр. 87

большое войско вторглось в землю, где они (татары. - А. М.) обитали, и, сойдясь с ними на поле битвы, победило их вместе с их князем по имени Атламош, и этот князь был обезглавлен, и множество знамен и пленных Тартар было передано его королевскому величеству в Вышеград. После этого Секеи стали часто нападать на Тартар и с большой добычей возвращаться домой. А те Тартары, кто уцелел, бежали в далекие приморские области к другим Тартарам" 38.

Из сообщения анонимного минорита узнаем точную дату победы над татарами и ряд других подробностей: "В 1345 году [от Рождества] Господа, спустя три года после коронации короля Людовика, в праздник Очищения Пресвятой Девы Марии Секеи с немногими Венграми, оказавшимися среди них, с помощью Божией выступили против Тартар, и предали мечу бесчисленное множество Тартар в земле их. И там очень сильный их князь по имени Отламус, второй после Хана, женатый на сестре самого Хана, был взят живым, а после обезглавлен; за его выкуп были обещаны огромные деньги. Но Венгры отказались, заботясь о будущем; они также принесли домой их (татар. - А. М.) флаги, множество пленных, и очень большую добычу, прежде всего, золото и серебро, ценные вещи, а также драгоценные камни и дорогие одежды, сражение между ними продолжалось три дня беспрерывно" 39.

Итак, согласно анонимному минориту, решающая битва с татарами состоялась на праздник Очищения Пресвятой Девы Марии. В Римско-Католической церкви этот праздник посвящен воспоминанию о принесении младенца Иисуса во храм и очистительном обряде, совершенном его матерью на сороковой день после рождения первенца. В православной традиции праздник именуется Сретением - в память о встрече в Иерусалимском Храме младенца Иисуса с праведным старцем Симеоном. Праздник отмечается 2 февраля.

Победоносный поход против татар венгров и секеев под предводительством Андрея Лакфи упоминается также в нескольких грамотах Людовика I. 29 апреля 1357 г. король пожаловал трансильванскому вице-воеводе Доминику Мачке и его брату Иванке поместье Красно в комитате Тренчен за прежние заслуги, среди которых особо выделяется участие вместе "со своим господином, достойным мужем Андреем, сыном Лацка, тогда комитом Секеев, а ныне воеводой Трансильвании, [в походе] против Тартар и Рутенов" 40.

Давно замечено, что Rutenos, упомянутые в этом источнике в качестве союзников татар, - это, вероятнее всего, русские жители Подолья, признававшие власть татар, платившие им дань и участвовавшие в их военных предприятиях 41.

В известных ныне источниках не отразились факты, которые могли бы свидетельствовать о вытеснении татар с территории будущего Молдавского княжества ранее середины XІV века. Между тем, именно разгром и изгнание татар должны были стать необходимым условием последующего переселения на молдавские земли валахов под предводительством Драгоша.

Перелом в вековом противостоянии Венгерского королевства с татарами мог наступить только после 1345 года. В следующем году секеи, по свидетельству анонимного минорита, совершили еще одну вылазку против татар, вновь одержали победу, нанеся им большие потери, и возвратились с немалой добычей; в результате татары отошли на юг, к побережью Черного моря 42. Здесь они понесли новые потери вследствие распространения в Причерноморье эпидемии чумы, пришедшей из Италии около 1347 года43.

Об освобождении от татар земель будущей Молдавии во второй половине 1340-х гг. может свидетельствовать следующей факт. В начале 1347 г. римский папа Климент VI (1342 - 1352) счел, что в результате побед над татарами наступил подходящий момент для восстановления к востоку от Карпат прежней иерархии католической церкви. В послании от 29 января, адресованном венгер-

стр. 88

скому архиепископу Калоча, папа распорядился восстановить "Милковский епископат в Венгерском королевстве, на землях, граничащих с Тартарами", и назначить в качестве нового епископа Тому Нимпти, капеллана венгерского короля августинского монаха-отшельника и проповедника44.

Известно, что попытки восстановить Половецкое или Милковское епископство предпринимались папами при поддержке венгерского короля еще в конце 1320-х и в 1330-е годы. Однако назначаемые на милковскую кафедру прелаты не могли находиться в своей епархии и несли службу в других местах. Так было и с Т. Нимпти, который через несколько месяцев после своего назначения был уже в Венеции в качестве посла венгерского короля45.

Это можно объяснить, исходя из письма папы Николая III (1277 - 1280) к своему легату Филиппу, епископу Фермо, датированного 7 октября 1278 г., где говорится, что город Милков лежит в руинах еще со времен нашествия Батыя, и что уже сорок лет там нет ни епископа, ни католических жителей46. Епархиальный центр Милков располагался, вероятно, на одноименной реке (притоке Сирета), в районе современного города Фокшаны (жудец Вранча, Румыния).

И все же, попытки возродить Милковское епископство увенчались успехом. Это произошло, по-видимому, в первой половине 1350-х годов47. 12 февраля 1353 г. папа Иннокентий VI (1352 - 1362) назначил еще одного епископа на милковскую кафедру, говоря о ней, как о вакантной долгое время48.

Восстановление католической епархии к Востоку от Карпат, несомненно, стало результатом ослабления власти татар в этом регионе. Тем не менее, борьба с ними Венгерского королевства на рубеже 1340 - 1350-х гг. еще продолжалась. Около 1348 г. татары совершили ответное вторжение в Венгрию. Весной 1352 г. королевские войска были вновь мобилизованы для войны с ними, а папе отправлено донесение о недавнем нападении татар, которое могло быть частью их военных действий против Польши (в 1352 г. союзные венгерско-польские войска участвовали в осаде волынского города Белза, обороняемого литовцами, союзниками которых были татары)49. В следующем году король Людовик, опасаясь нового нападения татар, распорядился укрепить все замки своего королевства50.

О походах венгерского короля против татар в 1352 и 1354 гг. сообщает также флорентийский историк Маттео Виллани (ум. в 1363 г.), продолжатель Новой Хроники своего брата Джованни. По сведениям хрониста, во время похода 1354 г. венгерский король даже пытался заключить мир с неким юным татарским королем, склонявшимся будто бы к принятию христианства51. Впрочем, сведения Виллани отличаются неясностью и явными преувеличениями, вызывая серьезные сомнения у исследователей52.

Начавшаяся в 1359 г. в Золотой Орде двадцатилетняя внутренняя усобица ослабила государство и не позволила сохранить контроль над отдаленными западными окраинами.

Ослабление влияния татар в Восточном Прикарпатье имело еще одно последствие: Венгерское королевство заявило свои права на земли "Кумании", в том числе территории между Карпатами и Днестром. Только в таких условиях здесь мог появиться Драгош, воевода из Марамароша, прибывший в Молдавию в качестве наместника венгерского короля и возглавивший процесс колонизации освободившихся земель марамарошскими валахами. О том, что Людовик I считал Молдавию частью Венгерского королевства, свидетельствует его известная грамота 1365 г., в которой четырежды упоминается "наша земля Молдавия" 53.

Центр Молдавского воеводства во времена Драгоша должен был находиться в бассейне реки Молдовы и на Буковине; юго-восточная часть позднейшего Молдавского княжества и в особенности районы, прилегающие к побережью Черного моря, скорее всего, оставались еще под властью татар54.

стр. 89

На рубеже 1350 - 1360-х гг. другой воевода из Марамароша по имени Богдан сверг потомков Драгоша, поднял мятеж против венгерского короля и в борьбе с ним отстоял независимость Молдавии. Янош из Тырнова сообщает: "В правление венгерского короля Людовика воевода марамурешских волохов Богдан, собрав их, тайно ушел в Молдавию, подвластную Венгерскому королевству и давно опустошенную соседними татарами. Людовик посылал туда несколько раз войско, но число волохов столь умножилось в этой земле, что она сделалась особым княжеством"55. Именно Богдана большинство историков считает основателем Молдавского государства56.

Возможно, под влиянием образования независимого от Венгрии и Золотой Орды Молдавского княжества в Восточном Прикарпатье стали возникать другие политические образования с преимущественно валашским населением. По некоторым данным, правитель одного из них, воевода Петр, в 1359 г. сумел остановить наступление войск польского короля Казимира III57.

Рассмотренные нами факты показывают, что необходимые условия для массового переселения валахов на пруто-днестровские земли, могли возникнуть не ранее середины 1340-х гг., а образование здесь "венгерской марки" воеводы Драгоша могло произойти не ранее конца 1340 - начала 1350-х годов. Более ранние датировки этих событий не находят надежной опоры в известных ныне источниках. Поход через Карпаты около 1288 г. венгерского короля Владислава IV, преследовавшего беглых половцев, не мог привести к освобождению молдавских земель от власти татар и установлению над ними суверенитета венгерского короля.

Золотая Орда продолжала контролировать земли к востоку от Карпат вплоть до середины XIV в. и, более того, использовала их как плацдарм для нападений на Венгерское королевство. Отказ от дальнейших претензий на молдавские и украинские земли, вероятно, мог произойти только после поражения ордынцев в битве у Синих Вод в 1362 году. Данное обстоятельство, на наш взгляд, исключает возможность переселения в Молдавию марамарошских валахов воеводы Драгоша ранее середины XIV в., поскольку в противном случае подобное переселение должно было происходить с санкции золотоордынского хана (или иного татарского правителя).

Почему же в славяно-молдавских летописях XV-XVI вв. приход Драгоша и "начало Молдавской земли" приурочены ко времени правления венгерского короля Владислава? Как представляется, источники позволяют дать ответ и на этот вопрос.

В уже цитированном нами рассказе анонимного минорита о победах секеев и венгров над татарами в 1345 и 1346 гг. есть еще одно весьма примечательное сообщение. Это - легендарный рассказ о чуде Девы Марии и св. Владислава, совершенном прямо на поле боя и обеспечившем христианскому воинству полную победу над язычниками.

Ссылаясь на рассказы очевидцев, хронист пишет: "Говорят, что в ходе битвы между Христианами и Тартарами в Варадинском соборе не могли отыскать голову святого Владислава. Это во истину было чудом! Когда церковный подкустодий (subcustos) вошел в сокровищницу, чтобы увидеть голову, он нашел святыню на ее обычном месте, но всю в испарине, как будто она была живой и только что вернулась вся разгоряченная после какой-то тяжелой работы... Истинность чуда была подтверждена одним очень старым татарином из числа пленных, который сказал, что разбили их не Секеи и Венгры, а сам Владислав, который услышал, как они (секеи и венгры. - А. М.) постоянно к нему взывали. Другие его (татарина. - А. М.)товарищи также говорили, что, когда Секеи выступили против них, перед ними шел некий высокий рыцарь; сидя на огромном коне с золотой короной на голове и с боевым топором в

стр. 90

руке..., он могучими ударами опустошал их ряды. В воздухе над головой рыцаря в ослепительном сиянии, казалось, парит прекраснейшая дама: у нее на голове была видна золотая корона изысканной красоты. Из всего этого очевидно, что то были сама благословенная Дева Мария и благословенный король Владислав, которые помогли Секеям в битве с язычниками за веру в Иисуса Христа" 58.

Описанное анонимным миноритом чудо, как видим, совершилось не только на поле битвы. Его следы также обнаружились в Соборе Успения Девы Марии в Варадине (ныне город Орадя в Румынии). Здесь хранились мощи св. Владислава (короля Ласло I). Именно Варадин на протяжении нескольких веков был тем местом, где всячески поддерживался и развивался культ св. Владислава, создавались новые легенды о подвигах и чудесах, совершенных этим святым.

Еще при жизни король Ласло I (1077 - 1095) был тесно связан с Варадином, постоянно оказывая ему особое покровительство: основал здесь монастырь и заложил собор, построил замок и сделал город епархиальным центром. После смерти короля Варадин стал местом его погребения и со временем превратился в крупнейший в средневековой Венгрии центр почитания св. Владислава59.

В Варадинском соборе хранилась одна из самых почитаемых венграми реликвий - череп святого, для которого была изготовлена позолоченная гермареликварий в виде погрудного скульптурного портрета. Утраченная во время пожара в начале XV в., реликвия затем была вновь обретена и помещена в новый драгоценный реликварий. В 1607 г. из Варадина ее перенесли в Дьер, где в кафедральном соборе она хранится до настоящего времени60.

Описанное придворным хронистом Людовика I чудесное явление на поле битвы венгров и секеев с татарами св. Владислава в виде могучего рыцаря, сопровождаемого самой Божией Матерью в праздник Очищения (Сретения), несомненно, стало следствием развития культа этого святого, широко поддерживаемого королями Анжуйской династии.

Современные исследователи говорят даже о целенаправленном насаждении в Венгрии культа св. Владислава в XIV в.: его образ стал своего рода символом идеального рыцаря, защитника христиан, одним из важных элементов придворной рыцарской культуры, пришедшей вместе с новой династией61.

Уже в первой половине XIV в. образ св. Владислава как победителя кочевников-язычников широко отражался в венгерских исторических хрониках и произведениях изобразительного искусства, где появлялись неизвестные в более ранних источниках эпизоды его подвигов и чудес, проявленных, в том числе, в борьбе с татарами. Возникает представление о способности святого чудесным образом возрождаться к жизни через свои нетленные мощи, покоившиеся в Варадинском соборе, становиться непобедимым рыцарем-великаном и помогать венграм в борьбе с татарами.

Еще Д. Ончул обратил внимание на рассказ анонимного минорита о чуде св. Владислава. В своих поздних работах, продолжавших полемику с А. Ксенополом, он предложил связать рассказ минорита с сообщениями славяно-молдавских летописей о Драгоше и короле Владиславе. По мнению Ончула, в образе последнего мог выступать не Владислав IV (как думал Ксенопол), а сам св. Владислав, чудесным образом поднявшийся из могилы в Варадинском соборе, чтобы помочь своему народу победить татар. Составитель "Сказания вкратце о молдавских господарях" знал легенду о чуде св. Владислава и использовал ее для объяснения основания Молдавского государства62. К подобным выводам приходят и другие исследователи 63.

Ончул полагал, что именно св. Владислав направлял и помогал победить татар воеводе Андрею, "сыну Лакца" (то есть Владислава)64. В "Сказании вкратце

стр. 91

о молдавских господарях" нет упоминания об этом воеводе. Однако здесь имеются другие сведения, отсылающие к культу св. Владислава. В Сказании говорится, что православные "старые римляне", прежде чем переселиться в Молдавию, с разрешения короля Владислава некоторое время жили в Марамароше и Крише, где взяли себе в жены местных женщин: "Владислав же король... даде имъ землю в Маромаруше, межи реками Морешем и Тисею, нарицаемое место Крижи и ту вселишася..." 65.

Летописное "Крижи" (Крижетур) - это, судя по всему, Кришана - соседняя с Маромурешем историческая область в современной Румынии (жудецы Арад и Бихор), получившая свое название от трех небольших рек - Кришул-Алб, Кришул-Негру и Кришул-Репеде (притоки Кёрёша). Историческим центром Кришаны был Варадин (Орадя) - главный центр почитания св. Владислава в средневековой Венгрии. Здесь, по-видимому, и возникла легенда о чуде, описанном анонимным миноритом. Во всяком случае, именно в Варадине, как уже отмечалось, была создана так называемая Дубницкая хроника, в составе которой до нас дошел упомянутый рассказ минорита.

Причастность к победе над татарами и переселению в Молдавию выходцев из Кришаны заставляет предположить, что в походе против татар Андрея Лакфи наряду с венграми и секеями могли участвовать также валахи.

Превращению в летописном рассказе реального венгерского короля, санкционировавшего переселение валахов в Молдавию, в образ св. Владислава мог способствовать еще один важный фактор. Венгерские правители Анжуйской династии, начиная, по-видимому, с Людовика, воспринимали этого святого в качестве своего династического покровителя, символизирующего правящих в Венгрии королей.

Об этом свидетельствует появление изображений св. Владислава на королевских печатях и монетах. В частности, известно несколько видов монет разного достоинства (в том числе золотых дукатов), отчеканенных в правление Людовика I, с изображением родового герба Анжу на лицевой стороне и фигуры св. Владислава с нимбом и копьем (или боевым топором) в правой руке на обороте 66. Такая традиция получила продолжение в правление дочери Людовика Марии Анжуйской (1382 - 1395) и ее мужа и соправителя Сигизмунда Люксембургского (1387 - 1437)67.

Наибольших масштабов почитание св. Владислава правителями Венгрии достигло в XV в., в особенности при короле и императоре Сигизмунде. В 1390 г. он вместе со своей супругой участвовал в открытии конной статуи святого, установленной перед Успенским собором в Варадине. Этой статуе жители города приписывали магическую силу: считалось, что она помогла отстоять Варадин во время вражеских нашествий 68.

По-видимому, Сигизмунд Люксембургский культивировал особую личную связь со св. Владиславом и даже отождествлял себя с ним. Единственный из правителей Венгрии, кто был похоронен в Варадинском соборе рядом с мощами святого, Сигизмунд сделал все возможное для восстановления его гермы-реликвария, утраченной во время пожара, воплотив в облике святого свои собственные черты: существующий ныне бюст-реликварий св. Владислава обнаруживает сходство с прижизненным портретом Сигизмунда, выполненным около 1433 г. Антонио Пизанелло 69.

Как видим, представители не только Анжуйской, но и Люксембургской династии, занимавшие венгерский трон, чтили св. Владислава и использовали его образ в качестве сакрального королевского символа.

Универсальный характер этого символа, обозначавшего венгерского короля вообще, вне зависимости от родовой принадлежности, в еще большей степени проявился в XV-XVI веках. К нему прибегали и Ягеллоны и Габсбурги,

стр. 92

поочередно занимавшие венгерский престол, как, например, Уласло I (1440- 1444) и Владислав (Ласло) V (1445 - 1457)70. Изображения св. Владислава, стоящего анфас с боевым топором в руке, чеканили на своих монетах представитель новой династии Хуньяди Матиаш I Корвин (1458 - 1490)71 и последующие венгерские короли вплоть до Рудольфа I (1576 - 1608)72.

Большинство исследователей относят составление протографа Славяно-Молдавской летописи, содержавшего рассказ о победе над татарами венгерского короля Владислава и приходе Драгоша в Молдавию, ко второй половине XV в., времени правления господаря Стефана III73. Вполне вероятно, что при описании событий столетней давности молдавские летописцы использовали известный им универсальный сакральный символ венгерского короля, в равной степени применимый для обозначения как Людовика I, современника Драгоша, так и Матиаша I, современника Стефана III.

К персонификации Людовика I как короля Владислава в Славяно-Молдавской летописи могла привести также культивируемая в Варадине легенда о чуде св. Владислава, восставшего из могилы, чтобы помочь воинам Людовика победить татар в 1345 году. Эту легенду, возможно, знали выходцы из Кришаны, переселившиеся в Молдавию вместе с Драгошем.

Образ венгерского короля, победителя татар, именуемого Владиславом, нашел отражение в памятниках древнерусской литературы. Еще до появления русского перевода Славяно-Молдавской летописи, в 1470-х гг. в московское великокняжеское летописание была включена "Повесть о убиении Батыя", рассказывающая о событиях монголо-татарского нашествия на Венгрию, в которой Батыя разбивает в бою и убивает своей боевой секирой венгерский король Владислав.

Во второй половине XV в. благодаря устойчивым контактам с венгерским и молдавским дворами, в Москве, несомненно, знали о традиции венгерских королей использовать образ св. Владислава в качестве своего сакрального символа. Некоторые внешние атрибуты этой традиции были заимствованы московским великим князем. В Государственном Эрмитаже хранится так называемый "венгерский (угорский)" или "московский" золотой Ивана III с изображением венгерского короля Владислава I Святого на лицевой стороне и гербовым щитом Матьяша I Корвина на обороте, изготовленный по образцу венгерских золотых дукатов того времени74.

Исходя из сказанного, можно предположить, что в древнерусских письменных памятниках второй половины XV - начала XVI в. - "Повести о убиении Батыя" и "Сказании вкратце о молдавских господарях" - упоминание в качестве победителя татар венгерского короля Владислава означает не столько реального правителя, сколько символический образ короля-христианина, победителя язычников, тесно связанный с образом св. Владислава, которому в XIV- XV вв. стали приписывать подвиги (в том числе посмертные), совершенные в борьбе с кочевниками.

Попробуем выяснить, о какой победе венгерского короля Владислава над татарами, предшествовавшей переселению валахов Драгоша в Молдавию, говорится в "Сказании вкратце о молдавских господарях".

Эта победа не может быть связана с рассмотренным выше походом через Карпаты венгров и секеев под предводительством Андрея Лакфи, совершенным в 1345 году. Описывающие его венгерские хроники говорят, что королевские войска разбили татар в их собственных землях: "большое войско вторглось в землю, где они (татары. - А. М.) обитали" (Янош из Тырнова); "предали мечу бесчисленное множество Тартар в земле их" (анонимный минорит)75. О том, что эти земли находились к востоку от Карпат, где преобладало русское население, подчинявшееся власти татар, может свидетельствовать королевская

стр. 93

грамота 1357 г., в которой сказано, что поход Андрея Лакфи был направлен "против Тартар и Рутенов" 76.

Между тем, в "Сказании вкратце о молдавских господарях" прямо указывается, что татары, пришедшие из своих кочевий на реках Пруте и Молдове через Карпаты, были разбиты войсками короля Владислава в Трансильвании (Эрдели): "И в лето Владислава коралевъства воздвижеся на Угры брань от татаръ, от князя Неймета с своих кочевищъ, с рекы Прута и с рекы Молдавы. И преидоша чрезъ высокие горы и поперегъ земли Угорьскиа Ерделя, и приидоша на реку Морешь и ста ту... И немногу времени минувшу, и быша битва велика Владиславу королю угорьскому съ татары, с Нейметомъ княземъ на реке на Тисе" 77.

Обе названные здесь реки - Тиса и ее левый приток Марош (Муреш) - расположены к западу от Карпат, в пределах исторической территории Венгерского королевства. Следовательно, описанная в Сказании победа короля Владислава над татарами не соответствует реалиям кампаний 1288 и 1345 гг., когда войска венгерских королей действовали в Восточном Прикарпатье, на землях, подвластных татарам.

Кроме того, из дальнейшего сообщения Сказания следует, что битва на Тисе закончилась полной победой королевских войск, в авангарде которых шли "старые римляне" (то есть православные валахи), и великой радостью короля по случаю разгрома татар: "... и поидоша старые римляне наперед всех и опосле многие люди угрове и римьляне одинъ латыньский законъ, и побиша татаръ... Краль же Владиславъ укорьскый вельми радовашася о таковемь пособии божии..."78. Приведенное описание не согласуется с известными нам событиями нашествия на Венгрию Ногая и Телебуги в 1285 г., в целом имевшего противоположные результаты.

Следовательно, в "Сказании вкратце о молдавских господарях" отражено другое событие - крупная победа венгерских войск над татарами во время очередного нападения последних на королевство. Эта победа создала предпосылки для последовавших за ней успешных ответных походов венгров и секеев через Карпаты на земли самих татар, новых побед над ними, вытеснения татар из Карпато-Днестровского региона и заселения освобожденных земель православными валахами - подданными венгерского короля.

Все эти события, по-видимому, должны были происходить непосредственно одно за другим, не будучи разделены значительными промежутками во времени. Победа венгерского короля над татарами в битве на Тисе, по всей видимости, должна была иметь место незадолго до успешных ответных походов против татар венгров и секеев, в частности, кампании Андрея Лакфи 1345 года.

К тому же, если строго следовать сюжету Сказания, между победой на Тисе и началом переселения православных валахов ("старых римлян") в Молдавию должно уместиться во времени еще одно событие. После победы над татарами венгерский король разрешил валахам переселиться из прежней области обитания ("Старого Рима") к северо-восточным границам королевства, на новые земли в Марамароше и Кришане, жить здесь по православному закону и взять в жены венгерских женщин: "Владислав же король прия их (старых римлян. - А. М.) с великымъ хотением а даде имъ землю в Маромаруше, межи реками Морешем и Тисею, нарицаемое место Крижи и ту вселишася и собрашася римляне и живяше ту и пояше за себя жены угоркы от латыньского закону во свою веру християнскую даждь и до ныне"79.

Известные нам венгерские хроники не содержат сведений о крупной победе над татарами войск венгерского короля, которые можно было бы сопоставить с рассказом Славяно-Молдавской летописи. Тем не менее, в нашем распоряжении есть свидетельства других средневековых источников, не связанных с

стр. 94

венгерским и молдавским летописанием, в которых это событие все же нашло некоторое отражение.

О крупной победе венгерского короля над татарами под 1326 г. коротко сообщается в 125-ой главе "Хроники земли Прусской" Петра из Дусбурга: "125. Об опустошении земли Венгрии и убийстве 30 тысяч татар. В год от Рождества Христова 1326 король Венгрии убил 30 тысяч из войска татар, которые разорили его королевство"80.

Из слов хрониста следует, что разгром и избиение тридцати тысяч татар венгерским королем произошли где-то на территории самого Венгерского королевства, после того, как напавшие на страну татары в очередной раз подвергли ее разорению.

Насколько можно доверять этому известию?

Написанная священником Тевтонского ордена Петром из Дусбурга "Хроника земли Прусской" была завершена в том же 1326 г. и представляет картину исторических событий XIII - первой четверти XIV века. Интересующее нас сообщение помещается в заключительной, четвертой книге хроники, которая в отличие от трех предыдущих повествует о различных событиях всемирной истории с целью вписать деяния ордена в более широкий исторический контекст81.

Венгерские дела стали интересовать орденского хрониста ввиду обострения противоречий с Польшей, которые на рубеже 1320 - 1330-х гг. переросли в масштабный военный конфликт, разделивший Европу на два враждебных лагеря. Активное участие в нем принимали войска венгерского короля Карла Роберта (1312 - 1342), воевавшие на стороне его тестя, польского короля Владислава Локетка (1320 - 1333). В частности, осенью 1330 г. венгерские отряды участвовали в походах польского короля на захваченную Орденом Кульмскую землю, о чем сообщается в дополнениях к "Хронике земли Прусской", составленной, вероятно, также Петром из Дусбурга82. О том, что прусский хронист в описываемый период внимательно следил за событиями, происходившими в Венгрии, свидетельствует детальный рассказ о неудачном походе венгерского короля против мятежного воеводы Мунтении Басараба и разгроме королевских войск в битве при Посаде в ноябре 1330 года 83.

Отмеченное в Хронике Петра из Дусбурга крупное поражение татар в Венгрии, как кажется, нашло отражение и в других источниках.

В письме к венгерскому королю Карлу Роберту от 5 августа 1331 г. папа Иоанн XXII (1316 - 1334) сообщал, что недавно из писем самого Карла, доставленных его послом, братом Иоанном, провинциальным министром Ордена миноритов в Венгрии, ему стало известно сразу о нескольких важных событиях. Во-первых, о славных победах короля над татарами и другими врагами католической веры, и, во-вторых, о случайном поражении, постигшем Карла и его воинство, возвращавшееся из похода и попавшее в засаду84.

Очевидно, что в числе славных побед над татарами и другими врагами католической веры папа, прежде всего, имел в виду описанный выше разгром напавших на Венгрию татар войсками Карла Роберта, о чем последний сам сообщал папе в одном из несохранившихся до нашего времени посланий.

Победа венгров над татарами побудила папу впервые после нашествия Батыя поставить вопрос о возрождении Милковской епархии, что произошло, вероятно, уже в конце 1320-х годов. В 1332 г. в письме к эстергомскому архиепископу Иоанн XXII распорядился возвести в сан милковского епископа Витуса Монтеферрийского85. Подобному решению папы, несомненно, должна была предшествовать крупная победа над татарами, приведшая к ослаблению их влияния к востоку от Карпат, сопоставимая по своим масштабам с успехом Андрея Лакфи в 1345 г., за которым, как мы видели, последовали аналогичные меры со стороны папы.

стр. 95

С какими событиями могло быть связано нападение татар на Венгрию, обернувшееся их тяжелым поражением от королевских войск?

О пребывании татар к северу от Дуная в 1326 г. сообщает Лаоник Халкокондил (около 1423 - около 1490 гг.) в своей "Истории в десяти книгах", освещающей события 1298 - 1463 гг., главным образом, противостояние Византии с турками. Согласно греческому хронисту, нападение турок, дошедших в 1326 г. до Дуная, удалось остановить с помощью татар, переправившихся с северного берега реки86.

Возможно, татары появились в Трансильвании как союзники Византии. По сведениям греческих хроник, император Андроник III Палеолог (1328- 1341) в начале царствования заключил с ними мирный договор 87. Арабский купец и путешественник Ибн Баттута (1304 - 1377) сообщает, что одна из дочерей Андроника была выдана за хана Золотой Орды Узбека88. Впрочем, отношения Византии и Золотой Орды в 1320 - 1330-е гг. в целом оставались весьма противоречивыми, а сведения о браке дочери императора с золотоордынским ханом не находят подтверждения в византийских источниках и, скорее всего, являются не вполне достоверными 89.

Более вероятной представляется связь нападения татар на Венгрию в середине 1320-х гг. с мятежом мунтянского воеводы Басараба (упоминается также как Иванко Басараб), приведшим к возникновению независимого Румынского государства. Судя по характерному тюркскому имени, Басараб мог происходить из рода знатных половцев (bas - голова, главный, -aba - уважительное отец, старший брат), кроме того, известно, о тесных контактах Басараба с татарами и их союзниками на Балканах. Пришедший к власти в Мунтении ок. 1314 г. Басараб, по-видимому, с самого начала своего правления признал зависимость от Золотой Орды и с ее помощью вел борьбу против Венгрии90.

О союзе Басараба с "черными татарами" упоминает сербский царь Стефан Урош IV Душан (1331 - 1355) в автобиографической заметке, помещенной во введении к его Законнику. По мнению современных исследователей, черными могли называться татары, обитавшие на территории современной Молдавии91.

Поражение Карла Роберта от Басараба в 1330 г. немедленно отразилось на венгерско-татарских отношениях. За ним последовала целая серия нападений татар на Венгрию, имевших место в 1332, 1334 и 1338 годах92. Правда, все эти вторжения не оставили следов в королевских грамотах и исторических хрониках, судить о них можно только по не вполне ясным упоминаниям (или, скорее, намекам) в папской корреспонденции. По-видимому, стычки с татарами в 1330-х гг. носили локальный характер и не имели для Венгрии тяжелых последствий93.

Наконец, остается еще одна, на наш взгляд, наиболее вероятная возможность объяснения причин татарского нападения на Венгрию в середине 1320-х годов. В виду того, что вторжение и разгром татар нашли отражение в "Хронике земли Прусской", эти события, как кажется, могут касаться не только венгерско-татарских отношений, но и взаимодействия королевской власти с немецкими колонистами, тесно связанными с Тевтонским орденом в Пруссии.

В "Сказании вкратце о молдавских господарях" есть еще один след, позволяющий продолжить поиск отразившихся в памятнике исторических реалий. Это - имя предводителя напавших на Венгрию татар - Неймет ("воздвижеся на Угры брань от татаръ, от князя Неймета").

Еще никому из исследователей не удалось объяснить, с каким из татарских антропонимов может быть связано такое имя и кому из известных ныне правителей или иных исторических деятелей Золотой Орды оно могло принадлежать.

Между тем, совершенно очевидна фонетическая связь имени Неймет с венгерским этнонимом nemet ("немец"). Образованный от такого этнонима ан-

стр. 96

тропоним мог возникнуть только в венгерской языковой среде. В румынском и молдавском языках этноним "немец" имеет другие эквиваленты: german (Герман), пеатю (нямц).

По-видимому, немцем или саксом в средневековой Венгрии могли называть кого-нибудь из трансильсванских саксов.

Выходцы из различных немецких земель (преимущественно из долины Мозеля) составляли основное население исторической области Бурценланд (Цара-Бырсей) в Южных Карпатах.

Немецкая колонизация юго-восточных окраин Трансильвании началась в середине XII в., когда венгерский король Геза II (1141 - 1162) пригласил сюда немцев-рудокопов, рассчитывая с их помощью развивать местную горную промышленность. Вторая волна немецкой колонизации началась в 1211 г., когда королем Андреем II (1205 - 1235) были приглашены в Бурценланд рыцари Тевтонского ордена, оставшиеся не у дел после поражения в Палестине. Рыцари возвели на карпатских перевалах несколько крепостей, в том числе замок Кронштадт (ныне Брашов, административный центр одноименного жудеца Румынии). Однако чрезмерная самостоятельность тевтонцев встревожила Андрея II, и в 1225 г. он настоял на их переселении в Пруссию 94.

В ходе немецкой колонизации особое значение получили поселения вокруг Германштадта (ныне Сибиу, административный центр одноименного жудеца), которые должны были служить пограничными крепостями для защиты Венгрии от кочевников. Из района Германштадта немецкая колонизация продолжалась далее на восток, где возник город Мюльбах (ныне Себеш в жудеце Альба). В конце XIII в. первые группы немецких колонистов проникли в Марамарош, основав поселения по обоим берегам Тисы (в Хусте, Виске, Течеу и Кымпулунге, жудец Марамуреш в Румынии). Еще одно поселение - Сигет - было основано ими позднее, вероятно, в начале XIV веке95.

В 1324 г. трансильванские саксы восстали против венгерского короля Карла Роберта. Недовольство было вызвано проводимой им с помощью нового трансильванского воеводы Томы Сечени политикой, направленной на ограничение автономных прав и иных привилегий, которыми изначально пользовались "немецкие гости" в Венгерском королевстве96.

Восстание возглавил комит Хеннинг из Петрифалеу или граф Хеннинг фон Петерсдорф. Об этом свидетельствуют два документа трансильванского воеводы и комита Солнока Томы, изданные 12 апреля 1325 г. в Деве (ныне - административный центр жудеца Хунедоара). В первом, более пространном документе, воевода Тома приказывает возвратить наследникам комита Хеннинга поместья, отобранные Карлом Робертом за то, что этот комит восстал против короля вместе с трансильванскими саксами97. Второй документ содержит предписание воеводы Томы капитулу Альба-Юлии выдать наследникам комита Хеннинга грамоты на владение Петрифалеу98. Из документов следует, что выступление саксов имело широкий размах, для его подавления королю пришлось объявить мобилизацию верных дворян и лично возглавить экспедицию в Трансильванию.

Боевые действия продолжались с июня по август99. Под напором королевских войск восставшие отступили к замку Репс (ныне - Рупеа в жудеце Брашов) и несколько недель выдерживали осаду. Но силы были неравными. В одной из стычек с королевскими войсками Хеннинг фон Петерсдорф погиб. В результате этого восстания король должен был пойти на некоторые уступки саксам. Тем не менее, задуманная им административная реформа была проведена до конца: на заселенных саксами землях были созданы новые территориально-административные образования в главе с назначенными королем чиновниками 100.

стр. 97

По всей видимости, восстание саксов 1324 г. опиралось на военную поддержку со стороны татар. К такому выводу приходит большинство современных исследователей101. Основанием для этого может служить следующий факт. После поражения восставших королевские войска под командованием Финты де Менде совершили поход через Карпаты "в земли татар", о чем свидетельствует жалованная грамота Карла Роберта от 10 октября 1324 года102.

Указанная грамота является подтверждением более раннего королевского пожалования в адрес Финты, сына Самуила, за его заслуги в борьбе с татарами. Оригинал первоначальной дарственной не сохранился, ее краткое содержание отражено лишь в королевских регестах 103. Некоторые исследователи датируют упомянутую в документе экспедицию против татар предыдущим, 1323 годом104. Однако, из грамоты ясно следует, что впервые пожалование было сделано 12 августа 1324 г., когда Карл Роберт находился в Трансильвании. До мая 1324 г. король, судя по изданным им документам, в течение нескольких лет постоянно находился в Темешваре (нены - Тимишоара в Румынии), а затем в Буде и Вышеграде, и только в июне 1324 г. прибыл на юг Трансильвании, оставаясь здесь, по меньшей мере, до августа 105. Следовательно, экспедиция Финта де Менде могла состояться только в течение летних месяцев 1324 г., то есть одновременно или сразу же после подавления восстания трансильванских саксов.

Цели экспедиции источник прямо не разъясняет. Тем не менее, можно думать, что она носила военный характер и привела к боевым столкновениям с татарами. Опасаясь ответных действий со стороны татар, Карл Роберт в 1325 г. обратился к папе с просьбой о помощи в борьбе с "неверными народами", живущими в непосредственной близости от границ его королевства106.

Войскам Финты де Менде, очевидно, сопутствовал успех, который иногда даже сравнивают с победой над татарами Андрея Лакфи в 1345 году107. Во всяком случае, в результате похода в плен было захвачено несколько татар. Двое из них, по-видимому, представляли какую-то особую ценность и были отправлены венгерским королем римскому папе. В булле от 1 октября 1325 г. папа Иоанн XXII особо благодарит Карла Роберта за присылку двух юных татарских пленников108.

Очевидно, известная по документам 1324 - 1325 гг. победа венгерского короля над восставшими немецкими колонистами, поддержанными татарами, может быть сопоставлена с сообщением "Хроники земли Прусской" о разгроме и массовом избиении татар венгерским королем, помещенным под 1326 годом. Не исключено, что речь идет вообще об одном и том же событии, освещаемом, так сказать, с разных сторон, с несколько смещенной датировкой в прусской хронике. Как бы то ни было, причастность к нападению на татар трансильванских саксов объясняет интерес к произошедшему со стороны прусского хрониста.

Есть еще одно важное обстоятельство, указывающее на возможную связь победы венгерского короля над татарско-немецкими войсками под предводительством графа Хеннинга фон Петерсдорфа - князя Неймета древнерусского Сказания - с другим описанным в Сказании событием - переселением в Марамарош православных валахов, перешедших на службу к венгерскому королю вскоре после победы над татарами.

22 сентября 1326 г. Карлом Робертом была издана жалованная грамота в адрес валашского князя Станислава, сына Стена, согласно которой за свою преданность и прежние заслуги перед королем Станислав получал поместье Стрымтура в Марамароше вместе с другими привилегиями и княжеским титулом109.

По всей видимости, валашскому князю были пожалованы свободные земли в малонаселенном окраинном комитате, и такое пожалование подразумевало переселение вместе с князем его родственников и прочих членов этно-племен-

стр. 98

ной группы, которую он возглавлял. Потомки Станислава, один из которых носил имя Драгош, упоминаются в документах 1346 и 1408 годов.

Переселение в Марамарош валахов князя Станислава, несомненно, продолжало политику венгерских властей по освоению пустующих земель королевства. И хотя первые валашские поселенцы появились в Марамароше, вероятно, еще в конце XIII в., жалованная грамота 22 сентября 1326 г. является первым известным ныне письменным свидетельством колонизационной деятельности валашских князей110.

В литературе уже отмечалось, что пожалование валашскому князю Станиславу земель в Марамароше могло быть наградой за его участие в военных действиях венгерского короля против татар, в частности, - в экспедиции Финты де Менде111. Переселение в Марамарош, похоже, действительно означало для валахов переход на военную службу к венгерскому королю. Не исключено, что именно марамарошские валахи князя Станислава упоминаются в Хронике Яна Длугоша, сообщающего под тем же 1326 г. об участии в походе польского короля Владислава Локетка против Бранденбурга, начатом на праздник св. Иоанна Крестителя вместе с русинами и литовцами также валахов112, присланных, вероятно, Карлом Робертом.

Как нам кажется, есть еще одно важное обстоятельство, указывающее на то, что описанная в "Сказании вкратце о молдавских господарях" победа венгров над татарами должна была произойти в первой половине XIV в., не ранее времени правления короля Карла Роберта. Это - весьма характерный для своего времени эпитет, использованный в обращении к венгерскому королю "новыми римлянами": "Великому кралю Владиславу, Златый Затокъ, рекше угорьскому"113.

Выражение Златый Заток, использованное в обращении, неоднократно привлекало внимание исследователей Сказания. Отметив в целом исправную передачу составителем Воскресенской летописи текста Славяно-Молдавской хроники, И. Богдан указал на единственную с его точки зрения ошибку: лишенный всякого смысла эпитет, данный венгерскому королю Владиславу. Историк признал, что не может дать удовлетворительного объяснения словосочетанию "златый заток" и поэтому оставляет его без перевода на румынский язык.

В качестве возможной версии Богдан предлагает видеть здесь ошибку переписчика Воскресенской летописи. В оригинале рукописи против имени Владислава на полях могла значиться глосса "златый за(ча)токъ" с надстрочным ч под титлом, означавшая, что следующий далее текст письма к королю "новых римлян" нужно писать с красной строки и выделить инициалом. Эту глоссу другой писец не смог правильно разобрать, приняв за эпитет, относящийся к Владиславу, и внес в основной текст 114.

Версию Богдана опроверг А. И. Яцимирский, согласно которому выражение "златый заток" в отношении венгерского короля имеет вполне естественное происхождение и встречается в других памятниках древнерусской письменности115. В составленном в XVII в. русском переводе некой латиноязычной Космографии (оригинал которой не установлен), в главе, посвященной описанию Венгрии, историк находит соответствующую параллель: "Страна Угорская и Ческая. Изъ давныхъ лет короли бывали самовластныя, и нарицалися они златыя отоцы, что златыя руды копають множество, и златыя угорския идуть по всей земли"116.

Мы можем привести еще одну, более близкую параллель. В созданном в начале XVI в. "Послании о Мономаховых дарах", приписываемом киевскому митрополиту Спиридону-Савве, для обозначения Венгерского королевства использован эпитет Затоци Златые. В Послании рассказывается, что после получения власти над миром римский кесарь Август должен был поставить во всех

стр. 99

странах своих наместников, в том числе и в Венгрии, куда он назначил Пиона: "...и Пиона постави в Затоцех Златых, иже ныне наричютца Угрове"117.

Как видим, выражения Златый Заток и Затоци Златые, используемые для обозначения венгерского короля и Венгерского королевства, появляются в русской письменности практически одновременно, - в начале XVI века. Название Златые Затоцы, очевидно, следует признать более исправным, тогда как встречающаяся в анонимной Космографии XVII в. форма Златые Отоцы, по-видимому, является ошибочной. Во всяком случае, термины отокъ и отоцы не фиксируются в словарях древнерусского языка. Термин затокъ, напротив, хорошо известен и употребляется в нескольких значениях. В некоторых случаях существительное мужского рода затокъ образуется от глагола заточити в значении "заключить под стражу, заточить". В XVI-XVII вв. у глагола заточити появляется еще одно значение - "выстраивать, устроить", возможно, под влиянием польск. Zatoczyc118.

Из описания Венгрии, помещенного в анонимной Космографии XVII в., следует, что именование венгерских королей "златыя отоцы (затоцы)" связано с массовой добычей золотой руды ("златыя руды копають множество") и таким же массовым производством золотых монет венгерской чеканки, имевших хождение во многих европейских странах, в том числе в Молдавии и Валахии ("златыя угорския идуть по всей земли").

Подобное объяснение прямо адресует нас к хорошо известным событиям, произошедшим в Венгрии в правление короля Карла Роберта, начавшего широкомасштабную добычу золотоносной руды и массовую чеканку венгерских золотых форинтов.

После открытия в 1320-х гг. двух крупнейших в Европе месторождений золота и серебра - в окрестностях Кермецбаньи (ныне - Кремница, в Банскобыстрицком крае Словакии) и Надьбаньи (ныне - Бая-Маре, административный центр жудеца Марамуреш Румынии) - Венгрия стала ведущим производителем драгоценных металлов и сохраняла этот статус вплоть до открытия Нового Света. Во второй половине XIV - начале XVI в. страна поставляла на мировой рынок до одной трети всех драгоценных металлов - 3 тыс. фунтов золота и 20 тыс. фунтов серебра ежегодно. Около 1325 г. на недавно построенном монетном дворе в Кермецбаньи по образцу флорентийского флорина Карл Роберт начал массовый выпуск венгерского золотого форинта, имевшего постоянную стоимость и устойчивый обменный курс по отношению к серебряному динару. Венгерские золотые монеты очень быстро стали одним из самых популярных в Европе денежных средств119.

Сказанное позволяет заключить, что эпитет златый заток в значении "изготовитель золотых монет" или "владелец золотых копий", мог быть обращен в адрес венгерского короля не ранее того, как Венгрия превратилась в крупнейшего экспортера золота, производителя золотых монет, используемых в качестве международной валюты. Первым и наиболее вероятным обладателем прозвища Златый Заток среди венгерских правителей, как кажется, мог быть король Карл Роберт, чья успешная денежная реформа заложила фундамент финансового благополучия королевства.

Описанное в "Сказании вкратце о молдавских господарях" обострение вражды православных "романовцев" или "старых римлян" с недавно обращенными в католичество "новыми римлянами", произошедшее в правление короля Владислава и закончившееся вынужденным переселением "романовцев" на новые земли в Марамароше и Кришане, по-видимому, также может найти объяснение в реальных событиях первой половины XIV века.

В XIII - начале XIV в. в Великой и Малой Валахии (Мунтения и Олтении), по-видимому, еще не существовало особой церковной организации. В

стр. 100

силу традиционно преобладавшего болгарского церковного влияния, большинство местного населения тяготело к православию, а большая часть валашского духовенства принадлежала к Видинской, Доростольской и Вичинской православным епархиям. Валашские священники рукополагались и подчинялись иерархам, поддерживавшим каноническую связь с Константинопольским патриархатом, которых римский папа пренебрежительно называл "псевдо-епископами" 120.

Положение стало меняться в правление мунтянского воеводы Басараба I. Чтобы заручиться поддержкой папы в своем противостоянии с венгерским королем, мятежный воевода начал оказывать активную поддержку католическим миссионерам и, возможно, сам принял католичество. Во всяком случае, после того, как Басараб заложил кафедральный собор в своей новой столице Куртя-де-Арджеш, папа Иоанн XXII в булле от 1 февраля 1327 г. назвал его "преданным католическим князем" и призвал продолжать поддержку церкви в борьбе со всми ее врагами121. Этот факт, несомненно, свидетельствует о сотрудничестве мунтянского правителя с апостольским престолом, детали которого остаются неясными 122.

Впрочем, сближение правителей Валахии с католической церковью продолжалось недолго. Сын и преемник Басараба Николае I Александру (1351/1352 - 1364) был сторонником православия. Уже в 1359 г. он получил санкцию константинопольского патриарха на учреждение Угровлашской православной архиепископии с центром в Куртя-де-Арджеш 123. Новую епархию возглавил вичинский митрополит Иакинф Критопул, бежавший со своей прежней кафедры из-за притеснений со стороны татар124.

Таким образом, если гонения на православие, вынудившие часть валахов переселиться в другие земли, действительно имели место в Мунтении, то произойти это могло, по-видимому, только в период воеводства Басараба I, незадолго до начала 1327 г., когда его сближение с папой, очевидно, достигло своего апогея.

Это наблюдение, как представляется, подкрепляет сделанный выше вывод о том, что в древнерусском Сказании отразилось участие валахов в победе венгерского короля над объединенным татарско-немецким войском в 1324 году.

Сохранившиеся исторические документы, как кажется, подтверждают участие в кампании наряду с православными валахами ("романовцами" или "старыми римлянами") валахов-католиков ("новых римлян"), сторонников воеводы Басараба.

Жалованная грамота от 26 июля 1324 г. свидетельствует о награждении венгерским королем Карлом Робертом магистрата Мартина, сына Бутара, графа Силадьи за оказанные им многочисленные услуги, в том числе за многократную доставку посланий "Басарабу воеводе по ту сторону гор"; при этом последний именуется "нашим трансильванским воеводой"125.

Как следует из документа, незадолго до 26 июля 1324 г. между королем и его мятежным воеводой было достигнуто соглашение, ставшее результатом длительных и трудных переговоров. Грамота была издана, когда король со своими войсками уже находился на юго-востоке Трансильвании и вел борьбу с восставшими саксами и поддерживавшими их татарами. Это обстоятельство наводит на мысль, что временное примирение с Басарабом могло быть связано с необходимостью вооруженной борьбы с немцами и татарами126.

Очевидно, следствием договоренности с мунтянским правителем стала присылка на помощь королю военных отрядов, состоявших как из православных, так и из принявших католичество валахов. В одном из посланий Басараба, упоминаемых в королевской грамоте от 26 июля 1324 г., могла содержаться та самая просьба, которая изложена в письме "новых римлян" к венгерскому королю, приведенном в Сказании о молдавских господарях, - поставить пра-

стр. 101

вославных валахов впереди всего войска и тем самым обречь их на верную гибель.

Итак, по нашему мнению, описанные в древнерусском "Сказании вкратце о молдавских господарях" события происходили в первой половине XIV в. в правление двух венгерских королей Анжуйской династии - Карла Роберта и Людовика. Оба они фигурируют под именем Владислав в силу сложившейся в средневековой Венгрии традиции использовать образ св. Владислава как универсальный сакральный символ королевской власти.

Описанная в первой части Сказания победа над татарами может быть связана с реальными событиями 1324 г. - подавлением поддержанного татарами восстания трансильванских саксов, за которым последовало переселение православных валахов из Мунтении в Марамарош. Переселение валахов воеводы Драгоша на молдавские земли могло произойти не ранее конца 1340-х гг. и было обусловлено вытеснением татар из Восточного Прикарпатья вследствие крупной победы над ними войска венгров и секеев под предводительством Андрея Лакфи в 1345 году.

Примечания

1. Текст памятника по одиннадцати спискам опубликован: Славяно-Молдавские летописи XV-XVI вв. М. 1976, с. 55 - 59.

2. БУГАНОВ В. И., ГРЕКУЛ Ф. А. Введение. Славяно-Молдавские летописи..., с. 6 - 13.

3. Маромаруш (Марамарош) - исторический комитат в северо-восточной части Венгерского королевства, ныне - территория Закарпатской области Украины и жудеца Марамуреш в Румынии.

4. Русская летопись с Воскресенского списка, подаренного в оной Воскресенский монастырь патриархом Никоном в 1658 году. СПб. 1793, ч. 1, с. 53 - 58; Полное собрание русских летописей. Т. 7. СПб. 1856, с. 256 - 259.

5. PETRICEICU-HASDEU В. Negm-Voda. Un secol si jumatate din inceputurile statului Tarii Romanesti, 1230 - 1380. T. IV. Bucuresti. 1898, p. CXXXIX-CXLII.

6. Ibid., p. СLXI-CXX.

7. TATULEA C. M. Romula-Malva. Bucuresti. 1994.

8. ЗЕЛЕНЧУК В. С. Молдавские летописи как источник изучения ранней этнической истории молдаван. В кн.: Историографические аспекты славяно-волошских связей. Кишинев. 1973, с. 13.

9. URSACHE P. Eseuri etnologice. Bucuresti. 1986, p. 133 - 134; CIOBANU ST. Istoria literaturii romane vechi. Chisinau. 1992, p. 117; UNGHEANU M. Romanii si "Talharii Romei". Bucuresti. 2005, p. 372 - 379.

10. VASARY I. Cumans and Tatars: Oriental Military in the Pre-Ottoman Balkans, 1185 - 1365. Cambridge. 2005, p. 157.

11. ДЖИОВАННИ ДЕЛЬ ПЛАНО КАРПИНИ. История Монгалов. В кн.: Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. М. 1957, с. 82.

12. BRATIANU GH.I. Traditia istorica despre intemeerea statelor romanesti. Bucuresti. 1980, p. 164; РУССЕВ Н. Д. Волохи, русские и татары в социальной истории средневековой Молдавии. - Русин. 2005, N 2, с. 94.

13. Песнь о Нибелунгах. Л. 1972, с. 157.

14. SPINEI V. Moldavia in the 11th- 14th Centuries. Bucuresti. 1986, p. 199; VASARY I. Op. cit., p. 158, N 96.

15. ПАРАСКА П. Ф. Внешнеполитические условия образования Молдавского феодального государства. Кишинев. 1981, с. 50 - 62; ПОЛЕВОЙ Л. Л. "... И с того времени началась Земля Молдавская". Кишинев. 1990, с. 17 - 21.

16. Славяно-Молдавские летописи..., с. 24, 35, 55, 60, 62, 68.

17. Там же, с. 105, 117.

18. DELETANT D. Moldavia between Hungary and Poland, 1347 - 1412. - The Slavonic and East European Review. 1986, t. 64 (2), p. 190 - 191; NICULESCU A. Romania Hungarica. - Revista Literara Vatra. 2005, N 1 - 2, p. 116 - 125; HARJULA M. Romanian Historia. Norderstedt. 2009, p. 19.

19. GOROVEI ST. Intemeierea Moldovei. Probleme, controverse. Iasi. 1997, p. 109.

стр. 102

20. IOANNIS THWROCZ. Cronica Hungarorum. Ab origine gentis inserta simul Chronica Ioannis arhidiaconi de Kikullew. Scription rerum Hungaricerum. Tyrnaviae. 1765, part I, p. 177.

21. ONCIUL D. Scrieri istorice. Bucuresti. 1968, vol. I, p. 89 - 130.

22. Ibid., p. 303 - 304.

23. Documente privitoare la istoria romanilor. Culese de E. Hurmuzasei si editate de N. Densusianu. Bucuresti. 1987, vol. I. part. 1, p. 484.

24. XENOPOL A.D. Istoria romanilor din Dacia Traiana. Bucuresti. 1986, vol. II, p. 30 - 33.

25. Ibid., vol. II, p. 51, N 3.

26. Cronicile slavo romane din sec. XV-XVI publicate de Ion Bogdan. Bucuresti. 1959, p. 317 - 318.

27. SCHLOZER A.L. Geschichte von Litauen als einem eigenen Grossiurstenthume bis zum Jahre 1569. Halle. 1785 (Allgemeine Welthistorie der neueren Zeiten. Bd. 32), S. 93f.

28. ПАРАСКА П. Ф. Ук. соч., с. 43 - 49.

29. IOANNIS THWROCZ. Op. cit., p. 247.

30. PARASCA P. Cine a fost "Laslau craiul Unguresc" din traditia medievala despre fntemeierea Tarii Moldovie? - Revista de istorie si politica. 2011, an. IV, N 1, p. 17.

31. GRIGORE URECHE. Letopisetul Tarii Moldovei. Bucuresti. 1958, p. 68 - 69.

32. SALAGEAN T. Transilvania si invazia mongola din 1285. Romanii in Europa medieval. Studii in onoarea profesorului Victor Spinei. Braila. 2008, p. 274 - 275.

33. Ibid., p. 281.

34. PASZKIEWICZ H. Polityka ruska Kazimierza Wielkiego. Krakow. 2002; WYROZUMSKI J. Kazimierz Wielki. Krakow. 2004.

35. SPINEI V. Op. cit., p. 175 - 176; VASARY I. Op. cit., p. 156; JACKSON P. The Mongols and the West, 1221 - 1410. Harlow. 2005, p. 213; SALAGEAN T. Romanian Society in the Early Middle Ages (9th- 14th Centuries). History of Romania: Compendium. Cluj-Napoca. 2006, p. 199.

36. Chronicon Budense. Budae. 1838, p. 276 - 277; IOANNIS THWROCZ. Op. cit., p. 221.

37. HORVATH J. Die ungarischen Chronisten 0der Angiovinenzeit. Acta Linquistica Academiae Scientiarum Hungaricae. T. 21. 1971, S. 375 - 377.

38. Chronicon Dubnicense. Historiae Hungaricae Fontes Domestici (Quenque-Ecclesiae). Budapestini. 1884, vol. III, p. 167 - 168.

39. Ibid., p. 151 - 152.

40. Monumenta ecclesiae Strigoniensis. T. IV (1350 - 1358). Strigonii-Budapestini. 1999, p. 169, N. 137.

41. ВАШАРИ И. Татарские походы венгерского короля Лайоша Великого. Золотоордынская цивилизация. Казань. 2010, с. 25.

42. Chronicon Dubnicense, p. 152.

43. CZAMANSKA I. Moldawia i op wobec Polski, Wegier i Turcji w XIV i XV wieku. Poznan. 1996, S. 23; БЕРГЕР Е. Е. "Черная смерть". Средние века. М. 2004, с. 335.

44. Acta Clementis PP. VI (1342 - 1352). Citta del Vaticano, 1960 (Pontificia Commissio ad Redigendum Codicem Iuris Canonici Orientalis. Fontes, 3rd series. Vol. IX), p. 188 - 189, N. 122.

45. DOBRE C.F. Mendicants in Moldavia: mission in an orthodox land (thirteenth to fifteenth century). Daun. 2009, p. 32 - 33.

46. Acta Romanorum Pontificum ab Innocentio V ad Benedictum XI (1276 - 304). Citta del Vaticano, 1954 (Pontificia Commissio ad Redigendum Codicem Iuris Canonici Orientalis. Fontes, 3rd series. Vol. V. Part 2), p. 59 - 60, N 27.

47. PAPACOSTEA S. Geneza statului in evul mediu romanesc. Bucuresti. 1999, p. 42 - 43; DOBRE C.F. Op. cit., p. 33 - 34.

48. Acta Innocentii PP. VI (1352 - 1362). Citta del Vaticano, 1961 (Pontificia Commissio ad Redigendum Codicem Iuris Canonici Orientalis. Fontes, 3rd series. Vol. X), p. 14, N 6.

49. Chronicon Dubnicense, p. 163 - 166.

50. JACKSON P. Op. cit., p. 212 - 213.

51. Chroniche di Giovanni, Matteo e Filippo Villani. Secondo le migliori stampe e correddate di note frlologiche e storiche. Trieste. 1858, vol. II, p. 84, 124 - 125.

52. ВАШАРИ И. Ук. соч., с. 27 - 29.

53. Documenta historiam Valachorum in Hungaria illustrantia: usque ad annum 1400 p. Christum. Budapest. 1941, p. 178 - 180; Documenta Romaniae historica, C, Transilvania. 1361 - 1365. Bucuresti. 1985, p. 398, N 382.

54. VASARY I. Op. cit., p. 158.

55. IOANNIS THWROCZ. Op. cit., p. 245.

56. DECEI A. Une opinion tendencieuse de 1'historiographie hongroise: les origines de Bogdan I, fondateur de la Moldavie. - Revue de Transylvanie. 1939, vol. 5, p. 289 - 312; GOROVEI ST. Dragos si Bogdan. Bucuresti. 1973; DELETANT D. Op. cit., p. 190 - 191.

57. SALAGEAN T. Op. cit., p. 199 - 200.

58. Chronicon Dubnicense, p. 152.

59. KLANICZAY G. Op. cit., p. 173 - 194.

стр. 103

60. MONTGOMERY S.B., BAUER A.A. The Reliquary Bust of Saint Ladislas and Holy Kingship in Late Medieval Hungary. Decorations for the holy dead: visual embellishments on tombs and shrines of saints. Turnhout. 2002, p. 77 - 85; WETTER E. Objekt, Uberlieferung und Narrativ. Spatmittelalterliche Goldschmiedekunst im historischen Konigreich Ungarn. Ostfildern. 2011 (Studia Jagellonica Lipsiensia, Bd. 8).

61. ENGEL P. The Realm of St. Stephen: a history of medieval Hungary, 895 - 1526. London. [u. a.] 2005, p. 147.

62. ONCIUL D. Scrieri istorice. Bucuresti. 1968, vol. I, p. 304.

63. Cronicile slavo romane..., p. 158, N' 3; GRIGORE URECHE. Op. cit., p. 41.

64. ONCIUL D. Op. cit., vol. I, p. 395, 484, 699 - 700.

65. Славяно-Молдавские летописи..., с. 57.

66. HUSZAR L. The art of coinage in Hungary. Budapest. 1963, tabl. 542 - 543; POHL A. Ungarische Goldgulden des Mittelalters, 1325 - 1540. Graz. 1974, tabl. 79.2,4,10.

67. HUSZAR L. Op. cit., tabl. 566, 572 - 573; POHL A. Op. cit., tabl. 112,4; D1.6; D2.52.

68. KURCZ A. Lovagi kultura Magyarorszagon a 13 - 14. Szazadban. Budapest. 1988, old. 213 - 215; MAGYAR Z. A Kolozsvari testverek varadi kyralyszobrai. - Szazadok. 1995, t 129, N 5, old. 1155- 1166.

69. LUCIE-SMITH E. Uncollected writings: [studies of western art]. London. 2012, p. 42 - 44.

70. HUSZAR L. Op. cit., tabl. 597, 636 - 637; POHL A. Op. cit., tabl. Fl-5; H2 - 10, H3 - 6.

71. HUSZAR L. Op. cit., tabl. 674, 676, 680; POHL A. Op. cit., tabl. Kl-22; K4 - 2; 15.6; 161.7.

72. HUSZAR L. Op. cit., tabl. 1002.

73. ГРЕКУЛ Ф. А. Историография славяно-молдавского летописания XV-XVI вв. Летописи и хроники. 1976 г.: М. Н. Тихомиров и летописеведение. М. 1976, с. 172 - 188.

74. ПОТИН В. М. Венгерский золотой Ивана III. В кн.: Феодальная Россия во всемирно-историческом процессе. Сб. статей к 70-летию академика Л. В. Черепнина. М. 1972, с. 282 - 283.

75. Chronicon Dubnicense, p. 151 - 152, 167 - 168.

76. Monumenta ecclesiae Strigoniensis, t IV, p. 169, N 137.

77. Славяно-Молдавские летописи..., с. 55 - 56.

78. Там же, с. 56.

79. Там же, с. 57.

80. PETER VON DUSBURG. Chronica terre Prussie. Darmstadt. 1984, (Chronik des Preussenlandes, AQ 25), p. 538. Русский перевод см.: ПЕТР ИЗ ДУСБУРГА. Хроника земли Прусской. М. 1997, с. 211.

81. POLLAKOWNA M. Kronika Piotra z Dusburga. Wrociaw-Warszawa-Krakow. 1968, s. 185.

82. ПЕТР ИЗ ДУСБУРГА. Ук. соч., с. 216.

83. Там же, с. 217.

84. Vetera Monumenta historica Hungariam sacram illustrantia. Romae. 1859, vol. I, p. 544, N 845.

85. Acta Clementis PP. VI, p. 191, N 122b.

86. LAONIC CHALCOCONDIL. Expuneri istorice. Bucuresti. 1958, p. 31 - 32.

87. Ioannis Cantacuzent Histriarum. Bonn. 1828, Bd. I, P. 465; Fontes historiae Daco-Romanae, T. III. Bucuresti. 1975, p. 484 - 485.

88. DEFREMERY M. Fragments de geographes et d'historiens arabes et persans inedits relatifs aux anciens peuples du Caucase et de la Russie Meridionale. - Journal Asiatique. Paris. 1849, vol. 10, p. 179.

89. PELLIOT P. Notes sur l'histoire de la Horde d'Or. Paris. 1949, p. 83 - 85; LAURENT V L'assaut avorte de la Horde d'Or contre d'Empire Byzantine. - Revue des etudes byzantines. 1960, t 18, p. 154, 157, 160.

90. BRATIANU GH.I. Marea Neagra de la origini pana la cucerirea otomana, editia a II-а rev. Iasi. 1999, p. 380; IORGA N. Conditiile de politica generala in cari s-au intemeiat bisericile romanesti in veacurile XIV-XV. Studii asupra evului mediu romanesc. Bucuresti. 1984, p. 99.

91. CIOCILTAN V The Mongols and the Black Sea trade in the thirteenth and fourteenth centuries. Leiden-Boston. 2012 (East Central and Eastern Europe in the Middle Ages, 450 - 1450, vol. 20), p. 275 - 276, N 548.

92. RHODE G. Die Ostgrenze Polens. Politische Entwicklung, kulturelle Bedeutung und geistige Auswirkung. Bd. I: Im Mittelalter bis zum Jahre 1401. Koln-Graz. 1955, S. 173; SPULER B. Die goldene Horde: die Mongolen in Russland, 1223 - 1502. Wiesbaden. 1965, S. 97; KNOLL P.W. Op. cit., p. 125, N 20.

93. JACKSON P. Op. cit., p. 212.

94. BINDER L., GOLLNER С & E., GUNDISCH K. Geschichte der Deutschen auf dem Gebiete Rumaniens. Bd. I: 12. Jahrhundert bis 1848. Bukarest 1979.

95. POPA R. Таrа Maramuresului in veacul XlV-lea. Prefata de M. Berza. Editia a II-а, ingrijita de A. Ionita. Bucuresti. 1997, p. 46 - 47.

стр. 104

96. KRISTO GY. Early Transylvania (895 - 1324). Budapest. 2003, p. 125, 234.

97. Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania. Veacul XIV, vol. II (1321 - 1330). Bucuresti. 1953, p. 143 - 144, N 309.

98. Ibid., p. 144, N 310.

99. Обзор документов, свидетельствующих о перемещении королевских войск см.: JACKSON P. Op. cit., p. 230, N 126.

100. DROTLEFF D. Taten und Gestalten: Bilder aus der Vergangenheit der Rumaniendeutschen. Cluj-Napoca. 1983, S. 19 - 20; ROTH H. Hermannstadt kleine Geschichte einer Stadt in Siebenburgen. Koln-Weimar-Wien. 2006, S. 17.

101. SPINEI V. Op. cit., p. 128; PAPACOSTEA S. Between the Crusade and the Mongol Empire: The Romanians in the 13th Century. Cluj-Napoca. 1998, p. 284; JACKSON P. Op. cit., p. 212; CIOCILTAN V. Op. cit., p. 274 - 275.

102. Urkundenbuch zur Geschichte der Deutschen in Siebenbuurgen. Hermanstadt. 1892, Bd. I (1191- 1342), S. 387, N 423; Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania. Veacul XIV, vol. II, p. 135, N 293.

103. Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania. Veacul XIV, vol. II, p. 132 - 133, N 287.

104. ПАРАСКА П. Ф. Политика Венгерского королевства в Восточном Прикарпатье и образование Молдавского феодального государства. В кн.: Карпато-Дунайские земли в средние века. Кишинев. 1975, с. 46.

105. Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania. Veacul XIV, vol. II, p. 2 - 68, 71 - 72, 82- 83, 85, 111, 119 - 120, 123 - 124, 126 - 127, 129 - 132.

106. Ibid., p. 159 - 160.

107. SPINEI V. Op. cit., p. 29, 128.

108. Vetera Monumenta historica Hungariam sacram illustrantia, vol. I, p. 501 - 502, N 772.

109. Diplome maramuresene din sec. XIV-XV. Sighet. 1900, p. 6 - 7; Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania, veacul XIV, vol. II, p. 197 - 198, N 407.

110. VASARYI. Op. cit., p. 157.

111. GIURESCU C.C. Tirguri sau orase si cetati moldavene, din secolul al X-lea pina la mijlocul secolului al XVI-lea. Bucuresti. 1967 (Bibliotheca historica Romaniae. Monographies. T. 2), p. 61.

112. Ioannis Dlugnssii Opera Omnia. Cracovia. 1876, t. XII, p. 116.

113. Славяно-Молдавские летописи..., с. 56.

114. BOGDAN I. Vechile cronice moldovenesci pana la Urechia. Texte slave cu studiu, traduceri si note. Bucuresti. 1891, p. 67.

115. ЯЦИМИРСКИЙ А. И. Сказание вкратце о молдавских господарях в Воскресенской летописи. СПб. 1901, с. 13

116. Книга, глаголемая Козмография, сложена отъ древнихъ философъ, преведена с Римскаго языка. ПОПОВ А. Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции. М. 1869, с. 462. .

117. Послание Спиридона-Саввы. ДМИТРИЕВА Р. П. Сказание о князьях Владимирских. М. -Л. 1955, с. 162.

118. Словарь русского языка XI-XVII вв. М. 1978, с. 322, 324 - 325.

119. SINOR D. A History of Hungary. N.Y. 1959, p. 89; KOSARY D.G. A history of Hungary. N.Y. 1971, p. 48; NAGY B. Transcontinental trade from East-Central Europe to Western Europe (fourteenth and fifteenth centuries). ...The man of many devices, who wandered full many ways: Festschrift in honor of J'anos M. Bak. Budapest. 1999, p. 348.

120. IORGA N. Conditiile de politica generala, in cari s'au intemeiat bisericile romanesti in veacurile XIV-XV IORGA N. Studii asupra evului mediu romanesc. Bucuresti. 1984, p. 210.

121. Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania. Veacul XIV, vol. II, p. 384, N 434.

122. BARBU D. Pictura murala in Tarile romane in sec. XIV Bucuresti. 1986, p. 15; SALAGEAN T. Op. cit., p. 194.

123. Regesten der Kaiserurkunden des Ostromischen Reichen von 565 - 1453. T. IV. Munchen. 1995, s. 141 - 142, N 2184.

124. CHIHAIA P. Despre biserica domneasca de la Curtea de Arges si confesiunea primilor voievozi ai Tarii Romanesti. Traditii rasaritene si influente occidentale in Таrа Romaneasca. Bucuresti. 1993, p. 42 - 62; RADVAN L. At Europe's Borders: Medieval Towns in the Romanian Principalities. Amsterdam-Boston. 2010, p. 244.

125. Documente privind istoria romanilor. C: Transilvania. Veacul XIV, vol. II, p. 129 - 130, N 282.

126. К подобному выводу приходят и некоторые современные исследователи. См.: CIOCILTAN V. Op. cit., p. 274.

Orphus

© library.md

Permanent link to this publication:

https://library.md/m/articles/view/Образование-Молдавского-государства

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Moldova OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://library.md/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. В. Майоров, Образование Молдавского государства // Chisinau: Library of Moldova (LIBRARY.MD). Updated: 25.02.2020. URL: https://library.md/m/articles/view/Образование-Молдавского-государства (date of access: 09.04.2020).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. В. Майоров:

А. В. Майоров → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Moldova Online
Кишинев, Moldova
177 views rating
25.02.2020 (43 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Related Articles
Эдуард Тааффе в политической истории дуалистической Австрии
2 days ago · From Moldova Online
Луи II де Бурбон, принц де Конде
Catalog: История 
3 days ago · From Moldova Online
Румынские добровольцы в Красной армии. 1943-1945 гг.
Catalog: История 
3 days ago · From Moldova Online
Such is the brief background of the fact that the photon was called the quantum of the electromagnetic wave. And it suited everyone until a half-educated philosopher arrived, who said: gentlemen, let the photon have neither electric nor magnetic charge, and therefore it cannot form the configuration of the electromagnetic wave, where the electric and magnetic components are perpendicular to each other and wave propagation vector. Moreover, this philosopher said that he made a discovery by inventing such a design of an electron and a positron that generates exactly the perpendiculars that are observed in electromagnetic waves.
Catalog: Физика 
No one doubts the existence of the electronic current, and there is no need to prove it, although the theory of alternating current, based on the assumption that electrons can run in one direction and then in the reverse direction, is clearly erroneous and requires a refutation. To prove the existence of a positron current, it is sufficient to pass the current rectified by the semiconductor bridge through the frame of the magnetoelectric galvanometer in one direction and then in the opposite direction. Both currents will deflect the arrow towards the south pole of the magnet, which corresponds to the charge of the positron.
Catalog: Физика 
Конференция Пражской группы партии социалистов-революционеров 1931 г.
23 days ago · From Moldova Online
Финансовая политика советских властей Баварии в 1919 г.
Catalog: Экономика 
23 days ago · From Moldova Online
These errors of the modern theory of electricity are connected with the fact that only now physical science, and first of all, quantum physics, began to clarify the nature of the charges of electrons and positrons. It turned out that there are no specific electric charges in nature, because an electron - by 2/3 of its volume - is a magnetic dipole of the north pole, called a minus, and a positron is a magnetic dipole of the south pole, called a plus. Each charge generates 1/3 of the volume of the magnetic induction of the opposite pole. Moreover, a larger magnetic charge is considered an electric charge, and a smaller magnetic charge is considered to be the magnetic component of the charges, which, when current flows in the conductor, generates speraloid lines of magnetic induction.
Catalog: Физика 
Внешняя политика Албании на современном этапе
42 days ago · From Moldova Online
Идейное наследие П. А. Кропоткина и нижегородские анархисты в 1918-1935 гг.
Catalog: История 
43 days ago · From Moldova Online

Libmonster, International Network:

Actual publications:

LATEST FILES FRESH UPLOADS!
 
1
Вacилий П.·zip·45.48 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·xlsx·19.25 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·xls·31.84 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·txt·2.07 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·rtf·8.2 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·rar·46.19 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·pptx·41.16 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·pdf·29.17 Kb·1009 days ago
1
Вacилий П.·ppt·7.21 Kb·1009 days ago

Actual publications:

Latest ARTICLES:

Latest BOOKS:

Actual publications:

LIBRARY.MD is a Moldavian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Образование Молдавского государства
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Library of Moldova ® All rights reserved.
2016-2020, LIBRARY.MD is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Moldova


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Portugal Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones