До сих пор не установлено время написания Нестором, иноком Киево-Печерского монастыря, "Жития Феодосия Печерского" (далее - "Житие"). Оно важно не только для восстановления истории написания самого" "Жития", но и для датировки предшествовавшего ему "Чтения о Борисе и Глебе", поскольку в "Житии" Нестор заметил: "Благодарю тя, Владыко мой, Господи Иисусе Христе, яко съподобил мя еси недостойнаго съповедателя быти святыим Твоим въгодьником, се бо испьрва писавъшю ми о житие и о погублении и о чюдесьх святою и блаженою страстотрьпьцю Бориса и Глеба, понудих ся и на другое исповедание прийти, еже выше моея силы, ему же и не бех достоин..." ("Житие Феодосия Печерского" // Памятники литературы Древней Руси. XI - начало XII века. М., 1978).

Уточнить время работы преподобного Нестора над "Житием Феодосия Печерского" помогает замечание самого агиографа, помещенное в конце произведения: "Се бо елико же выше о блаженемь и велицемь отци нашем Феодосии оспытовая слышах от древьниих мене отець, бывъшиих в то время та же въписах аз грешьныи Нестор, мьнии вьсех в манастыри блаженаго и отца вьсех Феодосия" (Успенский сборник XII - XIII вв. М., 1971).

стр. 57

Эти слова Нестора можно понять так, что он, будучи моложе всех ("мьнии вьсех") по возрасту в монастыре, расспрашивал старших себя ("древьниих мене") отцов-иноков Печерской обители о Феодосии и изложил услышанное. И.И. Срезневский в "Материалах для словаря древнерусского языка" в комментариях к словам мьнии-мнии-меньшии дает первым именно значение "младший по возрасту" со следующим примером: "Человек некыи име дъва сына, и рече мьнии сын ею" (Срезневский И.И. Словарь древнерусского языка. Репринтное издание. М., 1989. Т. 2. Ч. I).

В словах Нестора отчетливо прослеживается сравнение, точнее - противопоставление возраста его самого, записавшего рассказы о Феодосии, и возраста монахов, от которых он эти рассказы слышал.

Если бы Нестор хотел в самоуничижении подчеркнуть свое "низшее" положение в монастыре (и такое значение может иметь слово мьнии ), то, надо полагать, в этой антитезе в качестве оппозиции к слову мьнии использовалось бы слово старей. Следует напомнить, что это смысловое значение сохраняется в однокоренном слове старец, подразумевающем не просто старого человека (старцем, по Уставу, можно было стать с 33 лет), а стяжавшего Благодать Святого Духа: "Аще къто хощеть старей быти, да будеть вьсех мьнии и вьсем слоуга" ("Житие". Хотя и в такой антитезе сохраняется указание на юный возраст: "Рекшу бо Иосифу к Иакову: на семь отче положи десницу, яко съ старей есть. Отвеща Иаков: веде чядо, веде, ... нъ брат его мении болии его будет". См. Молдован A.M. ""Слово о законе и благодати" Илариона". Киев, 1984). У Нестора же противопоставлялись слова древьниих - мьнии, т.е. в их возрастном значении.

Кстати сказать, Нестор и в "Чтении" использует трижды слово мьнии в значении "младший по возрасту", усиливая его другим -унеи: "Сии Давыд [христианское имя Глеба. - А. У .] мний [вар. - меньший ] бе в братьи своей и уней [вар. - юнейший ] в дому отца своего" (Абрамович Д.И. Жития святых мучеников Бориса и Глеба и служба им. Пг., 1916). То есть, меньший (младший) среди братьев и самый молодой в доме. Этот пример к слову "мьнии", но в значении "низший по положению, рангу, достоинствам" приводит "Словарь русского языка XI-XVII вв." М., 1982. Вып. 9.). Да, если учитывать православный уклад жизни, в котором младший брат должен почитать старших (его продемонстрировал Глеб своей кончиной), то такой семантический оттенок присутствует в слове. Однако в Несторовом тексте говорится, прежде всего, о возрасте Глеба (и всячески подчеркивается его юный возраст), но никак не о его "положении, ранге, достоинствах": он князь, и у него равный с другими братьями-князьями социальный статус.

стр. 58

В этом пассаже Нестора не может быть иного толкования слова, поскольку очевидно, что он не только говорит о юном возрасте Глеба ("Бе же Глеб велми детеск". Абрамович. Указ. соч.), но и всячески подчеркивает этот юный возраст святого, сравнивая Глеба с юным Давидом: "Святому же Глебови отворено имя Давыд. Видиши ли благодать Божию изъмлада на детищи? Створиша бо, рече, имя ему Давыд: како или кым образом? Не им же ли: он бе мний в братьи своей [т.е. - младший. - А.У. ], тако же и сии святый. Яко же бо и сам пророк свидетельствует, глаголя: "мний бе в братьи моей и уней [вар. - юнейший ] в дому отца моего" и прочее: тако же и сии Давыд мний [вар. - меньший ] бе в братьи своей и уней в дому отца своего" (там же. Ср. Пс. 151, 1: "Мал бех в братш моей и юншiи в дому отца моего").

Важно здесь отметить, что в украинском языке XIV-XV веков основное значение слова меньший было именно как "младший": "И я есми поделил ся з братом своим меншым со князем Семеном Избаразим сам своею волею доброю..." (Словник староукраiнськоi мови XIV-XV ст. Киев, 1977. Т. I). В современном украинском языке сохранилось только возрастное значение слова меньший при характеристике человека: "Менша сестра лгг не дшшла" и т.д. (Словарь украiнськоi мови. Под ред. В.Д. Гринченко. 1908. Т. II). Значит, и в общей практике, и, что для нас важнее, практике Нестора слово мьний - меньший имело возрастное значение. То есть, говоря о себе "аз ... Нестор, мьнии вьсех в манастыри", печерский агиограф подчеркивал, прежде всего, свой молодой возраст, но никак не свое "меньшее положение", ибо чуть ниже сам сообщает о своем чине дьякона. На отстаиваемое толкование смысла фразы указывает еще одна Нестерова антитеза из "Жития Феодосия Печерского", в которой он сравнивает (противопоставляет) себя на сей раз со старейшим Никоном, а не всей братией.

Чуть выше приведенных слов Нестора о себе (в том же столбце по "Успенскому сборнику") он так говорит о Никоне: "яко же томоу [Никону. - А. У .] старейшю соущю вьсех, се бо и блаженыи отець нашь Феодосии от того роукоу пострижения съподобися".

Это сравнивающее противопоставление "старейшего вьсех" игумена Печерского монастыря Никона и "мьнии вьсех" в монастыре инока Нестора очень заметно.

Сравнение с "великим Никоном", известным книжником, свидетельствует о честолюбии молодого монаха (сомневаюсь, чтобы такое сопоставление допустил уже умудренный на старости лет монах-летописец Нестор, проживший жизнь "не славы ради мира сего"), а не о его полном смирении (автобиографические вкрапления в жития святых угодников Божиих свидетельствуют, в принципе, о том же). Поэтому антитеза и оказалась умышленно растянутой, но все равно очевидной: Нестор рассказал об избрании в игумены старейшего (по воз-

стр. 59

расту!) Никона, а затем поведал и свою историю с поступлением в монастырь. Такое сравнение в духе Нестора. Вспомним, что он первым в древнерусской литературе стал указывать свое имя в агиографических сочинениях, вносить в них автобиографический элемент. А ведь это было нарушением традиций византийской агиографии. Поэтому ничего нет удивительного в том, что молодой Нестор, как он сам признавался, "множьствъмь грехов напълънень сыи от уности", не устоял еще перед одним и подчеркнул свой молодой возраст. Да простится ему этот невеликий грех, помогающий нам установить время работы молодого инока над "Житием Феодосия Печерского".

Нестор родился около 1056-57 годов, ибо 17-летним юношей пришел послушником в Печерскую обитель еще при жизни Феодосия, умершего в 1074 году, и вряд ли бы написал после 1108 года, когда ему уже было за 60 лет, а число монахов перевалило за сотню, что он "мьни вьсех" - младший по возрасту в монастыре.

Есть и еще одно свидетельство Нестора и оно, пожалуй, самое главное в датировке обоих его житий 80-ми годами.

Как известно, помимо "Жития" Феодосия Печерского Нестор написал и еще одно сочинение, связанное с его именем, - "Слово Нестора, мниха манастыря Печеръскаго, о пренесении мощемь святаго преподобнаго отца нашего Феодосия Печеръскаго".

Поскольку Нестор непосредственно участвовал в этом событии и описал его по свежим впечатлениям, ни у кого из ученых не вызывает сомнения время появления этого небольшого "Слова" - вскоре после самого события, произошедшего, как указано в тексте, 12 августа 1091 года, за три дня до праздника Успения Пресвятой Богородицы - покровительницы монастыря.

Совершенно очевидно, что если бы Нестор написал "Житие Феодосия Печерского" после 1091 года, а тем более после 1108 года, как полагал С.А. Бугославский и считает А.Г. Кузьмин (Бугославский С.А. К вопросу о характере и объеме литературной деятельности преп. Нестора // ИОРЯС, 1914. Т. 19. Кн. I; Кузьмин А.Г. Начальные этапы древнерусского летописания. М., 1977), то обязательно включил бы в "Житие" и описание перенесения новооткрытых мощей преподобного Феодосия, как он это сделал в случае с обретением мощей святых Бориса и Глеба во времена Ярослава Мудрого и перенесением их уже его сыновьями в 1072 году. Наоборот же, отдельное существование "Слова о перенесении мощей", на наш взгляд, может свидетельствовать о более позднем его написании относительно "Жития" и как самостоятельного дополнения к нему. На такое его независимое положение указывает и место "Слова" в "Киево-Печерском патерике, где оно следует сразу за "Житием Феодосия Печерского", но не объединено с ним.

стр. 60

Об этом свидетельствует и очевидная вставка в "Слово", носящая черты летописного сообщения: "В лето 6616 Феоктисть игумень нача понужати благовернаго великаго князя Святополка с мольбою, да поминають имя святаго и преподобнаго отца нашего Феодосиа, игумена печеръскаго, в синонике. Богу такс изволъшу. Святополк же рад бывь, обещася сътворити (...) Еже и сътвори митрополить, повеле въписати в синодикь. Митрополить же повеле всемь епископом вписати имя святаго Феодосиа в синодикь. Все же епископи с радостию въписаша имя святаго преподобнаго отца нашего Феодосиа, и поминають его на всех съборех..." (ПЛДР. XII век. М., 1980. Ср. с заметкой в "Повести временных лет": "В лето 6616 (...) В сем же лете вложи Бог в сердце Феоктисту, игумену печерьскому, и нача възвещати князю Святополку, дабы вписать Феодосья в сенаник. И рад быв, обещася и створи, повеле митрополиту вписати в синодик. И повеле вписывати по всем епископьям, и вси же епископи с радостью вписаша, и поминати и на всех зборех". ПЛДР. XI - начало XII века). Это важное для прославления святого событие произошло в 1108 году.

Из "Слова" очевидно, что местное почитание преподобного Феодосия началось вскоре по его кончине. Обретение мощей святого в 1091 году и установление их в Успенском соборе монастыря для почитания прямо свидетельствуют об этом. Церковное прославление святого без службы невозможно. Поскольку торжественное перенесение мощей произошло 14 августа ("и тако праздноваша светло тьй день"), в канун праздника Успения Пресвятой Богородицы, а не в сам праздник - в полном соответствии с церковным Уставом - это значит, что 14 августа на литургии была отслужена уже специальная служба святому (См. разбор аналогичной ситуации с перенесением мощей и освящением церкви в канун двунадесятого праздника: Ужанков А.Н. Из лекций по истории русской литературы XI - первой трети XVIII вв. "Слово о Законе и Благодати". М., 1999). То есть, в 1091 году уже существовала служба преподобному Феодосию Печерскому. Но как свидетельствует церковная практика, а история канонизации святых Бориса и Глеба это подтверждает (Ужанков А.Н. К вопросу о времени написания "Сказания" и "Чтения" о Борисе и Глебе // Герменевтика древнерусской литературы XI-XIV вв. Сб. 5. М., 1992; Антонова Е.В. Службы свв. Борису и Глебу в книжности Древней Руси. Дисс. канд. фил. н. М., 1997), службу святому обязательно дополняет его житие, ибо оно, согласно церковному Уставу, должно читаться в этот день. Значит необходимость в житии преподобного Феодосия была уже в 1091 году (а ко времени включения в синодик - тем более!). Об этом, кажется, и "проговаривается" автор вставки: "Святополк же рад бывь, обещася сътворити, съведый же житие его [зная его жизнь или

стр. 61

познакомившись с его житием? - А. У .], и нача Святополк поведати всемь житие преподобнаго Феодосиа".

В "Житии Феодосия Печерского" сообщается о закладке Феодоси-ем и Антонием в 1073 году Успенского собора в Печерском монастыре, который был достроен уже Стефаном в 1078 году, но "Житие" не сообщает, как верно заметил еще А.А. Шахматов, о его освящении (Шахматов А.А. Повесть временных лет. Пгр., 1916. Т. I). Известно, что собор долго не освящали, и это произошло только в 1089 году при митрополите Иоанне II. Стало быть, "Житие" было написано до этого знаменательного и для монастыря, и для Феодосия события, ибо в "Слове на перенесение мощей", датируемом 1091 годом, сообщается, что мощи преподобного Феодосия были положены в Успенском соборе, то есть он уже был освящен.

Следует обратить внимание и на одну весьма примечательную черту преподобного Нестора: в каждом своем последующем произведении он упоминает предыдущее. В "Житии Феодосия Печерского" он сообщил, что прежде написал "Чтение о свв. Борисе и Глебе", а в "Слове на перенесение мощей" он упоминает "Житие Феодосия Печерского": "Досточудный же именитый Стефан, яже преже реченый в житии блаженаго, иже бысть в него место игумень..." (ПЛДР, XII в.).

Из этой ремарки Нестора совершенно очевидна связь и хронологическая последовательность двух его сочинений: первоначального "Жития Феодосия Печерского" и следовавшего за ним "Слова на перенесение мощей". Если "Слово" создано после описанных в нем событий (что ни у кого не вызывает сомнений) и знает о существовании "Жития", то, стало быть, "Житие" не могло быть написано после "Слова". Если же учесть, что оба произведения Нестора не содержат сообщения о кончине епископа Стефана 27.04.1094 года (в своих творениях Нестор постоянно вспоминает преемника Феодосия на его игуменском посту, принявшего будущего агиографа в монастырь и постригшего в монахи после послушничества, причем в обоих житиях приводит полный послужной список Стефана), то логично заключить, что они были написаны до этого печального события. Но поскольку в "Житии Феодосия Печерского" Нестор не описал торжеств 12- 14 августа 1091 года по обретению и перенесению мощей преподобного, а создал специальное "Слово", то это значит, что "Житие Феодосия Печерского" было написано до 1091 года.

Таким образом, есть все основания полагать, что "Житие Феодосия Печерского" было написано не только до включения его имени в общерусский синодик в 1108 году, но даже до 1091 года - обретения его мощей и написания службы святому.

Permanent link to this publication: