Использование лексем, имеющих адъективный тип склонения и формальную структуру, характерную для прилагательных, при обозначении предмета (субстанции) в широком смысле слова широко распространено в славянских языках. Это явление, в современных славянских языках рассматриваемое обычно в качестве субстантивации прилагательных, в старославянском языке может быть понято и оценено только с учетом ряда обстоятельств. Не претендуя на полное описание "субстантивации" в старославянском языке в относительно небольшой статье, мы попытаемся изложить некоторые соображения по этому поводу. Трудности, возникающие при исследовании старославянского материала в данном направлении, связаны и с существованием разных общетеоретических подходов к пониманию субстантивации как языкового явления, и со спецификой старославянского языка как языка древнего, мертвого и представленного ограниченным кругом так называемых "классических" старославянских (т. е. древнеболгарских) рукописей X-XI вв. При анализе старославянских текстов в силу ряда причин, о которых будет сказано ниже, особое значение приобретает отношение к тому, что можно назвать "окказиональной субстантивацией". В современной литературе встречаем точку зрения, согласно которой субстантивированным (т. е. существительным) считается любое прилагательное, употребленное, хотя бы и окказионально, для обозначения предмета в широком смысле слова [1. С. 239- 241; 2]. Вместе с тем существует широко распространенное, укоренившееся представление, восходящее, возможно, ко временам Грамматики Н. И. Греча, что субстантивированным является только такое прилагательное, употребление которого без определяемого существительного становится языковой нормой (см. [3; 4; 5] и др.). По-видимому, оба подхода имеют свои преимущества: первый (сугубо синхронный) сосредоточивает внимание на реализации возможностей, заложенных в системе, другой - на семантических изменениях, сопровождающих процесс субстантивации. * Ефимова Валерия Сергеевна - канд. филол. наук, ... Читать далее