LIBRARY.MD is a Moldavian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
Libmonster ID: MD-449
Author(s) of the publication: А. В. Головнин

Share this article with friends

Гимназии, прогимназии и другие средние учебные заведения

В отношении к средним учебным заведениям в бытность Головкина министром народного просвещения особенно заслуживают внимания следующие события: учреждение новых гимназий, открытие параллельных классов при гимназиях, ревизия средних учебных заведений, произведенная по поручению министерства членами Совета министра, разрешение съездов директоров и учителей в некоторых учебных округах и, наконец, составление и утверждение нового устава гимназий и прогимназий.

К концу 1861 г. в ведении Министерства народного просвещения состояло 94 гимназии, прогимназии и других равных им по курсу наук мужских учебных заведений, содержимых от правительства или от обществ.

В течение 1862 - 65 годов вновь учреждены следующие средние учебные заведения: 8 гимназий, Одесское коммерческое училище, Введенская прогимназия в С. Петербурге, преобразованная 6 сентября 1862 г. из бывшего Введенского уездного училища, открыта в конце того же года.

В течение 1862 - 65 годов закрыты следующие средние учебные заведения: 1) Виленский дворянский институт закрыт 8 октября 1863 г. по ходатайству бывшего главного начальника Северо-Западного края генерала от инфантерии Муравьева; 2) Пензенский дворянский институт - вследствие невзноса пензенским дворянством сумм на его содержание; 3) Молодечнянская прогимназия; гимназии: 4) Новогрудская, 5) Кейданская, 6) Поневежская и прогимназии: 7) Свислочская и 8) Тельшевская - закрыты временно в августе 1864 г., по распоряжению бывшего главного начальника Северо-Западного края.

Таким образом, в 1865 г. считалось всех средних учебных заведений, подведомственных Министерству народного просвещения и содержимых от правительства или от обществ, 96, а с временно закрытыми 101. Число учащихся в этих заведениях к 1 января 1865 г. простиралось до 26.789.

До 1863 г. в большей части наших гимназий низшие классы были чрезмерно переполнены учениками. Хотя действовавшим тогда уставом учебных заведений 1828 г. требовалось (§ 56), чтобы каждый класс разделялся на два или на три отделения, как скоро число учеников в нем более 40, но правило это не исполнялось по неимении денежных средств на учреждение параллельных отделений. До 1847 г. параллельные отделения при гимназиях открывались на счет государственного казначейства по особым каждый раз представлениям в Комитет министров. С 1847 года по затруднительному положению государственного казначейства министерство постоянно встречало затруднение в испрошении сумм на параллельные классы


Продолжение. См. Вопросы истории. 1996, NN 1 - 2, 4 - 6, 9 - 10; 1997, NN 1 - 2.

стр. 76


сверх сметы, ограниченной нормальною цифрою. Хотя потребность в учреждении параллельных классов с каждым годом усиливалась вследствие усиления прилива учащихся, однако министерство могло удовлетворять этой потребности только в весьма редких случаях, когда встречалась возможность учреждать параллельные классы на экономические суммы или другие собственные средства учебных заведений.

Но последовавшее по высочайшему повелению 13 февраля 1860 г. отобрание всех экономических и других запасных капиталов учебных заведений в Государственное казначейство лишило министерство последней возможности к учреждению параллельных классов на свои собственные средства. Между тем, вследствие постоянно возраставшего прилива учеников во многих гимназиях классы переполнились до того, что гимназии эти представляли собою как бы соединение двух или трех учебных заведений, в противность всем требованиям здравой педагогики. Случалось, что в одном классе было более 100 учеников и что в параллельных отделениях того же класса находилось по 80 учеников в каждом. Очевидно, что при таком скоплении учащихся, учение не могло идти удовлетворительно, и учители вместо гимназического способа учения, т. е. занятия с каждым учеником, ограничивались чтением лекций и поверхностным спрашиванием нескольких учеников по мере возможности. Затем самые экзамены, производимые после подобного преподавания, отличались снисходительностью, которая казалась справедливою относительно учеников, неимевших возможности учиться надлежащим образом, но которая приносила им величайший вред и отражалась впоследствии при прохождении ими университетского курса.

Вследствие этих причин статс-секретарь Головнин ходатайствовал об отпуске из Государственного казначейства особых сумм на учреждение и содержание параллельных классов, где они оказывались наиболее нужными. 25 февраля 1863 г. предложено было попечителям учебных округов представить в министерство соображения о том, в каких гимназиях необходимо открыть параллельные классы и какая сумма необходима на их устройство и содержание. Из полученных вследствие этого представлений попечителей оказалось, что в 1863 г. требовалось на обзаведение и устройство параллельных классов 17.822 руб. 90 коп. и на содержание их с 1 августа до окончания года 66.363 руб. 50 коп., всего на 1863 г. 84.186 руб. 40 коп. На содержание же параллельных классов в 1864 г. попечители требовали 174.441 руб.

Вследствие представления об этом Министерства народного просвещения в Государственный совет состоялось высочайше утвержденное 31 октября 1863 г. мнение последнего об ассигновании на 1863 г. особого кредита в 40.000 руб. на учреждение и содержание параллельных классов и о внесении на тот же предмет кредита не свыше 100.000 руб. в смету 1864 года.

Благодаря полученным таким образом денежным средствам, оказалось возможным открыть в 1863 и 1864 годах параллельные классы во многих гимназиях. Кроме того, при Ришельевской и Керченской гимназиях учреждены приготовительные классы с целью дать возможность детям приготовляться к поступлению в низший гимназический класс. Классы эти содержатся на счет платы за учение, по 15 руб. с каждого поступающего в них ученика.

Вообще в течение этого времени открыто всего 89 параллельных классов при гимназиях по всем предметам, 6 параллельных классов по некоторым предметам и два приготовительных класса.

Учреждение новых параллельных классов, без веяного сомнения, много содействовало успехам гимназического преподавания и сделало труды учителей более плодотворными. Но эта мера только отчасти устранила вредные последствия, проистекающие от чрезмерного скопления учеников в одном заведении. Хотя число учеников в каждом классе и отделении соразмеряется с силами преподавателей, но вместе с тем от учреждения слишком большого числа параллельных отделений гимназия чрезмерно разрастается и, наконец, образует собой как бы соединение нескольких гимназий. Очевидно, что в таком обширном заведении, при 600 или более учениках, при 30 и более учителях, является затруднение в надзоре за учениками, в контроле за преподавателями, в сохранении должного порядка в управлении хозяйственной частью. Это затруднение еще более увеличивается в случае, если, как это обыкновенно бывает, параллельные отделения помещаются не в одном

стр. 77


здании с гимназиею, а в нескольких, часто друг от друга отдаленных домах. Посему там, где по многолюдству гимназий учреждено при них много отделений, весьма полезно преобразование их в отдельные учебные заведения, как то уже сделано в Москве и в Харькове. Так как у нас обыкновенно наиболее многолюдны низшие классы гимназий, то желательно не столько учреждение новых гимназий, сколько прогимназий, что министерство и имело в виду при предстоящим преобразовании уездных училищ.

Кроме того, есть много населенных и богатых городов, в которых нет ни гимназий, ни даже прогимназий. Так, например, не имеют никаких средних общеобразовательных учебных заведений такие важные города, как Оренбург и Омск. На всем огромном пространстве Восточной Сибири имеется одна только гимназия в Иркутске, и предстоит крайняя необходимость учредить гимназию в Красноярске или Енисейске. Многолюдная и богатая Полтавская губерния имеет одну только переполненную учениками гимназию в Полтаве, между тем как соседние губернии - Киевская, Черниговская и Харьковская - имеют каждая по 3 гимназии; почему весьма полезно было бы учредить в Полтавской губернии вторую гимназию в промышленном и богатством городе Кременчуге. Один из самых населенных наших городов, Бердичев Волынской губернии, не имеет не только гимназии или прогимназии, но даже и уездного училища, и учреждение в нем по крайней мере прогимназии является крайнею необходимостью. То же можно сказать и о многих других уездных городах, например: Царском Селе С.-Петербургской губернии, Устюге-Великом - Вологодской, Белеве - Тульской, Вязьме - Смоленской, Осташкове - Тверской, Муроме Владимирской, Рыбинске - Ярославской, Арзамасе - Нижегородской, Елабуге - Вятской, Серпухове - Московской, Хотине - Бессарабской области, Тюмени - Тобольской губернии, и многих других городах. Находящиеся в этих городах уездные училища имеют по 100 и более учеников; их необходимо преобразовать в прогимназии.

Но если у нас учерждение новых средних учебных заведений во многих городах крайне необходимо, то из этого не следует, чтобы издержки на их учреждение и содержание должны были падать исключительно на государственную казну. Правительство уже много сделало пожертвований в пользу среднего образования и теперь не перестает их делать. Пора принять в этом деле участие и нашему обществу, которое извлекает из учебных заведений непосредственную для себя пользу. Прекрасный пример в этом отношении подали города Рига, Керчь и Одесса. Рижские горожане учредили и содержат на свой счет реальную гимназию. Керченское городское общество ежегодно отпускает на содержание Александровской гимназии значительную часть своих доходов, а Одесское купечество учредило и содержит на свой счет коммерческое училище. Желательно, чтобы и другие городские общества, в особенности столичные, последовали их примеру.

Для того, чтобы исследовать положение наших гимназий и других учебных заведений Министерства народного просвещения и узнать в точности их потребности и недостатки, в 1862 и 1863 годах командированы были в разные губернии с высочайшего разрешения члены бывшего Главного правления училищ (Совета министра) тайные советники Постельс и Могилянский и действительный статский советник Воронов.

При этих ревизиях господа члены Главного правления училищ обращали внимание как на хозяйственное положение гимназий, так, в особенности, на часть учебную и на нравственность учеников. Отчеты по ревизиям напечатаны по распоряжению министерства. Они послужили поводом к принятию некоторых административных мер по гимназиям и вместе с тем дали весьма важные указания для составлявшегося тогда проекта нового устава гимназий и прогимназий.

Для установления единства в методах преподавания и школьной дисциплины, а также для сближения между собою преподавателей и начальников разных учебных заведений, в течение минувшего трехлетия разрешаемы были в разных местах России съезды учителей и директоров гимназий. Такие съезды были или частные, то есть съезды учителей одного какого-либо предмета с целью взаимного обмена мнений относительно способа преподавания этого предмета, или общие, то есть съезды директоров и инспекторов гимназий и преподавателей разных предметов, имеющие целью рассмотрение общих вопросов школьной администрации, воспитания и обучения.

стр. 78


Польза подобных съездов преподавателей и начальников учебных заведений в свободное от школьных занятий время неоспоримо доказана опытом. На них, благодаря свободному обмену мнений, выясняются и установляются правильные взгляды на способы преподавания, дисциплинарные и административные меры и другие вопросы школьной администрации, педагогики и дидактики. Окружное начальство, пользуясь съездом, имеет возможность оказать свое непосредственное влияние на преподавателей и директоров и разъяснить им необходимость тех или других мер и улучшений гораздо удобнее, чем с помощью циркуляров и предписаний. Присутствующие на съезде родители и другие сторонние лица знакомятся с деятельностью и взглядами педагогического сословия и заинтересовываются вопросами воспитания, что в особенности важно у нас, где до сих пор общество слишком мало заботится о том, что совершается в школе. Наконец, педагогические съезды производят благотворное оживляющее влияние на учителей. Самый ревностный учитель легко может впасть в односторонность и рутину, если ему не предоставить время от времени возможности ознакомиться с взглядами и деятельностью других учителей, проверить свой опыт опытом товарищей и освежить свои понятия свободным разменом мыслей с собратиями по труду.

Ввиду несомненной пользы, какая получается от подобных съездов учителей и директоров, Головнин полагал разрешать их и на будущее время везде, где это окажется возможным и удобным.

Наиболее важное событие, обещающее в близком будущем самые благодетельные результаты для нашего среднего образования, - это составление и утверждение нового устава и штата гимназий и прогимназий.

Гимназии наши до последнего времени устроены были на основании устава училищ 1828 года. Вследствие разных изменений, произведенных в этом уставе позднейшими распоряжениями, в особенности изданными в 1849 и 1852 годах гимназии наши отклонились от своего первоначального назначения и характера. Не довольствуясь тем, чтобы давать своим воспитанникам основательное общее образование и готовить их к самостоятельным научным занятиям в университете, они еще старались приготовлять учеников непосредственно к гражданской и военной службе. С этою целью, с одной стороны, введены были в гимназический курс некоторые ему вовсе не свойственные предметы, с другой - ослаблено и даже вовсе устранено преподавание таких предметов, которые наиболее содействуют достижению главной цели среднего образования и потому должны составлять в нем главное звено или средоточие обучения. Следствием таких изменений гимназического курса гимназии наши потеряли под собою классическую почву и не приобрели вместо ее реальной; они перестали быть общеобразовательными учебными заведениями и не сделались специальными. Утилитарная цель, которая имелась в виду при изменении гимназического курса, вовсе не достигалась, и молодые люди, получившие окончательное образование в гимназиях, устроенных по плану 1852 г., выносили из них только отрывочные и большею частью бесполезные для жизни сведения, а между тем гимназии крайне плохо подготовляли своих учеников к университетам, следствием чего был упадок научного уровня и самого университетского преподавания.

Независимо от этого, наше гимназическое устройство страдало и другими, не менее существенными недостатками. Сюда относятся, главным образом, недостаток хорошо приготовленных к своему званию преподавателей, крайне скудное материальное их обеспечение, неимение хороших учебников и руководств, недостаточность материальных средств на учебные пособия и нерасчетливое их употребление, общий упадок воспитательной части в гимназиях и непрочность оснований, на которых были устроены гимназические пансионы.

Устранение по возможности этих недостатков составляет главную цель нового устава гимназий и прогимназий, а также административных мер, из которых некоторые уже приняты министерством, другие предполагается принять при первой возможности.

К пересмотру и изменению устава 1828 года в отношении к гимназиям министерство приступило еще в 1856 году. Труд этот возложен был на восстановленный тогда Ученый комитет Главного правления училищ, продолжался 8 лет, приведен к окончанию в 1864 г. и удостоился высочайшего утверждения 19 октября того же года. Работам министерства по составлению нового гимназического устава дана была самая обширная гласность; не только самые проекты устава, составлявшиеся

стр. 79


в Ученом комитете, сообщались во всеобщее сведение, но министерство знакомило общество также с мотивами своих предначертаний, которые излагались в обстоятельных объяснительных записках, прилагавшихся к проектам. Оно приглашало всех, интересовавшихся его работами, выражать мнения свои о проектах с полною откровенностью; мнения эти печатались на счет министерства и бесплатно рассылались в большом числе экземпляров в учебные заведения и ко многим частным лицам. Многие тысячи лиц, как принадлежавших к учебному сословию, так и посторонних, принимали непосредственное участие в обсуждении проектов, которое возбудило всеобщий интерес к педагогическим вопросам, и немало содействовало к их разъяснению.

Главные начала, положенные в основание нового устава гимназий и прогимназий, заключаются в следующем: I) учебный курс этих заведений упрощен, сосредоточен и направлен к достижению главной цели средних общеобразовательных училищ. Задача этих училищ состоит в том, чтобы дать воспитанникам основательное общее образование и подготовить их к самостоятельным научным трудам в университетах и высших специальных учебных заведениях. Университет требует от своих слушателей образования, в основу коего положено изучение классических языков и литератур; специальные высшие учебные заведения требуют образования, главным образом опирающегося на основательном изучении наук математических и физических. Другими словами - университеты требуют общего основательного классического образования, специальные училища такого же общего реального образования. На этом основании новый устав вводит у нас, по примеру других передовых стран Европы, два рода гимназий: классические и реальные. В первых - занятия учеников сосредоточиваются на изучении классических языков и их литератур; в последних - на изучении математики и наук естественных. В классических гимназиях с обоими древними языками на преподавание этих языков назначено 58 уроков или 72 1 / 2 часа в неделю, в гимназиях с одним латинским языком - 39 уроков или 48 1 / 2 часов на один этот древний язык. В реальных гимназиях для математики, естественной истории, физики, химии и космографии 57 уроков, или 71 час в неделю.

При таком распределении предметов преподавания предоставлена полная возможность как классическим, так и реальным гимназиям дать своим ученикам основательную подготовку в тех предметах, которые в них составляют, так сказать, центр тяжести обучения, не ослабляя при том изучения и других существенных предметов общего образования, как то: закона Божия, отечественного языка, истории, географии и иностранных языков. Число уроков, назначенных для этих предметов новым уставом, осталось почти такое же, какое было и по прежним постановлениям. Но вместе с тем объем гимназического обучения значительно сокращен чрез устранение некоторых предметов, таким образом устранено преподавание законоведения, на которое в прежнее время тратилось по 12 уроков в неделю в трех высших классах; из курса классических гимназий исключено систематическое преподавание естественных наук и заменено кратким наглядным объяснением трех царств природы; наконец, в реальных гимназиях вовсе устранено преподавание древних классических языков. Благодаря этим сокращениям гимназический курс не будет более страдать чрезмерным множеством и разнообразием наук, и силы учащихся могут быть сосредоточены на изучение наиболее существенных предметов.

2) Новый устав возвысил звание гимназического преподавателя и улучшил его материальное положение. Отныне доступ к должности учителя гимназии или прогимназии возможен только для лиц, получивших высшее университетское образование 1 . Все гимназические преподаватели наук и языков сравнены между собою относительно служебных прав и участия в делах заведения, и влияние педагогического совета на эти дела значительно усилено и точным образом определено. Получаемое учителями вознаграждение от заведения увеличено на 50 и до 100%, и размер этого вознаграждения, в прежнее время зависевший от местности и от предмета преподавания, ныне зависит единственно от количества труда или от числа преподаваемых уроков. Кроме получаемого от заведения жалованья, преподавателям предоставлены некоторые другие материальные выгоды, как то: особое вознаграждение за исполнение должности секретаря педагогического совета и библиотекаря, право получать пособия из суммы собираемой за учение, и право содержать у себя пансионеров. Следует надеяться, что все эти преимущества будут

стр. 80


привлекать к педагогической службе достойных деятелей. 3) Новый устав дает возможность устроить воспитательную часть гимназии на более рациональных основаниях. Вместо прежних надзирателей за учениками и пансионерами, от которых не требовалось ни высшего научного, ни педагогического образования и которые получали самое ничтожное вознаграждение, положено отныне иметь при гимназиях и пансионах воспитателей из лиц, окончивших университетский курс, которые сравнены в служебных правах и преимуществах с преподавателями гимназий. 4) Новый устав значительно усиливает денежные средства, отпускаемые на гимназии и прогимназии из государственного казначейства и кроме того предоставляет в распоряжение этих заведений их специальные средства, которые также могут быть усиливаемы чрез возвышение размера платы за учение. 5) Наконец новый устав полагает основания более прочному устройству гимназических пансионов.

Вот главные начала нового устава, от которых можно ожидать наиболее полезных результатов для улучшения нашего среднего образования. Само собою разумеется, что достижение таких результатов прежде всего обусловливается полным введением в действие нового устава и штата во всех гимназиях, а введение его зависит от того, когда Государственное казначейство найдет возможным отпускать в распоряжение Министерства народного просвещения всю сумму, необходимую для устройства всех гимназий и прогимназий на основании нового устава. Ввиду той огромной пользы, какая ожидается от осуществления предначертаний нового устава, в высшей степени желательно, чтобы отпуск всей этой суммы (составляющей не более 800.000 руб. в год) последовал в возможно скором времени. Введение нового устава и штата в одних гимназиях, в то время когда другие остаются на прежнем основании, не может оставаться без вредного влияния для последних. В них не только является крайнее затруднение в замещении остающихся вакантными должностей, но трудно удержать и наличных преподавателей, которые естественно стараются перейти туда, где служба представляет для них более выгоды. По введению в действие нового устава и штата гимназий и прогимназий министерством сделаны были следующие распоряжения:

1). Имея в виду, что для введения новых штатов потребуется до 800.000 руб. в дополнение к ныне отпускаемым из Государственного казначейства суммам, и предполагая, что получение всей этой суммы может быть рассрочено на пять лет, министерство вошло в Государственный совет с представлением об ассигновании 152.409 руб. 20 коп. в счет суммы, следующей по новым штатам гимназий, и об отпуске из сих денег 63.503 руб. 83 коп. на текущий год с 1 августа, с которого должно быть начато постепенное введение новых штатов. Состоявшееся вследствие этого представления мнение Государственного совета удостоилось высочайшего утверждения 26 минувшего апреля.

2). Предложено циркулярно начальствам учебных округов доставить в возможной скорости соображения свои о порядке введения в действие нового устава. Соображения эти касаются главным образом следующих вопросов: а) какие статьи устава независимо от новых штатов можно бы ввести в действие и когда именно; б) сколько и какие именно гимназии признается ныне полезным преобразовать в реальные и какие сделать классическими с двумя и с одним древним языком; в) в каком порядке вводить новые штаты по мере ассигнования следующих по оным сумм.

На основании полученных по сим вопросам от попечителей округов соображений, тщательно рассмотренных в Совете министра, постановлено:

а) не дожидаясь отпуска назначенных по новым штатам сумм, неотлагательно ввести в действие все те параграфы нового устава, для введения которых не представляется необходимости в усилении денежных средств учебных заведений;

б) при отнесении той или другой гимназии к разряду реальных или классических приняты во внимание следующие обстоятельства: отношение числа поступающих из гимназии в университет к числу окончивших и неокончивших в ней курс; местные условия города, губернии и уезда, где находится заведение; заявления в пользу того или другого направления в преподавании, выраженные или в пожертвованиях на усиление тех или других предметов гимназического курса, или в деятельности, которой преимущественно посвящают себя выходящие из гимназии воспитанники; утвердившееся до сих пор направление гимназии в пользу классического или реального образования, и, наконец, необходимость согласовать число

стр. 81


классических и реальных гимназий и прогимназий с предположениями Министерства народного просвещения, изъясненными в представлениях его Государственному совету при приблизительном исчислении сумм, которые потребуются на постепенное введение в гимназиях новых штатов.

На основании всех сих соображений определено предоставить начальствам учебных округов приступить к преобразованию по мере возможности и представляющихся средств, согласно новому уставу, в гимназии: классические с двумя древними языками: все с.-петербургские гимназии, кроме седьмой, С.-Петербургскую Введенскую прогимназию, все московские гимназии, кроме третьей реальной, Рязанскую, вторую Киевскую, первую Харьковскую, вторую Одесскую и первую Казанскую. Реальные: седьмую С.-Петербургскую, Архангельскую, третью Московскую, Белоцерковскую, Ровенскую, Нежинскую, вторую Харьковскую, Николаевскую, Таганрогскую, вторую Казанскую, Екатеринбургскую и Астраханскую, а также Керченскую Александровскую, если представятся нужные для того средства; классические с одним латинским языком: все остальные гимназии, кроме гимназий Новочеркасской и Усть-Медведецкой, о преобразовании которых необходимо предварительно снестись с начальством Войска Донского.

Необходимо при этом заметить, что такое распределение гимназий на классические и реальные не должно считать окончательным, и что по особо уважительным причинам министерство может допустить в нем изменения.

На гимназии и прогимназии Дерптского учебного округа новый устав не распространяется. Что касается до гимназий и прогимназий Виленского учебного округа, то преобразование их может быть совершенно не иначе, как по соглашению с главным начальником Северо-Западного края.

в) Относительно порядка, в котором следует вводить постепенно новые штаты по мере ассигнования следующих по ним сумм, положено: первые дополнительные суммы, которые будут ассигнованы к отпуску из государственного казначейства в счет новых штатов, обратить на повсеместное увеличение в гимназиях и прогимназиях до уровня новых штатов и сообразно числу даваемых уроков содержания законоучителей, преподавателей наук и языков и учителей рисования, черчения и чистописания; но так как и для этого ожидаемая на первый год дополнительная сумма оказывается недостаточною, то увеличить содержание преподавателей постепенно, начав с гимназий, с одной стороны, более отдаленных, а с другой - более других нуждающихся в возвышении учительского жалования или по местной дороговизне жизни, или по невозможности учителям улучшать свой быт частными занятиями; на основании сего в первый год введения новых штатов увеличить до определенной сими штатами цифры содержание преподавателей, в следующих 30 гимназиях: Архангельской, Олонецкой, Вологодской, Новгородкой, Псковской, Кронштадтской, Тверской, Смоленской, Рязанской, Костромской, Тамбовской, Воронежской, Курской, Орловской, Симферопольской, Кишиневской, Екатеринославской, Таганрогской, Херсонской, Астраханской, Пермской, Екатеринбургской, Вятской, Оренбургской, Симбирской, Пензенской, Нижегородской, Тобольской, Томской и Иркутской.

3). Главную заботу министерства по введению в действие нового устава составляло изыскание средств к приготовлению учителей гимназий и прогимназий. Недостаток в хороших учителях, как будет объяснено ниже, весьма ощутителен, а употребляемые до сих пор средства к их приготовлению неудовлетворительны. Учрежденные в 1860 г. взамен упраздненного Главного педагогического института педагогические курсы по многим причинам оказались несоответствующими своему назначению, а число казенных стипендиатов этих курсов недостаточно сравнительно с потребностию в учителях. Для отвращения, хотя в некоторой степени, недостатка в учителях министерство признало необходимым обратить в обязательные 150 стипендий, учрежденных в 1862 г. по поводу закрытия С.-Петербургского университета, и исходатайствовало высочайшее повеление (25 июня 1863 г.), чтобы по мере выбытия нынешних стипендиатов суммы, отпускаемые университетам Московскому, Харьковскому и Казанскому на эти стипендии, были назначены исключительно тем из студентов историко-филологического и физико-математического факультетов, которые обяжутся по окончании университетского курса перейти в педагогические курсы и за полученное образование прослужить определенное число лет по учебной части Министерства народного просвещения. Независимо от этого в том же

стр. 82


1863 г. высочайше повелено учредить в Московском, Казанском и Харьковском университетах до 60 стипендий с обязательством для стипендиатов служить учителями в Западных губерниях, а высочайшим повелением 25 мая 1864 г. для приготовления учителей Западных же губерний, учреждено 30 стипендий при Дерптском университете. Вследствие этих мер общее число стипендий во всех университетах для приготовления учителей (кроме учителей для Дерптского учебного округа) возросло до 259, из коих 106 назначаются для Западных губерний, а для всех остальных, кроме Дерптского округа - 153 стипендии. Последнее число стипендий (153) для всех округов, кроме Виленского и Дерптского, по соображениям попечителей, оказывается недостаточным и должно быть увеличено до 207. Вместе с тем оказывается необходимым увеличить и размер стипендий, составляющий ныне средним числом около 256 руб. 2 , по крайней мере до 300 руб.

Но увеличение числа стипендий и усиление их размера составляют только одну сторону о приготовлении учителей гимназии. Другая и самая важная сторона этого вопроса заключается в улучшении самых способов такого приготовления, так как нынешние педагогические курсы, по общему отзыву всех попечителей округов, оказываются неудовлетворительными.

Для правильного решения этого вопроса, по предложению министра народного просвещения, подвергнуты были подробному обсуждению университетов и всех попечительских советов два предположения по сему предмету: записка, представленная в министерство 3 об учреждении при некоторых университетских кафедрах особых курсов для приготовления студентов к учительской должности, и мнение Ученого комитета министерства о приготовлении учителей гимназий и прогимназий.

На основании всех полученных по этому предмету мнений и замечаний от попечительских советов, университетов и некоторых лиц в начале нынешнего года составлен в Ученом комитете министерства проект положения о приготовлении учителей для гимназий и прогимназий, при составлении коего приняты следующие главные основания:

1). Приготовление учителей для гимназий и прогимназий возлагается на университеты.

2). Приготовление к учительскому званию должно начинаться в продолжении университетского курса при факультетах историко-филологическом и физико-математическом. Студенты, изъявившие желание посвятить себя педагогическому поприщу, слушают лекции сих факультетов наравне с прочими студентами, а также лекции профессора педагогики, и сверх того имеют особые занятия под руководством профессоров, заключающиеся в практических упражнениях преимущественно научного характера, подобных упраждениям, имеющим место в особых семинариях, состоящих при некоторых германских университетах. Во время университетского курса они находятся исключительно в ведении университетского совета.

3). По окончании университетского курса учительские кандидаты причисляются на один год к гимназиям для практических занятий и состоят в это время под контролем директоров и педагогических советов сих гимназий.

4). Как в продолжение университетского курса, так и в течение годичного занятия при гимназиях учительские кандидаты получают стипендии, обязывающие их к службе по учебной части в течение шести лет. Размер таких стипендий должен быть не менее 300 руб., а общее число стипендий для всех округов не менее 300.

Составленный на этих основаниях проект вместе с другими материалами по вопросу о приготовлении учителей для гимназий и прогимназий издан по распоряжению министерства особою брошюрою для рассылки в учебные заведения и напечатан в журнале министерства с целью вызвать на него замечания наших педагогов. После окончательного рассмотрения его в министерстве он был внесен в Государственный совет, где и находился при увольнении Головкина от должности министра просвещения.

В конце 1861 г. при 48 гимназиях (считая в том числе и дворянские институты) состояли интернаты или гимназические пансионы. В течение трех минувших лет возникли три пансиона при вновь учрежденных гимназиях: 7-й С.-Петербургской, Кронштадтской и Николаевской. В то же время закрыты пансионы при 11 гимназиях: Минской, Гродненской, Нежинской (отделение для гимназистов при лицейском пансионе). Таганрогской, Могилевской, Симферопольской, Вологодской,

стр. 83


Саратовской и Тамбовской, и дворянские институты - Виленский и Пензенский. Прекратилось также существование Симбирского пансиона, вследствие пожара, истребившего его здание и имущество. Таким образом в 1865 г. осталось 39 гимназических интернатов, из коих 38 пансионов при гимназиях и один дворянский институт. Такое упразднение большого числа пансионов большею частью было вызвано экономическими причинами. С одной стороны в некоторых губерниях дворянство, обязавшееся вносить известную сумму на содержание дворянских пансионеров, после крестьянской реформы стало вносить ее весьма неисправно, с другой - доверие общества к закрытым учебным заведениям ослабело, следствием чего было уменьшение числа своекоштных воспитанников пансионов.

Таким образом, денежные средства пансионов постепенно уменьшались, между тем как, вследствие увеличивавшейся год от году дороговизны, требовалось, напротив того, постоянное увеличение этих средств. Из ведомости о числе воспитанников пансионов видно, что в 1865 г. число своекоштных пансионеров составляло не более 43% общего их числа. Своекоштные пансионеры и полупансионеры составляют большинство только в весьма немногих гимназиях (1,2 и 4-й С.-Петербургских, 1,2 и 4-й Московских, 2-й Харьковской, Воронежской, Ришельевской, Херсонской, Кишиневской и Полтавской); в других пансионах число их незначительно, а в некоторых совершенно ничтожно. Так вовсе нет своекоштных пансионеров в Новгородском и Николаевском пансионах, в Пермском их только 2, в Кронштадтском 3, в Ярославском 5, в Томском 9 и пр. Все остальные пансионеры содержатся на счет государя императора и лиц императорской фамилии, на счет казны, разных ведомств, приказов общественного призрения, дворянства, процентов с пожертвованных капиталов, и, наконец, на счет экономии от содержания других пансионеров. Таким образом большая часть наших пансионов имеет характер благотворительных учреждений. Существование многих из них весьма ненадежно. Устройство пансионов на новых основаниях, определенных гимназическим уставом 1864 г. требует значительного возвышения платы, взимаемой как с своекоштных, так и с других пансионеров. Посему, вероятно, число своекоштных воспитанников еще более уменьшится, так же уменьшится и число пансионеров, содержимых на счет казны, дворянства и других благотворительных источников, потому что трудно ожидать, чтобы отпускаемые ныне на этот предмет суммы были увеличены.

По отзывам попечителей учебных округов в пансионах наших, за немногими исключениями, нравственно-воспитательная часть ведется по возможности старательно. Но в этом отношении начальства пансионов при всех своих стараниях встречают почти непреодолимые препятствия в недостатке денежных средств, не дозволяющем иметь при пансионах педагогически образованных воспитателей и надежную прислугу, содержать пансионеров старшего возраста отдельно от младших, устраивать обучение гимнастике, заводить пансионские библиотеки и вводить другие улучшения, столь необходимые как в нравственно-воспитательном, так и в гигиеническом отношении. Необходимо при этом заметить, что во многих гимназиях директоры и инспекторы, на которых лежит многотрудная обязанность управлять пансионами, трудятся для них безвозмездно, так как недостаток материальных средств лишает их возможности получать то небольшое вознаграждение, какое им положено за труды по пансиону.

При составлении устава гимназий статс-секретарь Головнин желал, чтоб этот устав не был трудом какого-либо комитета или комиссии, учрежденных в центральном управлении Министерства народного просвещения, но делом всех наших педагогов, всего нашего учебного сословия. Для этого он рассылал по всему учебному ведомству разные проекты, записки, обозрения, посылал специалистов для обозрения гимназий, печатал их отчеты, возбуждал журнальную полемику, собирал и тщательно изучал разные мнения. (...) I

Разные сведения о гимназиях и предположения о преобразовании этих заведений, распространенные Министерством народного просвещения в обществе, возбудили жаркую полемику в литературе и не проходило номера газеты или журнала без какой-либо статьи по сему предмету. Особенно сильные споры велись в литературе между приверженцами классического и реального образования. Головнин находил эту полемику полезною как для разъяснения предмета, так и для распространения в обществе познаний педагогических, знакомства с нашими учебными заведениями и особенно для возбуждения умственной деятельности между нашими

стр. 84


педагогами. Посему он предоставлял литературе и журналистике полный простор, и, несмотря на случавшиеся лично против него направленные статьи, не соглашался принимать против них какие-либо стеснительные или преследовательные меры. В Государственном совете проект устава равным образом возбудил сильные прения, и опять Головкину пришлось сделать много уступок для достижения, по крайней мере, главных целей.

Убеждения его состояли в следующем: гимназии и прогимназии (понимая под словом "прогимназия" низшие гимназические классы) суть заведения общеобразовательные, имеющие целию гармоническое правильное развитие всех способностей человека в том возрасте, который обнимает годы между начальным детским и специальным высшим образованием, и потому заключает восемь лет детства и юношества (от 9 до 17). Для достижения помянутых целей гимназии должны заботиться о религиозном, нравственном, умственном, эстетическом и физическом образовании. Первое следует предоставить законоучителю того исповедания, которому принадлежит ученик, и гимназическое начальство должно оказывать равное уважение всем религиям; второе должно вытекать из всей совокупности гимназического образования и жизни и сверх того быть особенным предметом заботливости законоучителей и воспитателей (гувернеров); для третьего, т. е. умственного развития и образования, служат все предметы гимназического учения, а для этой цели употребляются две системы образования, или классического, или реального, смотря по способностям и по будущему назначению ученика, т. е. смотря по тому, готовится ли он в университет или в высшие технические заведения и может ли по своим обстоятельствам кончить полный курс гимназии, или должен оставить это заведение прежде окончания курса и прямо начать какую-либо работу, чтоб добывать средства к жизни. В первом случае необходимо образование классическое, которому вообще и Головнин отдавал предпочтение, как более обработанному и усовершенствованному способу развития. Во втором случае, очевидно, полезнее реальное образование. Следуя этим мыслям в первоначальном проекте устава гимназий и прогимназий Головнин полагал сообщать в низших классах начальные познания как в древних языках, так и в науках естественных, а высшие делить на два параллельных отделения, из коих одно было классическое, а другое реальное.

Эта система была введена во Франции под названием бистпоркации министром народного просвещения Фаллу и потом как неудавшаяся отменена министром Дюрюи. Головнин приписывал неудачу не недостаткам самой системы, но тому обстоятельству, что одновременно с введением оной понижены были программы преподавания и требования экзаменационные во Франции, и видел, что она оказывалась весьма полезною и практичною во многих частных учебных заведениях и за границею и в России. Для образования эстетического он полагал необходимым ввести в больших размерах преподавание музыки, пения и живописи мальчикам, которые одарены способностями к этому. Наконец, он признавал совершенно необходимым обратить особенное внимание на физическое воспитание и развитие, которое у нас было в большом пренебрежении, и обязанности по сему предмету полагал возложить преимущественно на врача гимназии, и назначить во все гимназии учителей гимнастики. С этою целию сделан был целый ряд распоряжений: составлены и напечатаны исследования о вентиляции гимназических зданий, сделаны опыты разных систем вентиляции в разных училищах, несколько врачей приглашены были осмотреть пищу, получаемую воспитанниками гимназий и представить свои соображения, другим было поручено произвести физический подробный осмотр большому числу учеников и представить свои соображения вообще относительно гигиенических условий жизни и учения в гимназиях. Медицинский совет был приглашен составить инструкцию врачам гимназий и объявление на конкурс на составление сочинения об условиях физического воспитания; наконец содержатель известного гимнастического заведения в Петербурге был приглашен составить руководство для занятия гимнастикой и проект приготовления в своем заведении учителей гимнастики.

За увольнением Головнина от должности министра просвещения большая часть этих распоряжений осталась без последствий. Наконец, признавая необходимым для усовершенствования гимназий предоставить большую самостоятельность педагогическим советам оных и отнюдь не стеснять их педагогическую деятельность однообразными программами и инструкциями из Петербурга во всех предметах второ-

стр. 85


степенной важности, Головнин полагал, что по этим предметам следует допускать разнообразие между разными учебными заведениями с тем, чтоб каждое могло пользоваться опытом и соображениями прочих. Относительно пансионов при гимназиях он считал эти заведения в высшей степени благодетельными для сирот и для детей родителей или отсутствовавших, или недостаточных, но с тем, чтоб пансион был хорошо устроен, чтоб воспитанники были непременно совершенно разделены по возрастам и вовсе не было бы в пансионе взрослых молодых людей, также чтоб пансион был заведением небольшим и имел достаточное число надежных воспитателей. Следуя этим мыслям Головнин всемерно старался противодействовать закрытию многих пансионов при гимназиях, учрежденных дворянством, но, к сожалению, прекращение дворянством многих губерний взноса следующих на содержание пансионов денег соделывали эту меру необходимою.

Проект устава гимназий возбудил в Государственном совете сильные прения и вызвал самые противоположные мысли. Были лица, которые находили преподавание древних языков остатком средневековых заблуждений и полагали вовсе отменить оное как вредную потерю времени; другие допускали оное только для желающих вне классного времени. Иные требовали усиленного занятия языком греческим и ставили латинский язык на второй план; некоторые требовали преподавания законоведения как предмета нужного для практической жизни; другие требовали отдельного устройства полных реальных гимназий и восставали против системы бифюркации; гимнастику и учителей гимнастики признавали совершенно излишними, равно не находили нужным увеличивать жалованье врача и делать его членом педагогического совета; мысли о необходимости эстетического образования считали утопией и фантазией. После многих споров и многих уступок со стороны Головкина, защищавшего весьма сильно пользу классического образования, несколько случаев разногласия, бывших в общем собрании Государственного совета, были представлены государю, который решил их согласно мнению министра народного просвещения.

Уездные училища

В конце 1861 г. в ведении Министерства народного просвещения состояло 421 уездное училище (считая в том числе училища окружные, дворянские уездные училища Западного края и Митавское реальное училище). К началу текущего 1865 г. состояло в ведении Министерства народного просвещения 416 уездных училищ, и в том числе: собственно уездных - 384, уездных дворянских - 21, окружных (в земле Войска Донского) - 8, одно войсковое училище, одно высшее уездное училище и одно реальное. Во всех этих училищах к 1 января 1865 г. считалось 23.952 учащихся.

Наши уездные училища устроены на основании общего устава училищ, высочайше утвержденного 8 декабря 1828 г., и штата, высочайше утвержденного 17 апреля 1859 г. Исключения в этом отношении составляют только уездные училища Дерптского учебного округа и дворянские уездные училища Виленского и Киевского учебных округов, для которых существуют особые положения.

Мнение о том, что уездные училища в том виде, как они ныне устроены, вовсе не соответствуют цели своего учреждения, сделалось теперь общим между нашими педагогами; оно почти единогласно высказывается как в отчетах попечителей округов, так и в донесениях лиц, ревизовавших эти училища по поручению министерства. Главные недостатки, которыми страдают уездные училища, заключаются в сухости учебного курса, в совершенном разладе его с требованиями жизни и в механическом способе учения, неспособном развивать учащихся и, следовательно, приготовлять из них людей, пригодных для практической жизни. Первыми последствиями этих недостатков являются общий упадок уездных училищ и равнодушие к ним общества. Родители посылают в них детей большею частью не для того, чтобы они прошли полный курс учения, а только чтобы они некоторое время чему-нибудь поучились. От этого происходит, что высшие классы, особенно последний, имеют самое ничтожное число учеников, между тем как в низший класс к началу курса поступает их весьма много; но уже чрез несколько месяцев после открытия учения число их обыкновенно значительно уменьшается 4 . Среднее число учеников на каждое училище составляет не более 57, или по 19 учеников не класс.

стр. 86


В некоторых училищах число учеников крайне ограничено; в 9 из них оно не превышает 20 (в Оргеевском - 13, Лепельском - 14, Нежинском - Александровском и Вейссенштейнском по 15, в Дмитриевском - 16, в Змиевском - 17, в Спасском и Буйском по 19 и в Волковском- 20); таким образом в этих училищах на одного преподавателя приходится не более 2 или трех учеников, и получаемое последними весьма невысокое образование обходится правительству чрезвычайно дорого.

При учреждении уездных училищ по уставу 1628 г. имелось в виду давать в них законченное образование лицам, лишенным возможности получать среднее гимназическое образование, преимущественно детям мещан, бедных дворян и мелких чиновников. Цели этой полагалось достигнуть введением в уездные училища, кроме обучения закону Божию, законченных, но сокращенных курсов русского языка, истории всеобщей и русской, географии всеобщей и русской, арифметики и отчасти геометрии (последней без доказательств). Для большего обеспечения успеха по всем этим предметам составлены были краткие учебники. Но при этом упущено было из виду одно весьма существенное условие - именно приготовление учителей, которые были бы способны выполнить задачу устава настолько разумно, насколько это оказалось бы возможным по сущности самой задачи.

Последствия такой системы, видевшей законченность образования только в доведении предмета до конца (как бы это ни делалось) и думавшей мертвыми учебниками заменить недостаток живой деятельности учителя, не замедлили обнаружиться. Учение в уездных училищах стало сообщать, вместо действительных знаний, большею частию одни только определения, слова, имена и цифры, и учители, поступившие на свои места с весьма ограниченными научными знаниями и без всякой педагогической подготовки, превратились в машины, верно движущие классы в пределах плохих учебников. При таком машинальном способе преподавания ученики знали, сколько в русском языке склонений и спряжений, и на что оканчивается родительный падеж в первом склонении, и в то же время не умели написать толково и связно простого письма; они могли пересчитать имена не только всех русских удельных князей с показанием годов их вступления на престол, но и имена египетских, вавилонских, ассирийских и других царей, а между тем не в состоянии были объяснять смысла ни одного исторического факта; им знакомы были названия многих африканских рек, а между тем они не в состоянии были растолковать, что такое река, откуда она берется, и какие реки находятся в ближайшей им местности. Словом, благодаря отсутствию в учителях всякого педагогического умения и обязанности проходить законченный курс по данным кратким учебникам, наука в уездных училищах находилась в совершенном разладе с жизнью. Посему неудивительно, если общество к училищам этим было совершенно равнодушно.

Впрочем, судить строго учителей за то, что они учили плохо, было бы несправедливо. Они исполнили свое дело, как умели, и проходили, или вернее заставляли учеников выучивать наизусть, все заключающееся в учебниках. Не их вина, что они так смотрели на исполнение своей обязанности; их никто не учил умению учить, им предоставлено было самим приобретать уменье на деле, и в то же время их деятельность обставлена была множеством условий, препятствующих развитию такого умения, как то: совершенным недостатком в педагогических книгах, обязанностью не отступать от учебников и т. п.

Таково было большею частью положение учебной части, когда педагогические идеи начали проникать и сюда и кое-где оживлять мертвую систему стремлением к улучшению методов преподавания. Ныне движение к лучшему заметно во многих училищах. В числе деятелей их есть, хотя и немногие, личности, выходящие из ряда, не чуждые педагогических знаний и понимающие свое призвание не в формальном только выполнении устава и программ, а в живом образовательном влиянии на учеников и в распространении любви к просвещению в той среде, в которой им досталось действовать. Нет сомнения, что деятельность таких лиц может иметь, и действительно имеет, благотворное влияние на улучшение уездных училищ. Но, во-первых, таких деятелей в них немного, да и те немногие, которые состоят при них, непрочны для училищ по крайней ограниченности получаемого ими содержания, при первой возможности они оставляют учительскую службу, так что вакантные места в уездных училищах составляют явление весьма обыкновенное. Затем на местах остаются большею частию только учители слабые, малоспособные и потому

стр. 87


менее всего полезные для училищ. Во-вторых, и полезные деятели принадлежат к самоучкам педагогам, составляют случайность, на которую при разумной организации училищ не следует рассчитывать.

Далее, самый план учебного курса связывает значительно учителей. Можно ли, например, пройти сколько-нибудь разумно при двух уроках в неделю в течение двух лет курс всеобщей и русской истории? Не придется ли тут большею частью ограничиваться одним заучиванием имен и чисел? Возможно ли достигнуть результатов, полезных для учащихся в течение того же времени и при тех же условиях, по всеобщей и русской географии? Полезно ли при элементарном учении родному языку ставить на первом плане заучивание грамматических определений и правил, придавая таким занятиям мнимый практический характер подбором примеров к выученным правилам? Много ли разовьет ученика и насколько пригодится ему в жизни механическое учение решать задачи на все арифметические правила со всевозможными числами целыми и дробными? Не почувствует ли вышедший из такого училища значительного пробела в своем учении, если явления окружающей его природы останутся для него вовсе неизвестными?

Все эти органические недостатки уездных училищ до такой степени важны, что делают совершенно необходимым неотлагательное коренное преобразование этих учебных заведений. Отпускаемая на их содержание сумма, составляющая более миллиона рублей в год, может быть употреблена несравненно более производительным образом. Элементарные школы, к числу которых принадлежат и наши уездные училища, должны достигать двоякой цели: во-первых, приготовлять к дальнейшему образованию в средних учебных заведениях, и, во-вторых, давать известное законченное образование тем молодым людям, которые по своему положению в обществе нуждаются только в элементарном образовании, причем под законченностью образования разумеется не прохождение до конца тех или других учебных предметов, а развитие до известной степени умственных способностей учащихся, предоставление им возможности дальнейшего самообразования и сообщение сведений, которые могут быть приложимы к потребностям практической жизни. Ни одной из двух означенных целей нынешние уездные училища не достигают. С гимназиями они не имеют никакой связи, и ученики, окончившие полный курс учения в уездных училищах, могут поступать только в низший класс гимназии. Молодые же люди, обращающиеся по выходе из уездных училищ непосредственно к занятиям практической жизни, выносят из них слишком поверхностные и мало приложимые к делу сведения при весьма недостаточном умственном развитии.

Дети купцов, мещан и крестьян, составляющие в общем числе учеников уездных училищ более 60% и обыкновенно оставляющие учение до окончания курса, выносят из них такие же сведения, какие могли бы приобрести и в приходских училищах, то есть умение с грехом пополам читать, писать и считать. В некоторых уездных училищах, особенно в Малороссии, в числе учащихся значительный процент составляют дети мелких дворян и чиновников 5 . Они обыкновенно проходят курс всех трех классов, но их к этому побуждает не желание получить законченное образование, а только служебные права, предоставляемые окончившим полный курс уездных училищ, - и это едва ли не единственная практическая польза, какую доставляет учение в этих заведениях. Бывшие воспитанники их вместе с учениками духовных уездных училищ и не окончившими курса семинаристами до сих пор наполняют собою канцелярии уездных и губернских присутственных мест; к другим более производительным и полезным для общества занятиям они мало способны по недостаточности умственного развития и образования. При сокращении штатов уездных и губернских присутственных мест, которое необходимо должно последовать после введения в действие и развития земских учреждений, и это поприще деятельности, ныне открытое для воспитанников уездных училищ, должно значительно сократиться.

Принимая в соображение двоякую цель, к которой должно быть направлено элементарное учение, а также потребности народонаселения в различных местностях, оказывается необходимым вместо нынешних уездных училищ устроить, смотря по местным условиям, двоякого рода учебные заведения: в тех городах, где значительное большинство учащихся принадлежит к мещанскому и крестьянскому сословиям, которые не нуждаются в гимназическом образовании и для которых достаточно основательное образование элементарное, место уездных

стр. 88


училищ должны занять двухклассные или высшие приходские училища с курсом, примененным к потребностям местного народонаселения. В тех же городах, где в числе учащихся много детей дворян, чиновников, зажиточных купцов и фабрикантов, нуждающихся в высшем или гимназическом образовании, необходимо учреждать вместо нынешних уездных училищ прогимназии или гимназии, число которых должно быть увеличено, так как почти во всех существующих гимназиях низшие классы чрезмерно переполнены учащимися, а между тем потребность в гимназическом образовании постоянно усиливается. Независимо от этого, было бы весьма полезно преобразовать некоторые уездные училища в учительские семинарии или школы для приготовления учителей начальных народных училищ, или по крайней мере устроить при них с этою целью педагогические отделения.

Министерство народного просвещения предполагало постепенно производить реформу уездных училищ в этом направлении. Опыт такой реформы уже сделан: бывшее Введенское уездное училище в С.-Петербурге уже преобразовано в прогимназию, а Керченское - в гимназию; училища Андреевское в С.-Петербурге, Кронштадтское, Гдовское, Шлиссельбургское, Холмогорское, Шенкурское и Мезенское преобразованы в двухклассные приходские училища с отделениями для девочек. Наконец в учебных округах: С.-Петербургском, Московском, Казанском, Харьковском и Одесском высочайше повелено (23 марта 1865 г.) учредить в виде опыта при одном из уездных училищ каждого округа педагогические курсы для приготовления учителей народных училищ.

Приходские, начальные и народные училища, учительские семинарии и меры для приготовления учителей народных училищ; воскресные школы

Для первоначального образования детей низших городских и сельских сословий и вообще для распространения в народе грамотности и образования в ведении Министерства народного просвещения находятся приходские двуклассные и одноклассные училища городские и сельские, приготовительные классы при уездных училищах и начальные народные училища. К концу 1861 г. всех учебных заведений этого рода состояло в ведении Министерства народного просвещения около 1000. К началу 1865 г. состояло приходских и начальных училищ и приготовительных классов 1.139 и, кроме того, 707 народных училищ в Западных губерниях, всего - 1.846 первоначальных учебных заведений, в которых число учащихся превышает 80.000.

Известно, что приходские и другие начальные народные училища ведомства Министерства народного просвещения составляют только незначительный процент в общем итоге существующих у нас училищ для образования простого народа. Число таких училищ, находящихся в ведомстве духовном, внутренних дел, государственных имуществ, уделов и проч., не считая западных, прибалтийских и сибирских губерний, превосходит 30.000, и в них считается более 600.000 учащихся.

Как ни значительны на первый взгляд эти цифры, но если сравнить их с количеством народонаселения, то они покажутся ничтожными. Населенность губерний, в которых находятся эти школы, простирается до 45 миллионов, следовательно, одна школа приходится в них на 1500 жителей и 1 учащийся на 70 жителей. Не следует при этом забывать, что более половины названных училищ принадлежит к категории школ, содержимых при церквах православным духовенством, а известно, что многие из таких школ существуют только по имени, и что они вообще необеспечены в материальном отношении, не имеют ни собственных помещений, ни учебных пособий, и самое существование их зависит большею частью от личной ревности и самопожертвования содержателей их- священно- и церковнослужителей. Как слабо у нас распространена грамотность даже в главных центрах просвещения, видно, между прочим, из того, что во время производившейся в С. Петербурге 15 декабря 1862 г. общей народной переписи, насчитана была поражающая своею громадностью цифра - 274.521 безграмотных.

Следовательно, меры, принимавшиеся в течение более полутора столетий правительством к развитию начального народного образования, не приносили желаемых результатов. Нетрудно, впрочем, видеть причины такой малоуспешности принимавшихся до сих пор мер к развитию образования в народе. Дать всему

стр. 89


народонаселению большого государства средства получать образование - это такая огромная задача, которую одно правительство без содействия общества не в состоянии исполнить. Между тем из истории наших учебных заведений видно, что правительство до сих пор желало действовать на образование всех классов народа почти исключительно посредством системы казенных училищ; частная же деятельность в этом отношении не только не поощрялась, но даже подвергалась значительным стеснениям. Притом учреждение правительственных школ не исходило от одного ведомства, а предоставлено было различным управлениям, из которых каждое действовало, руководясь своими особенными взглядами и соображениями, отчего происходило, что в одной и той же местности существовали школы различных ведомств, устроенные на совершенно различных основаниях, и в вопросах по училищным делам возникало вредное для успеха дела противодействие между разными ведомствами.

Все эти школы, учрежденные различными министерствами и управлениями, хотя и устроены на весьма различных и несходных между собою началах, однако имели один общий недостаток: все они страдали от чрезмерной централизации и бюрократического управления, причем, естественно, обращалось более внимания на их внешнее развитие, чем на внутреннее усовершенствование. При таких условиях понятно, почему школы эти не могли приносить таких результатов, которые бы соответствовали потраченным на них усилиям и издержкам. Между тем частная педагогическая деятельность, при решительном покровительстве правительственным училищам, развивалась весьма медленно и, вынужденная иногда скрываться от надзора, нередко принимала неправильное направление, препятствовавшее ее естественному развитию.

В таком положении находилось у нас дело образования простого народа в то время, когда Россия готовилась к великим общественным реформам. Для того, чтобы реформы эти не послужили ко вреду государству и народу, а принесли им всю ожидаемую пользу, необходимо было неотлагательно принять надлежащие меры к обеспечению за народом более надежных и более доступных средств развития образования. Министерство народного просвещения, еще в 1856 г., приступивши к пересмотру своих уставов и положений, деятельно занялось составлением предположений и проектов таких мер. Необходимо заметить, что из всех вопросов, какие предстояло решить с помощью новых уставов, вопрос о первоначальном образовании простого народа был самый сложный и самый трудный. Дело тут шло не об улучшении в административном и педагогическом отношении находившихся в ведении министерства первоначальных народных училищ, но о начертании общего плана народного обучения, который мог бы соединить в одно и направить к одной цели усилия всех разнородных ведомств, имеющих в своем заведовании народные училища и вместе с тем возбудить и поддержать начинания в этом деле сословий, обществ и частных лиц.

Очевидно, что в таком важном и многосложном деле, к составлению проекта общего положения можно было приступить не иначе, как после весьма тщательного изучения нынешнего состояния народного образования в разных местностях России и мер к его развитию, принимавшихся и ныне принимаемых различными ведомствами. С этою целью министерство старалось предварительно собрать как можно более достоверных данных, которые большею частью собираемы были не путем официальным, а чрез командование на место лиц, на показания которых министерство могло вполне полагаться. После тщательного изучения всех собранных таким образом материалов и по соглашению со всеми ведомствами и управлениями, в ведении которых состоят народные училища в министерстве составлен был проект Положения о начальных народных училищах, удостоенный высочайшего утверждения 14 июля 1864 г. Главная мысль, принятая в основание этого положения, заключается в том, что правительство, отказавшись от прежней системы казенных училищ, оказавшейся вполне несостоятельною в деле народных школ, отныне предоставляет в этом деле возможно полный простор общественной и частной деятельности и принимает на себя задачу не учреждать повсеместно училища, а только облегчить средства к их учреждению, поощрять частную деятельность на этом поприще, согласовать между собою усилия разных ведомств, лиц и учреждений и направлять их к достижению общей цели.

Сообразно этой основной мысли, новое положение о начальных народных училищах имеет главным образом ввиду следующее:

стр. 90


а). Ускорить развитие просвещения не понудительными, а поощрительными мерами. В новом положении не принят принцип обязательности учения ни личный, какой существует во всех почти германских государствах, ни общинный, какой существует с 1833 г. во Франции. Правительство никого не принуждает ни учиться, ни содержать училище, а только поощряет желающих и дает училищам вспомоществования, которые могут состоять в учебных пособиях, наградах учителям и т. п. Для таких пособий на 1865 г. ассигновано 100.000 руб., и эта сумма будет со временем постепенно увеличиваться по мере распространения народных училищ и усиления средств государственного казначейства. Само собою разумеется, что все суммы, назначенные по прежним штатам из Государственного казначейства на приходские и народные училища как Министерства народного просвещения, так и других ведомств, должны быть отпускаемы и на будущее время.

б). Прекратить ныне существующий антагонизм по делам учебным как между отдельными правительственными ведомствами, так и между училищами правительственными и частными, и соединить разрозненную деятельность в отношении народных училищ разных ведомств, православного духовенства и земских учреждений. Для достижения этой цели новым положением учреждаются уездные и губернские училищные советы, состоящие из членов от духовного ведомства, от министерств народного просвещения, внутренних дел и других управлений, имеющих свои школы в уезде, из членов от земских собраний и попечителей городских и сельских народных училищ. Совет обязан иметь сведения о всех элементарных школах уезда или губернии, обозревать эти школы способом, каким он найдет более удобным для удостоверения в их положении, изыскивать средства к открытию новых народных школ или к улучшению уже существующих, разрешать открытие новых училищ обществом или частным лицам, заботиться о снабжении училищ учебными пособиями, приискивать в случае надобности учителей, представлять о тех школах и учителях, которые заслуживают пособия, и о тех лицах, которые оказываются неблагонадежными и не могут быть терпимы на педагогическом поприще.

Каждому ведомству, каждой общине, дающим материальные средства для школ, тем более каждому частному лицу, содержащему на свой счет школу, предоставляется полное непосредственное распоряжение этими материальными средствами. Дело совета - только знать эти средства и там, где потребуется, изыскивать пособия к их усилению. Так как в советах заседают с одинаковыми голосами представители всех элементарных училищ как казенных, так и общественных и частных, то можно надеяться, что во взгляде на учебное дело установится необходимое для его успеха единство, и совет не будет покровительствовать одним училищам в ущерб других. Роль члена совета от Министерства народного просвещения, кроме участия в решении всех дел наравне с другими членами, должна состоять преимущественно в педагогических советах, в указании на полезные учебные пособия и в наблюдении собственно за ученою частию. Контроль за начальными училищами предоставлен местным училищным советам, при таком условии следует предполагать, что контроль этот не будет стеснителен и ограничится пределами крайней необходимости.

в). Избежать по возможности централизации и бюрократического управления училищами. Опыт доказал, что централизация училищ и бюрократическое управление ими всегда имеют вредное влияние на их развитие. Самые рациональные, по-видимому меры, принимаемые высшим центральным управлением, в соприкосновении с действительными условиями и потребностями отдельных местностей часто являются бесполезными и производят результаты противоположные тем, какие от них ожидались. До сих пор наши элементарные школы всех ведомств были сильно сцентрализованы и управлялись большею частью бюрократическим порядком. Все в них делалось по предписаниям высшей власти, все исходило из министерств, которым принадлежала и инициатива, и окончательное решение всех педагогических и административных вопросов. Можно сказать, что училища наши жили до сих пор не собственным умом. В этом может быть заключается главная причина той всеобщей апатии, рутины и застоя, которые повсеместно замечаются в наших училищах. Следствием централизации явилось, между прочим, казенное однообразие устройства училищ как в отношении объема и способа преподавания, так и в отношении управления училищами. Но при таком однообразии устройства во

стр. 91


многих местностях, находящихся под влиянием каких-либо особенных условий, училища не могут удовлетворить потребностям народонаселения. Наши уставы училищ 1786, 1804 и 1828 годов страдают именно тем недостатком, что они вводили повсеместно совершенно однообразное устройство училищ. От этого произошло, что во многих местах общество чуждалось казенных училищ, находя курс их то слишком обширным, то несоответствующим местным своим потребностям.

Новое положение устраняет централизацию народных училищ. В хозяйственном отношении они будут управляться городскими и сельскими обществами, частными лицами и ведомствами, на счет которых они учреждены; в педагогическом отношении они будут подведомственны училищным советам, которые вовсе не имеют характера бюрократических учреждений. Училища освобождаются от представления всякого рода срочных ведомостей, представлений и т. п. Необходимые о них сведения будут собираться самими членами училищного совета при личном осмотре училищ.

У нас много рассуждаемо было о том, в чьем ведении должны находиться народные училища: следует ли все эти училища подчинить одному Министерству народного просвещения или оставить их в ведении православного духовенства, земских учреждений, или тех ведомств, которыми они учреждены и на счет которых содержатся? Министерство народного просвещения не придавало этому вопросу никакого значения. Централизация всех народных училищ в одном ведомстве вовсе не служит залогом их преуспеяния. Она, напротив того, скорее могла бы служить препятствием, нежели побуждением к развитию училищ. Для успеха народного образования желательно, чтобы училища заводимы были повсеместно в возможно большем количестве. Городские и сельские общества, духовенство и различные органы администрации, без сомнения, охотнее и ревностнее будут заботиться об учреждении училищ, имея в виду, что последние останутся в непосредственном их заведовании, нежели в таком случае, если бы училища эти должны были перейти под управление чуждого им ведомства. Министерство народного просвещения, нисколько не думая о том, чтобы забрать в свои руки монополию народного образования и устранить от этого дела кого бы то ни было, заботилось единственно о том, чтобы по возможности согласовать усилия всех ведомств и учреждений и направить их к общей цели. Для достижения такого согласия и учреждены училищные советы, в которых есть представители от всех ведомств, обществ и лиц, учреждающих или содержащих народные училища.

г). Сделать учение по возможности свободным, предоставив как обществам, так и частным лицам большой простор в заведении училищ и облегчив желающим доступ к учительской должности. Вследствие преобладавшей у нас до сих пор системы казенных училищ свободе частного учения полагаемы были значительные преграды. К учреждению частных школ и вообще к обучению допускались только лица, имевшие известные, законом определенные, знания и представившие надлежащее удостоверение в доброй их нравственности. Такое стеснение свободы обучения, с теоретической точки зрения, без всякого сомнения, основательно и разумно. Допущение к обучению юношества людей невежественных, безнравственных или даже скрывающих под видом учения какие-либо преступные замыслы, очевидно, может быть опасно в педагогическом, нравственном и политическом отношении. Но на практике цель, имевшаяся в виду при ограничении свободы обучения, большею частью вовсе не достигалась. С одной стороны, от ищущих звания народных учителей требовалось окончание курса в уездном училище или выдержа-ние экзамена из некоторых предметов. Посему оценка достоинств будущего учителя основывалась на одном знании им известного круга предметов. Но одного знания для учителя недостаточно, необходимо еще умение обучать; между тем, экзамен или представление свидетельства об окончании курса в уездном училище еще не дают никакого ручательства в том, что ищущий звания учителя обладает этим умением. Поэтому, несмотря на кажущуюся строгость при допущении к сословию народных учителей, в это сословие постоянно проникали лица, неимевшие самого необходимого для учителя качества. С другой стороны, закон о недопущении к обучению лиц, не имеющих на то права, на практике вовсе не исполнялся, не только в селениях, но и в городах, обучением постоянно занимались и занимаются лица, неимеющие требуемых законом свидетельств - отставные солдаты, писаря, грамотные мещане и крестьяне и т. п. Хотя такое обучение и считалось противозаконным, но прави-

стр. 92


тельство не имело никакой возможности воспретить его на деле, притом строгие меры против подобных учителей едва ли были бы полезны и справедливы. Общество нередко доверяет таким учителям даже более, чем казенным училищам и патентованным наставникам, и на преследование их смотрит как на помеху распространению грамотности.

Вот почему новое положение устраняет отчасти прежние стеснения относительно заведения частных школ и частного обучения. Отныне начальные народные школы могут быть учреждаемы как обществами, так и частным лицами разного звания, и для этого требуется только разрешение уездного училищного совета, между тем как для закрытия училища и для воспрещения учителю заниматься обучением требуется распоряжение губернского училищного совета. Для того, чтобы обучать грамоте на дому, не требуется никаких дозволений и свидетельств, обучать же в народных училищах могут все лица, которые получат на звание учителя или учительницы особое разрешение уездного училищного совета, по представлении удостоверения в доброй их нравственности и благонадежности от лиц совету известных.

Из этого видно, что новое положение предоставляет земству большой простор в учреждении и администрации народных училищ. В настоящее время нельзя предвидеть, как наше земство взглянет на этот важный вопрос. Но судя по некоторым известиям о деятельности до сих пор открытых земских собраний, можно предполагать, что оно не останется равнодушным к делу народного образования. Так одно из первых по времени открытия земских собраний- Ставропольское Самарской губернии - постановило учредить народную школу в каждом приходе и ассигновало потребные для сего денежные средства. Мы вправе надеяться, что и другие собрания последуют этому примеру. Обязанности их в этом отношении тем важнее, что будущность земских учреждений зависит от того здравого образования, которое получают их члены; от образа же деятельности этих учреждений весьма много зависит и будущность России. При общем стремлении к полноправности всех членов общества, при развитии крестьянского самоуправления и вольнонаемного труда, при участии всех сословий в земском деле и в составе суда присяжных увеличение числа грамотных, т. е. умеющих не только читать и писать, но и понимать и обдумывать прочитанное, становится делом первой необходимости. Чтобы народ мог пользоваться своими правами, чтобы эти права не сделались пустою вывеской - нужно дать народу возможность развить умственные способности, нужно сообщить ему те элементарные сведения, которые составляют первый шаг на пути к образованию. Обязанность заботиться об этом прежде всего лежит на самом земстве. Но при всем сочувствии земства к делу народного образования, при всей его щедрости и заботливости его представителей школы не могут приносить надлежащей пользы без хороших специально приготовленных учителей, и обязанность помочь земству в этом отношении лежит на Министерстве народного просвещения.

Необходимость рационального приготовления учителей для начальных народных училищ составляет в настоящее время истину, всеми без исключения признаваемую в образованных странах Европы. Без хорошего учителя не может быть и хорошей школы; учение в руках неискусного учителя при всей его доброй воле, делается нередко орудием вредным и всегда почти более или менее бесплодным. Попытки приготовления народных учителей делались иногда и у нас, но они большею частью имели местный характер и не сопровождались желательным успехом. Так при С.-Петербургской гимназии в 1820 г. началось было приготовление учителей для начальных училищ, но через два года было оставлено. При бывшем Главном педагогическом институте с тою же целью в 1838 г. учрежден был второй разряд, но через десять лет и это полезное заведение было упразднено. Большим успехом сопровождалось учреждение в 1828 г. учительской семинарии в Дерпте для приготовления учителей начальных училищ Остзейского края; семинария эта со времени своего учреждения приготовила до 175 учителей и благотворное действие ее лучше всего видно из того, что начальные училища Остзейского края имеют решительное преимущество пред подобными же училищами империи по основательности преподавания и по нравственному влиянию на местное народонаселение.

Между тем, несмотря на такое пренебрежение главного дела, т. е. приготовления способных учителей, начальные народные училища в империи быстро размножались и особенно это размножение сделалось ощутительным с 30-х годов,

стр. 93


когда народные училища при содействии ведомств удельного и государственных имуществ стали возникать в селах. Значительные цифры числа училищ и их учеников, по-видимому свидетельствовали о явном успехе хода народного образования и не могли не радовать ревнителей просвещения. Но на самом деле для тех, кто имел возможность и желание ближе всмотреться в дело, радость эта значительно помрачалась далеко неблагоприятными результатами школьного учения. Визитаторы училищ, наиболее сведущие и опытные, жаловались на дурное учение в начальных школах, а в конце 50-х годов известный знаток русского народа В. И. Даль, основываясь на личных наблюдениях над учившимися в сельских школах, даже печатно заявил, что грамотность приносит нашим крестьянам более вреда, чем пользы. Заявление это, как и следовало ожидать, возбудило жаркую полемику; однако нельзя не сознаться, что мнение г. Даля не было лишено основания, если принять в соображение последствия, которыми сопровождается учение в дурно устроенных школах, каковы были большею частью наши тогдашние сельские училища.

Неразвитость, отупление, лживость, наклонность к обману и в то же время самолюбивая уверенность в своих мнимых достоинствах - вот те плоды, которые относительно большинства учащихся дает начальная школа, неруководимая разумными воспитательными началами, видящая свою цель в том, чтобы заставить учащихся выучивать бессознательно, механически задаваемые уроки, и считающая лучшим средством для достижения этой цели побои и угрозы. Факт, замеченный г. Далем, нисколько не доказывая, что грамотность вредна, указывает только на то, что и самое первоначальное учение требует разумных руководителей или, другими словами, что для действительного успеха начальных школ необходимо снабжать их хорошими учителями, готовыми посвятить все свое время школе, способными действовать на умственное и нравственное развитие учащихся и умеющими возбудить в них сознание пользы учения и любовь к нему. Но таких учителей у нас нет, а потому необходимо приготовить их.

Меры для такого приготовления учителей народных школ уже с давнего времени составляют предмет особенной заботливости Министерства народного просвещения. Еще в 1860 г. в числе других проектов, составленных в Ученом комитете министерства, был составлен также и проект учительских семинарий для приготовления учителей народных училищ. В 1862 г. и 1863 г. несколько педагогов наших отправлено было за границу для всестороннего изучения на месте устройства заграничных, особенно германских и швейцарских, учительских семинарий и средств приготовления первоначальных учителей. В обществе и литературе возбужден был интерес к этому вопросу, проявившийся как во множестве посвященных ему журнальных статей, так и в замечаниях на проект Ученого комитета, сообщенных в министерство педагогическими советами учебных заведений и разными лицами.

Все высказанные по этому вопросу мнения сводятся к двум противоположным выводам. Незначительное число лиц, притом большею частью неспециалистов в деле народного обучения, признавало излишним приготовление особых учителей для народных училищ и полагало, что дело народного обучения, особенно в селах, должно быть всецело вверено духовенству. Огромное же большинство лиц, представивших замечания на проект и обсуждавших этот вопрос печатно, напротив, считало приготовление таких учителей делом решительно необходимым, делом первостепенной важности, без которого прочные успехи народного образования немыслимы. Но при этом высказаны были различные взгляды на способы такого приготовления. Одни стояли за особые учительские институты, устроенные в виде открытых заведений; другие полагали достаточным учредить при гимназиях и уездных училищах педагогические курсы с практическими занятиями воспитанников этих курсов в местных народных училищах; наконец, некоторые считали возможным приготовление учителей одним чисто практическим путем, прикомандировывая желающих получать учительские места к таким народным училищам, которые имеют хороших учителей.

Рассматривая означенные три способа приготовления народных учителей, нетрудно определить относительные их достоинства. Второй и третий способы имеют ту выгоду, что при них приготовление учителей обойдется дешевле; но зато цель приготовления достигнется только отчасти. Педагогические курсы при гимназиях и уездных училищах, как бы они хорошо ни были устроены, с одной стороны,

стр. 94


заключают в себе много таких условий, которые излишни для приготовления народных учителей, и с другой, не имеют учебной и педагогической обстановки, которая необходима в заведении, приготовляющем народных учителей. Причисление учительских кандидатов к народным училищам, по-видимому, хотя и вводит их в самую среду училищ, но представляется неудобным в том отношении, что при этой системе недостает кандидатам весьма важного для них теоретического приготовления и, сверх того, при недостатке у нас образцовых учителей, возможно разве только при нескольких училищах в целой империи. По этим причинам первый способ приготовления учителей, заключающийся в учреждении особых учительских семинарий, хотя и стоит дороже, но имеет решительные преимущества, что доказано опытом целой Европы и благотворными плодами существования у нас Дерптской учительской семинарии, как об этом сказано выше.

Соображениями этими руководствовалось наше правительство при учреждении в 1862 г. учительской семинарии в Финляндии и при основании в 1864 г. нескольких таких семинарий в Царстве Польском для образования народных учителей в этих краях. В тех же видах, по представлению министра народного просвещения на основании особого положения, высочайше утвержденного 25 июня 1864 г. открыта в том же году в местечке Молодечне (Виленской губернии) учительская семинария для приготовления учителей в народные училища северо- западных губерний. Таким образом, оказывается, что в настоящее время во всей империи лучшие средства приготовления учителей уделены Финляндии, Остзейским губерниям и Царству Польскому. Из собственно русских губерний учительская семинария находится только в северо- западных губерниях империи. Во всей же остальной империи или вовсе не приготовляются учителя для народных училищ, или употребляются способы менее совершенные. Так при университете Св. Владимира в Киеве с апреля 1862 г. находится временная педагогическая школа для приготовления учителей в народные училища юго-западных губерний, состоящая в ведомстве Министерства народного просвещения, да с сентября месяца 1862 г. ежегодно назначается по 3 тыс. руб. на образование учителей народных училищ для Казанского округа. В том же году назначено единовременно в распоряжение попечителя Московского учебного округа 6000 руб. на приготовление учителей для народных школ.

Ввиду такого недостатка в средствах образования учителей народных училищ по утверждении нового положения о начальных народных училищах предложено было Ученому комитету министерства составить подробное предположение о мерах приготовления народных учителей. Ученый комитет, указав на вышеизложенные три способа приготовления учителей, отдал преимущество учреждению особых учительских семинарий. Предположения Ученого комитета по сему предмету препровождены были на рассмотрение окружных попечительских советов, и затем отзывы последних с заключением попечителей учебных округов и всеми соображениями по сему предмету подвергнуты были окончательному рассмотрению Ученого комитета, который по обсуждении этого важного вопроса остановился на двух способах приготовления народных учителей, именно: на устройстве особых учительских семинарий и на учреждении педагогических курсов при уездных училищах. Проекты положений тех и других, составленные в Ученом комитете, напечатаны в журнале министерства, и проект положения для учительских семинарий был внесен в Государственный совет.

Из других правительственных мер, принятых по отношению к первоначальному народному образованию в течение минувшего трехлетия, следует сказать об учреждении двухклассных приходских училищ в С.-Петербургском учебном округе, об учреждении народных школ в Западном крае, и, наконец, о мерах относительно воскресных школ.

Вследствие ходатайства начальства С.-Петербургского учебного округа, высочайшие утвержденными мнениями Государственного совета 6 сентября 1862 г. и 4 февраля 1864 г. вместо некоторых упраздненных уездных училищ С.-Петербургской и Архангельской дирекций учреждены двуклассные приходские училища с од-ноклассными отделениями для девочек. Училища эти, как показал опыт, вполне соответствуют цели своего учреждения и потребностям местных жителей. Лучшим доказательством их успешности служит то обстоятельство, что они имеют по 60,80 и более учеников, между тем как в уездных училищах, вместо которых они учреждены, число учеников постоянно было не более 20 или 30. Посему признается вполне

стр. 95


полезным распространить эту меру и на другие учебные округа, и постепенно преобразовать в двуклассные приходские училища те из уездных училищ, в которых число учеников незначительно.

Особенную заботу правительства в последнее время составляет образование народа в западных и юго-западных губерниях. Для того, чтобы дать народному образованию в этих частях империи чисто русское направление и освободить его от влияния польской и католической пропаганды, высочайшим повелением 18 января 1862 г. предоставлено было Министерству народного просвещения войти в соглашение с Министерством внутренних дел о неотлагательном устройстве народных училищ в западных губерниях. В исполнение этого высочайшего повеления со стороны Министерства народного просвещения сделаны были все необходимые распоряжения к безотлагательному учреждению народных училищ во всех губерниях Виленского и в трех западных губерниях Киевского учебных округов, и с этою целью тогда же было отпущено из сумм министерства в распоряжение попечителей сих округов по 10.000 руб. на каждый округ на первоначальное устройство таких училищ. Впоследствии по мере увеличения числа училищ суммы, отпускавшиеся на этот предмет по сметам министерства, постепенно были увеличиваемы, и по смете 1865 г. они составляют 146.250 руб. 20 коп.

Для более правильного наблюдения за успешным развитием деятельности народных училищ в шести северо-западных губерниях составлены были и удостоились высочайшего утверждения (23 марта 1863 г.) временные для них правила и учреждены 27 октября 1863 г. дирекции народных училищ. Для приготовления же учителей этих училищ учреждена в местечке Молодечно учительская семинария на 60 казенных стипендиатов, которая вся состоит от директора до воспитанников из одних лиц православного вероисповедания и в которой будущим народным учителям дается воспитание, оживленное духом русской народности и верное началу православия. Благодаря этим мерам народное образование в западном крае ныне получило быстрое развитие в духе русской народности и православия. К началу нынешнего года в девяти западных губерниях состоит уже более 700 народных училищ, в которых обучается до 20.000 мальчиков и до 2.000 девочек.

Период времени с 1859 по 1862 год, вообще отличающийся небывалым у нас дотоле развитием педагогического движения в обществе и литературе, был ознаменован, между прочим, появлением и развитием воскресных школ, которые при благоприятных обстоятельствах могут принести огромную пользу народному образованию. К сожалению, это учреждение, которое начало у нас развиваться с необыкновенною быстротою и обещало самые благоприятные последствия, существовало у нас тогда весьма недолго, и только теперь предоставлена ему возможность вновь возникнуть и развиваться на более правильных и надежных основаниях.

Учреждение воскресных школ в смысле безмездного сообщения первоначального образования рабочему классу народа, который по роду своих занятий не имеет возможности пользоваться ежедневным учением в других училищах, явилось последствием благоприятных преобразований в России: оно современно крестьянскому вопросу, учреждению женских школ сословиями, обучению грамоте солдат в полках, уничтожению телесных наказаний и т. п. Везде, особенно же в больших центрах населения, в простом народе возникло стремление к грамогности; городские же приходские и другие училища оказались недостаточными для удовлетворения вполне этой потребности, тем более что дети рабочего сословия и взрослые ремесленники не имеют возможности посвящать учению другие дни, кроме воскресных и праздничных. Это и послужило поводом к учреждению для них воскресных и праздничных школ, существующих с издавна в других государствах.

Первые воскресные школы в России 6 были открыты в Киеве в 1859 г., вследствие выраженной некоторыми студентами университета Св. Владимира готовности заняться по праздничным дням бесплатным первоначальным обучением детей ремесленного и вообще рабочего класса людей. В С.-Петербурге первое ходатайство о дозволении открыть воскресные школы последовало от ремесленной управы чрез генерал-губернатора, что и было разрешено и приведено в исполнение в 1860 г. по сношении о сем министра внутренних дел с министром народного просвещения. Тогда же разрешено было открыть воскресные школы и в других городах и составлены для них Министерством народного просвещения правила, которые предложены были к исполнению попечителям учебных округов и начальникам губерний,

стр. 96


причем постановлено непременным условием, чтобы назначенный в каждую школу священник сверх обязанности преподавания Закона Божия наблюдал вместе с училищным начальством, чтобы в воскресной школе не допускалось ничего противного правилам православной веры и началам нравственности.

На таких основаниях стали учреждаться в 1860, 1861 и 1862 годах воскресные школы в различных городах империи, причем многие из епархиальных архиереев приняли в них живое участие назначением законоучителей и преподавателей из семинаристов. Впоследствии, когда в С.- Петербурге стали быстро распространяться воскресные школы, Министерство народного просвещения нашло необходимым усилить над ними надзор, поручив его сверх директора училищ С.-Петербургской губернии еще четырем другим директорам гимназий, трем штатным смотрителям, а также окружным инспекторам. Подобные же меры были приняты попечителями Московского и других учебных округов. Воскресные школы как в С.-Петербурге, так и в других городах помещались преимущественно в домах училищ, а потому начальства, которые заведовали этими заведениями, сохраняли за собою право наблюдения за порядком в школах. Независимо от всех этих мер школы были открыты для всякого желающего их видеть; таким образом, они состояли под постоянным контролем не одних официально назначенных лиц, но и тех, коим поручен негласный надзор за общественным благоустройством.

Число воскресных школ в июне 1862 г. пред состоявшимся по высочайшему повелению закрытием их, доходило до 316 II . Число преподавателей и учившихся в них не может быть определено даже с приблизительною точностью, потому что оно постоянно менялось. Можно однако предполагать, что число последних доходило до 20.000. Учредителями школ и преподавателями в них были преимущественно лица учебного ведомства Министерства народного просвещения. Кроме того были еще духовные, служащие разных ведомств, офицеры и другие лица. Наиболее разнообразия в этом отношении представлял С.-Петербург, где по сведениям, доставленным директором училищ, в 28 воскресных школах считалось более 370 преподавателей дам и мужчин.

Деятельность воскресных школ достигла наибольшего развития в конце 1860 и в начале 1861 г.; в это время они пользовались особенным сочувствием общества, выражавшимся как в денежных и других пожертвованиях в их пользу, так особенно в числе лиц разного звания и пола, изъявлявших желание исполнять в них безвозмездно обязанности преподавателей. В конце 1861 и в начале 1862 г. это возбуждение в пользу воскресных школ уже значительно ослабело, число детей и взрослых простолюдинов, желавших учиться в воскресных школах, по-прежнему было значительно; но число преподавателей стало быстро уменьшаться. Так из сведений, доставленных Директором училищ С.-Петербургской губернии, видно что 10 сентября 1861 г. в воскресную школу при 3-й С.-Петербургской гимназии явился один только преподаватель, подобные же факты повторялись и в других воскресных школах как в С.-Петербурге, так и в других городах. Вообще воскресные школы после кратковременного блестящего существования стали быстро клониться к упадку, и деятельность многих из них прекратилась прежде, чем последовало распоряжение о повсеместном их закрытии.

Из обзора фактов, относящихся к истории наших воскресных школ в 1859 - 1862 годах видно, что школы эти возникли вследствие сознанной обществом необходимости распространить образование в рабочих классах народа, и что учредители школ одушевлены были достойным всякой похвалы желанием содействовать правительству к распространению полезных знаний в народе. Многие сотни лиц различного звания и общественного положения безмездно посвящали свои труды общеполезному делу; многие тысячи бедных детей и взрослых работников находили в воскресных школах возможность приобретать полезные для них знания бесплатно и без траты необходимого для других занятий времени. Рабочий народ, до тех пор проводивший свободное от занятий время в лености, пьянстве и распутстве, стал мало-помалу привыкать к мысли употреблять это время в пользу умственного своего образования. Можно было надеяться, что воскресные школы послужат могущественным орудием для развития в народе грамотности и стремления к умственному образованию со всеми его благими последствиями. К сожалению, все эти надежды на деле не осуществились.

Главная причина падения наших воскресных школ заключается в легкомыслии

стр. 97


и необдуманности, которыми обыкновенно сопровождаются всякие наши общественные начинания и которые почти всегда причиняют их неуспешность и упадок. В истории воскресных школ повторились те же явления, какие мы видели в наших коммерческих и промышленных компаниях, в наших сельских школах и приютах, женских училищах, публичных библиотеках, литературных и благотворительных предприятиях и многих других общественных делах: в начале - необдуманное увлечение, а вслед за ним - быстрое охлаждение и апатия. В минуту своего возникновения воскресные школы приобрели необыкновенную популярность и сделались, так сказать, модными. Вслед за людьми, понимавшими дело и желавшими принести действительную пользу народному образованию, стали браться за преподавание в них люди, не имевшие никакого понятия ни о том, какую цель должны иметь воскресные школы, ни какие знания нужны народу, и вносившие в преподавание свои личные взгляды и убеждения, часто незрелые или совершенно ложные. Многие шли в воскресную школу, вовсе не давая себе отчета в том, за какое серьезное и святое дело они берутся, а единственно потому, что другие занимаются в воскресных школах, что это дело современное и модное. Вторжение таких дилетантов в воскресные школы внесло в них беспорядок, охладило сочувствие к ним общества, лишило их доверия правительства и послужило поводом к их временному закрытию.

В начале июня 1862 г. министр внутренних дел уведомил управляющего Министерством народного просвещения, что показаниями фабричных рабочих на Петербургской стороне обнаружено, что в двух воскресных школах, Сампсоньевской и Введенской - преподается учение, направленное к потрясению религиозных верований, к распространению социалистических понятий о праве собственности и к возмущению против правительства. На основании последовавшего по сему предмету высочайшего повеления приняты были следующие меры:

1). О действиях распорядителей и преподавателей Сампсоньевской и Введенской воскресных школ и о свойстве преподаваемого в них учения произведено особенною составленною для сего комиссиею формальное следствие, которое передано на дальнейшее распоряжение министра внутренних дел. Не касаясь здесь тех выводов, какие сделаны были председателем следственной комиссии относительно всех воскресных школ вообще, необходимо заметить, что, несмотря на самый тщательный разбор всего относящегося к этим школам, изыскания комиссии вполне обнаружили отсутствие в них систематически организованной вредной пропаганды. Открыты были только преступные действия трех преподавателей воскресных школ, и из них только один старался распространить в школе вредные учения. Очевидно, что преступные замыслы, в которых обвиняемы были все воскресные школы, возникли вне их, занесены были в них из зараженной ложными идеями части общества и к воскресным школам не могли привиться при тех средствах официального и неофициального надзора, какими они были снабжены.

2). Обе школы закрыты, и о поводах к их закрытию объявлено в газетах.

3). Попечителям учебных округов предложено иметь за прочими воскресными школами действительный и непрерывный надзор. 10 июня 1862 г. последовало высочайшее повеление: немедленно приступить к пересмотру правил об учреждении воскресных школ и закрыть все существующие воскресные школы впредь до преобразования их на новых началах. О таковой высочайшей воле сообщено было к исполнению попечителям учебных округов с предложением о доставлении мнений касательно преобразований по устройству воскресных школ, что господами попечителями было исполнено. Закрыты были тогда все существовавшие воскресные школы, кроме школ Дерптского учебного округа, которые оставлены на прежнем основании во внимание их многолетней полезной деятельности и ручательства попечителя округа и генерал-губернатора Остзейских губерний в благонадежности преподающих в них лиц 7 .

Положением о начальных народных училищах, высочайше утвержденным 14 июля 1864 г., разрешено учреждать в числе других начальных училищ, и воскресные школы для образования ремесленного и рабочего сословий обоего пола, неимеющих возможности пользоваться учением ежедневно. Школы эти относительно порядка учреждения, предметов преподавания и надзора за ними сравнены с начальными народными училищами, следовательно, они открываются с разрешения уездного училищного совета и находятся под непосредственным его наблюдением. Следует

стр. 98


надеяться, что с открытием действий училищных советов, воскресные школы у нас снова возникнут и что их учредители и распорядители, действуя с большею чем прежде осмотрительностью, не позволят этому благодетельному учреждению сойти с надлежащего пути и направят его к истинному благу народа.

Из сведений, собранных на местах по распоряжению статс-секретаря Головкина, оказывалось, что приходские и другие первоначальные училища, за немногими исключениями, находятся в неудовлетворительном состоянии и что главные причины их неудовлетворительности заключаются, во-первых, в недостатке материальных средств на их содержание и, во-вторых, в недостатке педагогически образованных учителей.

Устранение первого из этих недостатков есть дела земства. Без народного образования земское самоуправление немыслимо. Истина эта столь очевидна, что доказывать ее нет никакой надобности; ее вполне сознают наши земские собрания, и нет никакого сомнения, что обеспечение материальными средствами существующих и вновь учреждаемых народных училищ составит один из главных предметов их заботливости.

Что касается до недостатка педагогически обрадованных учителей, то об устранении его должно озаботиться правительство. Единственным надежным средством для этого служат, как сказано выше, хорошо устроенные учительские семинарии. Во Франции почти каждый департамент имеет свою нормальную школу; в Пруссии ныне считается до 60 учительских семинарий; Англия в течение последних 20 лет устроила у себя превосходные учительские семинарии, и едва ли ни этим учреждениям она наиболее обязана нынешним своим совершенством начального народного образования; швейцарские кантоны издерживают на учительские семинарии сравнительно весьма значительную долю своих бюджетов. Словом, все обрадованные государства жертвуют значительные суммы на эти учреждения, без которых хорошие народные школы немыслимы.

Против учреждения у нас учительских семинарий обыкновенно возражают, во-первых, что они дорого обходятся и, во-вторых, что невозможно найти для них хороших руководителей и наставников.

Если признать необходимость учительских семинарий, то первое возражение теряет всякую силу. В таком государстве, как Россия, правительство всегда найдет средства на то, что полезно и необходимо для народа. Гораздо важнее второе возражение. У нас действительно трудно найти сразу деятелей для большого числа семинарий. Но и это затруднение не столь велико, как обыкновенно предполагают. В нашем учебном сословии есть немало деятелей способных и искренне преданных делу народному образования. Притом школа приготовляет деятелей для школы. Если, отзываясь неимением хороших наставников, откладывать учреждение семинарий на будущее время, то их никогда нельзя будет учредить, потому что хорошие наставники сами собою не явятся. Создавать сразу образцовые учебные заведения весьма трудно, гораздо легче постепенно совершенствовать для существующего заведения. 60 лет тому назад, когда у нас был один только университет и не было ни одной почти гимназии, гораздо труднее было учредить гимназии, нежели теперь учительские семинарии. И однако правительство Александра I не остановилось пред этим затруднением и вдруг учредило по гимназии в каждой губернии. Многие из этих гимназий были плохи, но они постепенно улучшились и принесли огромную пользу народному образованию. Нет никакого сомнения, что и учительские семинарии, для учреждения которых имеется гораздо более готовых материалов, нежели сколько их имелось для гимназий в начале нынешнего столетия, также будут постепенно совершенствоваться и приносить пользу.

Положение о народных школах, хотя и заключало только 31 статью, требовало однако для составления оного много труда, времени, встретило большое сопротивление в Государственном совете, и рассматривалось там очень долго. (...) III .

Проект положения о начальных народных училищах рассматривался в Государственном совете весьма долго и был предметом жарких споров. Статс-секретарю Головкину приходилось в особенности бороться против усилий тех лиц, которые находили нужным передать все дело начального народного образования православному духовенству с тем, чтобы приходские священники были единственными учителями в народных школах и чтобы епархиальные архиереи и Синод заведывали и управляли этими школами, получая на содержание их и на вознаграждение

стр. 99


духовенства за труды суммы из Государственного казначейства, причем не допускались бы в народные школы светские учителя, которые считались лицами вредными и распространителями безверия и либерализма, причем устранялось и всякое участие Министерства народного образования и отрицалась необходимость специального приготовления для того, чтоб быть способным учить в народных школах.

Это крайнее мнение имело разные оттенки, и были лица, которые не столь резко выражали оное. Убеждение Головкина состояло в том, что православное духовенство ни по степени образования и отсутствию педагогической подготовки, ни по занятию своими прямыми обязанностями (исполнению треб) не может исполнять сколько-нибудь удовлетворительно должность учителей в народных школах и в состоянии только обучать закону божию, а что епархиальное начальство и Святейший Синод вовсе не способны заведывать и управлять школами, что доказывается неудовлетворительным состоянием училищ духовного ведомства, которые суть бесспорно худшие из всех училищ империи.

Что касается народных школ, учрежденных будто бы духовенством, Головнин на основании имеющихся у него весьма многих сведений был убежден, что огромное большинство этих школ существует только на бумаге, и из существующих на деле большая часть не заслуживает названия правильно организованной школы. Затем он полагал, что все ведомства, общества и частные лица должны пользоваться возможно большим простором для учреждения и содержания народных школ, что духовенство должно обучать народ Закону Божию, что общее заведывание школами должно принадлежать Министерству народного просвещения, и что сему министерству следует учреждать учительские семинарии для приготовления народных учителей преимущественно из самих крестьян, которые по слабости физической неспособны к тяжелому труду хлебопашества, не устраняя впрочем желающих и из лиц других сословий.

(Продолжение следует)

Примечания автора

1. Временное изъятие от этого правила допущено только для учителей новейших иностранных языков.

2. Размер нынешних педагогических стипендий от 250 руб. до 142 руб. 85 коп. Общая сумма, отпускаемая на 259 стипендий, составляет 66.185 руб. 70 коп.

3. Редактором "Журнала Министерства народного просвещения" Ю. Рехневским.

4. В начале 1865 учебного года, т. е. в сентябре 1864 г., в уездных училищах считалось около 26.000 учащихся; к 1 января 1865 г. число это упало до 23.952, то есть уменьшилось на 2000. Из 26.000 учащихся (в сентябре 1864 г.) считалось в III (высшем) классе только 4.500 или 17%, во II - 8060 или 31 %, все же остальные, го есть более половины, находились в низшем классе. В 1864 г. вышло из уездных училищ по окончании полного курса 2.621 ученик; до окончания же курса вышло 7990 учеников или более 1 / 3 общего их числа. 5. В 42 уездных училищах Киевского учебного округа в числе 2408 учащихся считалось 1377 детей дворян и чиновников, т. е. 57%; между тем в уездных училищах Виленского учебного округа число детей этой категории составляет 44%, в Одесском 41 %, в Харьковском 35%, в Московском 23%, в С.-Петербургском 21%, в Казанском 20%, в Сибири 17%, а в Дерптском учебном округе только 11 % общего числа учащихся.

6. За исключением Дерптского учебного округа, в котором воскресные школы существуют с 20-х годов нынешнего столетия.

7. К 1 января 1865 г. в Дерптском учебном округе состояло 10 воскресных школ, в которых считается 464 учащихся.

Примечания публикаторов

I. Далее опущен текст с перечислением материалов, использованных А. В. Головкиным при составлении устава гимназий (РГИА, ф. 851, оп. 1, д. 5, лл. 204 - 208).

II. Таблица о числе воскресных школ (мужских, женских, обоего пола) с распределением по учебным округам опущена.

III. Далее опущен список материалов, опубликованных автором для подготовки "Положения о народных школах" (ф. 851, оп. 1, д. 5, лл. 274 - 278).


© library.md

Permanent link to this publication:

https://library.md/m/articles/view/ЗАПИСКИ-ДЛЯ-НЕМНОГИХ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Moldova OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: https://library.md/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. В. Головнин, ЗАПИСКИ ДЛЯ НЕМНОГИХ // Chisinau: Library of Moldova (LIBRARY.MD). Updated: 07.06.2021. URL: https://library.md/m/articles/view/ЗАПИСКИ-ДЛЯ-НЕМНОГИХ (date of access: 29.09.2021).

Publication author(s) - А. В. Головнин:

А. В. Головнин → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex


Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Related topics
Publisher
Moldova Online
Кишинев, Moldova
71 views rating
07.06.2021 (114 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes
Related Articles
Адаптивные сайты
19 days ago · From Moldova Online
GOETHE: ALWAYS OURS
25 days ago · From Moldova Online
Интересные факты о казино
Catalog: Разное 
27 days ago · From Moldova Online
Чи потрібні гроші безкоштовній освіті?
35 days ago · From Moldova Online
Один день до відпустки - також свято
35 days ago · From Moldova Online
Осторожно - плагиат в Интернете!
36 days ago · From Moldova Online
НАМ БЫ ПРОГРАММИСТОВ ИЗ ИНДИИ...
36 days ago · From Moldova Online
ВОЕННЫЕ ДОКТРИНЫ АЛБАНИИ, РУМЫНИИ И ЮГОСЛАВИИ В КОНЦЕ 60-х - начале 70-х годов XX века
64 days ago · From Moldova Online
РЕВОЛЮЦИЯ 1905-1907 годов В ВОСПРИЯТИИ АМЕРИКАНСКИХ "ДЖЕНТЛЬМЕНОВ-СОЦИАЛИСТОВ"
Catalog: История 
64 days ago · From Moldova Online
ТРАНСИЛЬВАНСКИЙ ВОПРОС. По материалам комиссии М. М. Литвинова, июнь 1944 года
Catalog: История 
70 days ago · From Moldova Online


Actual publications:

Latest ARTICLES:

LIBRARY.MD is a Moldavian open digital library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!
ЗАПИСКИ ДЛЯ НЕМНОГИХ
 

Contacts
Watch out for new publications:

About · News · For Advertisers · Donate to Libmonster

Library of Moldova ® All rights reserved.
2016-2021, LIBRARY.MD is a part of Libmonster, international library network (open map)
Keeping the heritage of Moldova


LIBMONSTER NETWORK ONE WORLD - ONE LIBRARY

US-Great Britain Sweden Serbia
Russia Belarus Ukraine Kazakhstan Moldova Tajikistan Estonia Russia-2 Belarus-2

Create and store your author's collection at Libmonster: articles, books, studies. Libmonster will spread your heritage all over the world (through a network of branches, partner libraries, search engines, social networks). You will be able to share a link to your profile with colleagues, students, readers and other interested parties, in order to acquaint them with your copyright heritage. After registration at your disposal - more than 100 tools for creating your own author's collection. It is free: it was, it is and always will be.

Download app for smartphones