Письмо С. А. Гурулева (Вопросы истории, 2004, N 4, с. 174 - 175) должно было внести ясность в освещение деятельности двух русских землепроходцев: Курбата Иванова и Константина Иванова, которых якобы перепутал и объединил в одно лицо Б. П. Полевой. В столь запоздалой реакции на одну из работ недавно ушедшего из жизни выдающегося ученого, обвинения Гурулева в его адрес надуманны и голословны. Полевой всегда знал, что эти первопроходцы разные люди и так и писал о них. Поездку к монгольским ханам Турухай-табуну и Цецен-хану в 1647 г. возглавлял енисейский казачий десятник Костька Иванов Москвитин, а не пятидесятник Курбат Иванов, который с 1642 г. был приказным Верхоленского острога и летом 1647 г. занимался его строительством на новом месте возле устья р. Куленги1 о чем Полевой конечно знал2 . И ехал он именно на разведку-"проведывать серебряной руды и серебра где родитца и в котором государстве и у каких людей"3 , а вовсе не устанавливать связи с монгольскими ханами и выведывать у них сведений о серебряных рудах, как пишет Гурулев (с. 174). Это - выдумка, до этой поездки о них никто из русских ничего не знал. Летом 1647 г. Константин Иванов Москвитин с двумя товарищами и проводниками тунгусами первыми из русских людей пересекли Западное Забайкалье с севера на юг и 29 июня достигли ставки Турухай-табуна, кочевавшего с 20 тысячами своих подданных между правыми притоками Селенги-реками Чикоем и Хилком4 . Никакого контекста, который приписывается Полевому, якобы объединявшему Курбата Иванова и Константина Иванова в книге нет. В тексте его монографии повествование об их деятельности разделяют три страницы5 . Не свидетельствует об этом и именной указатель, составленный не имеющими отношения к этому тексту Л. Л. Лариной и В. А. Чернавской, к которому дважды апеллирует Гурулев6 . Не соответствует действительности утверждение Гурулев и о том, что В. Колесников "и до этого посылал к монгольским ханам своих посланцев" (с. 174). И Самойлов был послан им в феврале 1647 г. на р. Ба ... Читать далее